ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Примерно в то же время произошел несколько менее успешный разговор по радио между только что поправившимся Да Намгьялом, находившимся в лагере III, и Тенсингом в Базовом лагере. Тенсингу очень хотелось передать важное сообщение Да Намгьялу, и его уговорили использовать для этой цели переносный радиотелефон. В лагере III Да Намгьял неохотно взял другой аппарат. Ни тот, ни другой ни разу не пользовались этим аппаратом, и оба почему-то очень взволновались. Произошел примерно такой разговор: «О! Да Намгьял!» – «О! Тенсинг!» – «О! Да Намгьял!» – «О! Тенсинг!» Дальше этого дело не пошло, и совершенно растерявшимся шерпам пришлось оставить эту попытку.

Я пробыл в лагере III две ночи, каждый вечер переговариваясь с Джорджем Лоу и через него – с Хиллари в лагере IV. Пока я находился там, Грифф Паф дал мне испробовать «кислород для сна», что оказалось столь же приятным, как и полезным экспериментом. Для этой цели мы захватили специальные легкие маски того типа, который употребляется Британской трансокеанской компанией воздушных сообщений в самолетах без герметических кабин. Эти маски соединялись с кислородным баллоном так же, как и наши большие маски. Обычно два человека пользовались одним баллоном с Т-образной легкой резиновой трубкой, через которую и поступал каждому в одинаковом количестве кислород – около одного литра в минуту. Я не испытывал никаких неудобств от маски и по-настоящему отдохнул за ночь, наслаждаясь приятными снами.

Другой не менее важный эксперимент был проделан в это время на ледопаде. Мы старались сделать все возможное для того, чтобы обеспечить доставку к месту назначения грузов, необходимых для проведения двух штурмов, на которых был построен весь наш план. У Майкла Уорда среди медикаментов был бензедрин – лекарство, успешно применявшееся на войне для поддержания выносливости войск в периоды длительных боев. Его специфическое действие заключалось в подавлении желания спать. Майкл считал несколько рискованным проводить первые эксперименты на самой стене Лходзе, и поэтому попробовал это средство на двух добровольцах – шерпах, работавших на леднике. Когда Чарльз Уайли спросил их о впечатлении от эксперимента, один ответил: «Великолепно! Это излечило мой кашель». У другого впечатление было иным, но не более обнадеживающим: «Прекрасно! Это помогло мне уснуть».

17 мая я вернулся в лагерь IV вместе с Гриффом Пафом. Прекрасная погода сохранялась, и нам не терпелось окончить приготовления к штурму, пока вершина была столь доброжелательно расположена к нам. Среди этих подготовительных работ первостепенное значение имела та, которой Джордж Лоу уже в течение недели занимался на стене Лходзе. Настало время рассказать о его приключениях на этой гигантской преграде из льда и снега.

Джордж поднялся в лагерь V 10 мая во второй половине дня с четырьмя из наших лучших шерпов: Да Тенсингом, Анг Ньимой, Гьялдженом и Анг Намгьялом. Задача шерпов состояла в том, чтобы пополнить запасы Лоу и Уэстмекотта в их промежуточном лагере на стене Лходзе, а затем забросить грузы, необходимые для снабжения швейцарского лагеря VII; этот лагерь должен был служить для ночевок во время штурма на полпути вверх или вниз между Южной седловиной и цирком. Джордж сначала намеревался обосноваться в швейцарском лагере VI и оттуда совершать походы вверх и вниз, вытаптывая тропу, вырубая ступени и навешивая веревочные перила на наиболее крутых участках. Он поднялся туда со своими шерпами 11 мая. Условия продвижения были очень трудными, так как свежий снег опять лежал глубоким слоем на пути, по которому прошла разведывательная партия, и Лоу увязал в снегу, по меньшей мере, так же, как и участники разведки. Подъем на 180 м. от начала крутого склона до лагеря занял у группы пять с половиной часов, что соответствовало набору высоты немного более 30 м. в час.

Так как к моменту выхода Лоу из лагеря V Уэстмекотт еще не прибыл, то Джордж попросил наиболее опытного и квалифицированного из поднявшихся с ним шерпов – Анг Ньиму – остаться с ним в лагере VI. Остальные направились вниз в лагерь V. И Лоу и Анг Ньима очень устали после такого изнурительного испытания и сразу же улеглись спать. Они проспали пятнадцать часов. В последующие дни группа на стене Лходзе работала на двух уровнях. Джордж и Анг Ньима действовали, базируясь на лагерь VI и улучшая и обновляя тропу ниже лагеря и постепенно прокладывая трассу наверх к верховьям ледника Лходзе. Уэстмекотт с тремя оставшимися шерпами обосновался в лагере V. Он ежедневно поднимался по направлению к лагерю VI, иногда доходя до самого лагеря, и доставлял Джорджу необходимое продовольствие, горючее, крючья, веревки, а также постепенно забрасывал штурмовые грузы в этот лагерь. Поистине ужасная погода, доставлявшая нам столько неприятностей на более низких участках, была очень суровым испытанием для этой головной группы, действовавшей на необработанных и значительно более трудных склонах и притом в более разреженной атмосфере.

Я направился в лагерь VI 13 мая после того, как прошел с транспортной группой в лагерь V. Когда я пришел в лагерь V, там находился Майкл Уэстмекотт. Его состояние было значительно хуже, чем три дня назад, когда я видел его в последний раз; хотя он и вышел с твердой решимостью достичь цели, но у него не хватило сил дойти до лагеря VI. Было очевидно, что он близок к полному истощению. Все же он настоял на том, чтобы сопровождать меня. Столь же достойны похвалы самоотверженная работа и альпинистское мастерство шерпов, в особенности Да Тенсинга и Анг Намгьяла, которые накануне поднялись на свой страх и риск в лагерь VI с исключительно большим грузом, возместив тем самым недостаток носильщиков. Анг Ньима был занят выше на прокладке пути с Лоу, а Гьялджен чувствовал себя нездоровым; он все еще не оправился от болезни, из-за которой не смог принять участие в разведке в начале месяца. Взяв с собой Анг Намгьяла, я двинулся вверх по глубокому снегу, выпавшему накануне вечером и занесшему все следы. Вслед за нами шли Майкл и Да Тенсинг. Через два с половиной часа, крайне усталые, мы добрались до Джорджа и Анг Ньима, которые в тот день были заняты расчисткой снега с крутого ледового склона непосредственно под их лагерем, вырубанием больших ступеней – «лоханок» и навешиванием прочных перил из манильской веревки взамен старых, обветшавших от непогоды швейцарских репшнуров. Оба они чувствовали себя великолепно. Джордж собирался запечатлеть наши измученные фигуры своим киноаппаратом. Анг Ньима, который показался нам хитрецом, не желающим работать, когда он с Робертсом в конце апреля впервые присоединился к нам, находился теперь в своей стихии. Несомненно, что он является одним из тех немногих смертных, таланты которых расцветают лишь начиная с определенной высоты. В то время как в Базовом лагере и даже в лагере III Анг Ньима не выделялся среди других ни поведением, ни готовностью предложить свои услуги, здесь, на трудных склонах нижней части стены Лходзе, он действовал самоотверженно и умело, и широкая открытая улыбка не сходила с его лица. Анг Ньима курил непрерывно, и мы постарались доставить ему все необходимое для удовлетворения его привычки. Он вполне заслужил это.

Пробыв около получаса в лагере VI, я начал спускаться при вечерней, на этот раз непродолжительной метели и вскоре встретил вторую связку. Уэстмекотт, совершенно очевидно, был не в состоянии идти дальше, но он снова стал убеждать меня, что чувствует себя сегодня гораздо лучше, и они с Да Тенсингом кое-как преодолели последние 15 м, чтобы доставить грузы Джорджу Лоу. Это было поистине героическим усилием.

В тот же вечер по возвращении я передал в Базовый лагерь распоряжение, чтобы Уилфрид Нойс, а несколько позднее и Майкл Уорд поднялись для усиления группы Джорджа. По моим собственным наблюдениям и по тому, что рассказывал Джордж, было очевидно, что подъем на стену Лходзе оказался значительно труднее, чем мы предполагали на основании результатов разведки. И Уилфрид и Майкл были в какой-то мере подготовлены к этому поручению, ибо я говорил относительно такой возможности 7 мая при обсуждении плана. Оба они с нетерпением рвались в бой.

44
{"b":"11556","o":1}