ЛитМир - Электронная Библиотека

О-хо-хо… Судя по всему, Велимиру удалось основательно запудрить всем мозги. Если честно, у меня, нехорошей, мелькнула несообразная ситуации мысль – о том, что не такой уж я отвратительный психолог, если столько неглупого народу стоит и изо всех сил удивляется. Хотя, это, конечно, ни в коей степени мою лопоухость не оправдывало.

Кстати… О, нет! Только не это. Металлист стоял, потупив очи долу. Почувствовав мой взгляд, он грустно посмотрел на меня.

Я отвернулась. Подумаю о том, что бы это могло означать, после. Не сейчас.

– И этот человек, – вещал тем временем некромант Велимир, – обманул возложенное на него доверие, и, использовав свое служебное положение в личных целях…

Дальше все шло в том же духе. Мне, если честно, было тошно слушать – я именно по той же причине никогда не смотрю передачу с участием политиков – что ни слово, то не правда. Даже если и правда, то с подтекстом и подсмыслом. И как это, волхв с изнанки, пусть даже некромант, умудрился уподобиться этому позору нашего общества? Откуда слов таких понахватался? Ага, а вот и по делу:

– … и позволил своим высококвалифицированным сотрудникам (это он о нас с металлистом и друидом, что ли?) стереть новосибирский филиал с лица Земли-техногенной, а также, – тут Велимир патетически возвысил голос, и чуть не пустил «петуха», – позволил им убить несчастную жертву темного волхва Ромуальда…

– Я не понимаю, – повернулась я к товарищам, – к чему весь этот цирк? И почему Борис Иванович не скажет ничего в свое оправдание?

– Тише, – мрачно прервал меня металлист. – Слушай внимательно, сейчас эта все же сволота редкостная нас просветит.

Борис Иванович обвинялся в том, что допустил убийство отпрысков Ромуальда, занесенных в толстый фолиант (как в «Красную книгу») наряду со всеми остальными, потерпевшими от отцовско-некромантского произвола.

Глава 16.

После насквозь фальшивой речи волхва сначала воцарилась тишина. Слышно было, как бабочка машет крыльями, как шелестит травинка на ветру. Но потом некромант опустил руку с пухлой книгой, и все разом загомонили, причем самыми расхожими словами были два: «не» и «честно».

Я, если честно, вообще не понимала, к чему весь этот спектакль. А между тем народу все прибывало и прибывало. И, что самое удивительное, ни один человек из этого собрания и не заикнулся о том, что проблема-то из пальца высосана. Наоборот, у них у всех было на редкость искреннее выражение лица – у кого написано горе, у кого, наоборот, злорадство.

Пока я озиралась по сторонам, вездесущие агенты Смиты плотным кольцом окружили все честное сборище. Никаких активных действий они не совершали, просто стояли. Я, конечно, догадывалась, что людей в черном не трое и не пятеро. Но ведь не сотня же! Волхв Терентий, перебиравший четки в метре от меня, тоже смотрел на них не без удивления. Но все-таки, он, несомненно, понимал куда больше моего, и я обратилась к нему за разъяснениями:

– Вы мне не расскажите, что тут происходит? Чего все хотят от Бориса Ивановича? Почему он молчит, в конце-то концов?!

– Ты, конечно, ничего не понимаешь в нашей системе правосудия, – покачал головой верховный волхв Валаама. Нитка лопнула, бусины одна за другой посыпались в травку. – Но поверь мне на слово, не менее, чем через час волхв Борилий расстанется с жизнью…

– Вы что, с ума тут все посходили? – ахнул сзади меня друид Макс. – За что?

– Волхв Борилий сознался в том, что по его халатности убили простого человека Всеволода, пострадавшего в результате преступной деятельности некроманта Ромуальда, – охотно посвятил нас в тонкости местной системы правосудия подкравшийся сзади Велимир. – А, во-вторых, он тем самым убил по неосторожности некроманта Мыколу, и тем самым вторично преступил закон, и…

– Я надеюсь, это все же шутка, Велимир? – ледяным тоном осведомился металлист.

Где-то эти двое пресекались еще до нашего визита на Валаам…

– Поздравляю, Борилий, – мерзко захихикал Велимир. – Мало того, что твои сотрудники подвели тебя под монастырь, так они еще и тугодумы. Все, как один! Даже, – презрительно скривил губы он, – перебежчики!

– Оставь моих сотрудников в покое, Велимир, – спокойно ответил Борис Иванович. – Я виноват, и я понесу наказание. А смеяться над тем, что люди чего-то не понимают в силу своей непричастности к этому миру, и вовсе не-ди-пло-ма-тич-но, – насмешливо добавил волхв. – Что-то ты совсем вышел из привычного тебе образа, Велимир!

Но глаза у него были цвета жухлой травы, и, казалось, из них уже ушла вся жизнь. Видно было, что Борис Иванович уже попрощался с этим миром. Очень спокойно и, я бы даже сказала, безучастно, мое ехидное (прежде!) начальство попросило старшего друида заменить его на посту Начальника Заповедника. А потом, не обращая ни малейшего внимания на бурную отрицательную реакцию со стороны деда Макса, объяснило нам, что когда-то, давным-давно, когда еще не было никакого судейства, и люди мстили друг другу по принципу «око за око, зуб за зуб», собрались восемь великих волхвов, и создали «Книгу Правосудия». Тогда это был поистине огромный шаг вперед – по сравнению с отсутствием прежде какой бы то ни было системы.

В книгу вошли основные законы, перечень преступлений и наказаний за оные, сроки действия наказаний, послабления, и многое-многое другое. Хитрая книга магическим образом пропечатывала имена преступников, и с ее помощью человек, облеченный властью, мог легко и просто творить справедливый суд – самые могучие волхвы, подпадая под статью, становились беспомощными, как новорожденный младенец. Единственное, что у них оставалось – природное достоинство, с которым они имели право понести заслуженную кару. Потому что древние считали, что не так важно, как человек прожил жизнь, но гораздо важнее то, как он умер. Такое вот милосердие.

На протяжении всего времени с момента создания книги, за ней охотились, хотели ее сжечь, прибрать к рукам, изменить. Но все это было без толку – книга как будто жила своей отдельной жизнью, попадала в нужное время в нужные (с точки зрения ее сохранности) руки. Такая вот история.

– Так он же никакой не судья? Он же обычный некромант!

– Он возглавлял комиссию по делам незаконного переселения душ некромантов, – тихо возразил волхв Терентий. – К сожалению, он имеет право судить.

Вот кого я терпеть не могу, так это людей, ведущих себя подобно овцам на заклании! Будь они хоть трижды волхвы! Путь даже верховные! Как его там, это излюбленное слово американского кинематографа? Ну же, память несговорчивая, ну же… О!

– Я протестую!! – Что есть мочи заорала я, разыскивая взглядом новоявленного судью. – У меня есть доказательства непричастности волхва Борилия к убийству Всеволода. Это не он. Он не знал о том, что мы…

– Отправились громить новосибирское отделение? – ехидно осведомился Велимир.

Некромант потряс фолиантом над головой, и вся толпа замолкла, как по мановению волшебной палочки.

– Уважаемые земляне! – повел речь обличенный властью «правосудия» Велимир. – Как вы знаете, мы собрались сегодня здесь, на древней поляне Справедливого Судейства…

Кругом были лица – гневные, покорные, торжествующие… И все они смотрели на мое начальства как на дело прошлое. И лишь трое из всего собрания – металлист, старый друид, да я – то ли отказывались верить в происходящее, то ли просто ожидали чуда.

– … милосердие наше безгранично, и мы позволим сотрудникам волхва Борилия защитить честь, а возможно, и жизнь своего начальника. Кто из вас – обратился к нам Велимир, выступит на стороне осужденного?

Не сговариваясь, мы все втроем разом шагнули вперед.

– Потрясающее единодушие, – недобро улыбнулся волхв. – Но, поскольку именно за мной остается право выбора в случае наличия более одного защитника, то я выбираю… – он выдержал театральную паузу, всем своим видом демонстрируя великодушие, – ее!

– Я протестую! – выступил еще на шаг вперед металлист.

– Протест отклонен, – будничным голосом возразил обвинитель. – Ты и так будешь наказан. Она умрет, твой новый начальник – тоже. И тебе, предателю, некуда будет пода…

81
{"b":"11546","o":1}