ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

«Пятый канал», который вел пропаганду Ющенко, сообщил, что «оранжевые» манифестанты перехватили машину, вывозившую мусор из здания Администрации Президента и якобы нашли там под снегом важные документы о выборной кампании, которые будут использованы в Верховном суде для доказательства факта фальсификаций. Чуть позже, прямо на заседании Верховного суда, представитель Ющенко Ключковский размахивал пачкой из трёхсот открепительных удостоверений, якобы «изъятых» в Днепропетровской области наблюдателями от Ющенко у сторонников Януковича, ездивших от участка к участку и голосовавших за Януковича. По словам Ключковского, открепительные удостоверения пришлось изымать самим наблюдателям от Ющенко, потому что милиция повсюду потворствовала фальсификаторам. Мы здесь не рассматриваем вопрос о правдоподобности этих историй – дело в другом. Очевидно, что ни «перехватить» грузовой автомобиль, ни «изъять» у прохожего пачки документов, ни блокировать доступ работников в здание правительства или областной администрации невозможно без применения насилия или угрозы насилия. Но слову «насилие» телевидением уже придан смещённый смысл, подразумевающий по меньшей мере нанесение телесных увечий, а термин «ненасильственный» становится новым эвфемизмом, который используется, чтобы навязать публике представление, будто «ненасильственные» действия совершенно безобидны, так что их пресечение – явная диктатура.

На Украине в ходе выборной кампании точечные силовые действия применялись систематически и, благодаря СМИ, их образ многократно преувеличивался. Вот довольно типичный газетный заголовок того времени: «Львов, 23 сентября: Ночью совершено нападение на Русский культурный центр им. А. Пушкина». Телевидение донесло до всех сцену нападения на Януковича, в которого было брошено яйцо (по другим сообщениям, стальной шарик).

Нападению подверглась и Центральная избирательная комиссия. Вот газетное сообщение: «По информации пресс-центра, в 16:20 23 октября после окончания митинга группа неизвестных прорвалась к правой стороне фасада здания Киевской областной государственной администрации, где сейчас размещается ЦИК, и бросили в окна первого и второго этажей камни и 4 дымовые шашки. В результате были разбиты 12 окон на первом этаже и 2 – на втором».

На втором этапе силовые действия вошли в систему (блокада правительственных зданий и Верховного суда, организация шумовых действий, оказывающих эмоциональное воздействие и на органы власти, и на горожан, и пр.). Законную власть пока не свергают и не захватывают – ее провоцируют на применение силы или вынуждают идти на уступки. Для того, чтобы такие действия были массовыми и строго синхронизированными согласно сценарию спектакля, требовалось наличие компактной военизированной группы, которая служила бы «пусковым двигателем» каждой из таких акций.

Таким образом, «ненасильственно» силовые действия являются важным актом в спектакле «оранжевой» революции. Все эти действия совершаются при минимальном уровне «насилия», то есть драк, стрельбы и т.д. Напротив, постоянно говорится о необходимости «не поддаваться на провокации». По сути это типичное насилие, только вместо огнестрельного оружия используется толпа – масса невооруженных людей, – которая, если против нее не применяется оружие, сама по себе обладает большой пробивной силой.

Организовавшись толпа может перейти к последнему и решительному акту разрушения власти – «штурму», то есть открытому насилию, совершаемому толпой. К тому моменту право толпы на насильственное насилие уже стало законным вследствие предшествующих «ненасильственных» действий, не получивших отпора. Не сопротивлявшиеся, потому что «еще рано», власти теперь обнаруживают бессмысленность сопротивления, «потому что уже поздно». Власть, законность, порядок уже утрачены пассивностью на предшествующем этапе.

Газета «Известия» публикует такой комментарий из Киева: «Бескровные версии цветочных революций – сербская и грузинская – заключали в себе довольно явственный силовой потенциал, который выходил наружу в критический момент. Памятны кадры штурмов парламентов в Белграде и в Тбилиси.

В Тбилиси, как и в Белграде толпа явила свою силу. В Киеве оранжевый Майдан был своего рода бронепоездом на запасном пути. Или, если быть более точным: дамокловым мечом. Группы по команде исходящей из «штаба революции» бросались на блокирование того или иного правительственного учреждения, подвергали осаде парламент, Верховный суд, Центризбирком. Ненасильственный, несиловой характер оранжевой революции – фикция.

Был момент – телевидение его четко зафиксировало – когда голосование в Раде едва не поломало сценарий переворота. Тогда комиссар оранжевых Юлия Тимошенко бросилась на улицу, пригласив ее к штурму и срыву парламентского заседания. «Улица» мгновенно среагировала. Перед угрозой быть смятой Рада прервала свое заседание. Ну, а затем ни президент, ни парламентарии, ни судьи уже не посмели перечить тем, кто оказался во главе толпы, и все пошло как по маслу»188.

В описании газеты «Известия» есть неточность. Приведем детали, которые характеризуют обстановку. Парламент действительно принял за основу проект постановления, не устраивавший сторонников Ющенко. Но организовать штурм за несколько минут, за которые постановление могло бы быть принято в целом, было невозможно. Тогда «оранжевые» фракции стали активно срывать голосование и добиваться перерыва. Когда Верховная Рада отклонила предложение объявить, вопреки регламенту, получасовый перерыв, депутат Кириленко заявил: «Сейчас на улицах сотни тысяч киевлян и гостей столицы, которые хотели бы рассмотрения вопроса про отставку этого преступного правительства, которое допустило массовые фальсификации на выборах. И в этом проблема, а не в регламентах или каких-то других вопросах. Поэтому я бы хотел, чтобы Председатель Верховной Рады и члены Коммунистической фракции и фракции правительства поняли, что надо искать понимание, а не способ дестабилизировать ситуацию. Если вы будете сейчас не давать нам возможности рассмотреть этот вопрос, то мы уже сейчас призовём людей всех возвращаться на Площадь Независимости [Майдан], собраться там и высказать своё слово. Потому что сейчас позиция в парламенте абсолютно не отвечает тем настроениям, которые сложились в обществе. Общество хочет перемен».

В этой обстановке уже не был услышан робкий вопрос проправительственного депутата В.Зайца «Неужели это правильно, когда коллеги из соседней фракции „Наша Украина“ угрожают нам, что „если вы не будете голосовать так, как нам надо, вы не выйдете из этого зала, а если будете делать такую попытку, вас порвут“? Неужели это демократия, уважаемый коллеги?» Председатель Верховной Рады Литвин поставил на голосование вопрос об объявлении перерыва более чем на час для проведения заседания согласительного совета. За время перерыва состоялся штурм, во время которого депутаты фракций большинства бежали из здания через задние выходы. После перерыва, как отмечено в стенограмме, Литвин сообщил о единогласном решении Согласительного Совета отложить заседание до следующего дня, чтобы провести консультации «для выработки согласованного решения».

Один наблюдатель пишет: «Мне пришлось быть свидетелем того, как у депутатов, проходивших по узкому коридору в толпе митингующих у парламента „оранжевых“, „сичевики“ силой отбирали удостоверения. Пропускали только тех, кто выступал за блок Ющенко–Тимошенко. А руководители „оранжевой“ молодежной организации „Пора“ уже объявили, что „накажут всех, кто их мучил эти недели на Крещатике и площади Незалежности“189.

Из описания повседневного существования палаточных городков в Киеве характер военизированных групп виден вполне отчетливо. Вот что сообщали информационные агентства: «Палаточный лагерь (около 3 тысяч) живет в постоянной боевой готовности. Особые меры были приняты, когда прошел слух, что власти готовы снести мятежный городок с Крещатика с помощью танков и водометов. Только вряд ли здесь пройдет пехота. Армейские и туристские палатки прикреплены к асфальту Крещатика металлическими штырями и огорожены баррикадами из тяжелых бульварных скамеек, которые скреплены между собой проволокой и цепями. Рядом десятки автобусов и грузовиков, готовых по первому приказу окружить весь лагерь мощной стеной. А возле каждой дыры в баррикадах – охрана как минимум из двух человек. На “вражескую” бронетехнику здесь тоже найдется оружие. Штаб Ющенко завез сюда генераторы для освещения и обогрева палаток. Так что для “коктейля Молотова” всегда есть бензин и бутылки.

77
{"b":"1156","o":1}