ЛитМир - Электронная Библиотека

Джулия и ее молодой муж за год их пребывания в Индии виделись всего несколько раз. Адам вечно переезжал с одной заставы на другую, а она заполняла часы одиночества чтением и рисованием. Сейчас она чувствовала себя виноватой из-за того, что не тосковала по нему. У нее не осталось даже ребенка. А вот что у нее было, так это солидное отцовское состояние, а еще унаследованная уверенность, жажда жизни и страстность. Это поможет ей выжить.

– Вы снова движетесь не в ту сторону, – прошептал Хит, явно забавляясь происходящим.

Он круто развернул ее в противоположном направлении.

– Я стараюсь убежать.

– От меня? – Он одарил ее проказливой улыбкой. – Дорогая, как вы можете?

– Трудно поверить. Не так ли?

– Просто невероятно. Такого никогда не бывало! А я-то думал, что веду себя идеально.

В этот момент такт свел их очень близко, тела соприкоснулись, жар вспыхнул сильнее, взгляды сомкнулись. Джулия утратила способность думать, двигаться, дышать. Грудь в тесном заключении корсажа пошла иголочками, дрожь неукротимых ощущений разбежалась волнами по телу. Взгляд Хита потемнел признанием… пониманием – о, насчет обольщения ему было известно все! – но тут танец вновь развел их.

Джулия смогла вздохнуть свободно.

Напрасно она думала, что Индия – самое опасное место. Ее охватила неожиданная, безудержная потребность сбежать из бального зала и спрятаться где-нибудь. Рассел убеждал ее, что она может легко вернуться в свет и выжить в нем, но она давно подозревала, что он ошибается. В любом случае он уже демонстрировал все признаки того, что станет подолгу отсутствующим мужем. Джулия начинала раздумывать, не суждено ли ей провести остаток жизни в одиночестве, пока он будет доказывать где-то свою отвагу. Он всегда ощущал себя не на месте в высшем свете, вечно мучился своим низким происхождением. Никакие уверения Джулии не укрепляли его веру в себя. Он был неуверенным и надменным одновременно. Такой уязвимый и чувствительный.

Однако при этом он был одним из немногих мужчин этого мира, готовых жениться на скандально известной вдове. Кроме того, они были много лет знакомы.

Почти так же долго, как с синеглазым дьяволом, крутившим ее по бальному залу.

Танец кончился.

Джулия испустила вздох облегчения и заметила, что с противоположной стороны зала ей улыбается Одри Уотсон. Взгляд Одри перешел на Хита и задержался на нем. Она была не единственной присутствующей здесь женщиной, которая не сводила с него томных глаз. Вполне понятно, что он обзавелся целой свитой поклонниц в высшем обществе.

Было бы легко обвинить его в том, что произошло много лет назад. Даже теперь Джулия не была уверена, кто из них стал инициатором того первого поцелуя, она или он. Она задумалась, как поведет себя, если вновь появится возможность повторить тот памятный день. Докажет ли она ему и самой себе, что стала мудрее? Этого ей никогда не узнать. Шанс возобновить прошлое пропал навсегда.

Хит отвел ее к тетушке. Джулия решительно обернулась к нему. Нет, это не должно продолжаться. Со стороны Рассела было неразумно, неправильно обращаться с подобной просьбой к Хиту, нельзя было ставить его в такое неловкое положение. Прошлого не воскресить.

– Я освобождаю вас от обязательств, – вполголоса произнесла она.

Он пристально смотрел ей в глаза. Лицо его ничего не выражало.

– Вы меня слышите? – повторила она взволнованным голосом. – Мы не можем так продолжать… Это… возвращает слишком многое. По крайней мере для меня.

Он кивнул. В синих глазах вспыхнуло опасное пламя.

– Я понимаю. И соглашаюсь с этим.

И хотя Хит продолжал наблюдать за ней до конца бала и проводил ее домой, он не промолвил почти ни слова.

Глава 6

Удостоверившись, что Джулия и ее тетушка благополучно вернулись домой, Хит взял пролетку и поехал к Расселу. Когда никто не отозвался на тихий стук, Хит взял на себя смелость войти в дом без приглашения.

Боскасл полагал, что в преддверии завтрашнего раннего отъезда в Дувр Рассел уже лег спать.

Хит стоял у подножия лестницы и соображал, как поступить дальше. Ему не хотелось вытаскивать Рассела из постели, но нельзя оставлять друга в неведении и в пустых надеждах на то, что Джулия найдет в Хите защитника. Придется Расселу придумать какой-либо иной способ ее охраны. Хит готов был рисковать жизнью ради страны, но рисковать своим сердцем в его планы не входило. Он не видел смысла притворяться и врать самому себе. В его жизни пыток и так было предостаточно.

Наверху в комнатах горел свет. Остальной дом был погружен в темноту и молчание.

Хит, нахмурив брови, медленно направился к ступенькам. И взгляд его был напряжен, а мысли заняты размышлениями о том странном обстоятельстве, что входная дверь оказалась так беспечно незапертой.

Непонятно, но на страже не было ни одного слуги, а ведь Рассел утверждал, что за ним охотится убийца. Может быть, приятель уже уехал?

Из комнат наверху донесся женский смех. Незнакомый смех.

Неприятное предчувствие холодком скользнуло у него по спине.

Он осторожно стал подниматься по узкой лестнице и услышал грубый голос Рассела, отвечавший на смех женщины. Слов Хит разобрать не смог, но разговор был явно не враждебным. Боскасл заколебался в нерешительности, но мысль о беззащитности Джулии внезапно оказалась сильнее правил приличия.

Дверь в конце коридора была открыта. На какой-то миг Хит замер на месте, не веря своим глазам. Стройная женщина танцевала на ковре, зажав туфельки в одной руке, а другой вкалывая шпильку в локоны, рассыпавшиеся по обнаженной груди.

– Леди Харрингтон, – наконец произнес Хит с легкой улыбкой. – Как приятно вновь видеть вас. Всю. – Его холодный взгляд прошелся по ней, от потрясенного лица до кончиков босых ног.

Туфельки упали на пол. Она схватила свое бледно-розовое платье со смятой постели, стремясь прикрыться. Но ей не стоило стараться: Хита она ничуть не заинтересовала.

Она с ужасом ахнула и метнулась мимо, только розовый блик мелькнул по лестнице.

Хит дал ей сбежать. Дверь в спальню за ее спиной все еще оставалась отрытой, и, распахнув ее пошире, Боскасл увидел стоявшего у секретера Рассела, с голой грудью, пачкой бумаг в одной руке и пистолетом в другой.

– Черт побери, Люси, – раздраженно произнес он. – Я же сказал тебе, что должен выспаться. Что ты забыла теперь?

– Возможно, свою добродетель? – откликнулся Хит, опершись спиной о косяк. – Или свои брачные обеты?

Рассел быстро оглянулся, бумаги в беспорядке упали на пол.

– Боскасл? Какого черта?

– Извини, – промолвил Хит ровным голосом, уставясь па скомканные простыни. – Я понятия не имел, что у тебя гости. Я пришел сообщить, что не могу выполнить то, о чем ты меня просил. Я не стану заботиться о Джулии.

– Это совсем не то, о чем ты подумал, – сказал Рассел, и в его голосе прозвучали смущение и отчаяние.

Хит ответил ему оценивающим взглядом. У него эта ситуация сочувствия не вызвала.

– Я уезжаю. У мужчины есть некоторые потребности, а Джулия… ну, она слишком сдержанная… насчет искусства любви. Ты ведь не расскажешь ей об этом?

– Зачем?

И с каких это пор Джулия стала сдержанной? Слово «сдержанная» никак не отвечало характеру той Джулии, которая извивалась под ним на ковре в библиотеке. Женщине, которая заставляла его задыхаться от похоти, томиться несбывшимися желаниями.

– Это впервые…

– Рассел, заткнись.

– Я хочу сказать, что не нужно этого презрения. Ты и сам далеко не монах. Разве нет?

– Надень рубашку.

Рассел небрежно потянулся за батистовой рубашкой, лежавшей на стуле позади него.

– Что ты вообще здесь делаешь? Я велел тебе присматривать за моей нареченной.

– Чтобы ты мог резвиться на свободе? Это не слишком справедливо.

Рассел, насупясь, застегивал пуговицы.

– Как, черт возьми, ты вообще проник в мой дом?

– Дверь не была заперта. Довольно беспечно со стороны человека, на которого якобы охотится убийца.

12
{"b":"11558","o":1}