ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Крупнов приводит и пару цитат из западной прессы. «The International Herald Tribune»: “Подобное упоминание о заговоре Запада с целью изоляции России звучит как красноречивое свидетельство об охватившей Путина паранойе. Оно говорит о его страхе, что Запад “переманит” на свою сторону бывшие советские республики, которые ветераны КГБ и армии, окружающие Путина, хотели бы намертво привязать к российской сфере влияния…”. «The Wall Street Journal»: “Европа потеряла надежду на Путина. Уже нет надежды на то, что в России установится социальная демократия европейского типа или даже диктатура в стиле Пиночета, направленная на стимулирование экономических реформ”. Вывод газеты: “Между Путиным и Хусейном много схожего”.

Из анализа большого числа сообщений можно сделать вывод, что пропагандистская кампания в западных СМИ перешла рубеж между попытками “образумить” В.В.Путина и “стрельбой на поражение”. В птичьем языке западных политиков есть слова-знаки. Они имеют символический смысл, а вовсе не преследуют цель дать адекватное определение какому-то явлению или человеку. Одним из таких условных знаков является ярлык «фашиста». Приклеить его какому-то политику – все равно что вручить ему «черную метку». Это – последнее предупреждение, и вернуть эту метку очень трудно.

Когда в западной прессе Саддама Хусейна стали называть фашистом (хотя в содержательном смысле это абсурд), стало ясно, что ему объявлена война на уничтожение. Пресса США уже сравнивает Путина с Хусейном. Еще более прозрачным было утверждение Збигнева Бжезинского, что все шаги режима Путина «идут лишь в одном направлении: в сторону от демократии по пути к авторитарному порядку, в котором уже видны черты фашизма Муссолини». Наконец, западная пресса с благосклонным комментариями печатает заявления Г.Каспарова, где он прямо объявляет режим Путина «фашистским».

Внедряя в массовое сознание мысль, что тоталитаризм Сталина и Гитлера как минимум равноценны (со сдвигом к утверждению, что «Сталин хуже»), западная пресса начинает акцентировать внимание на том факте, что В.В.Путин – выходец из КГБ. Это – новый вариант «черной метки» («ГУЛАГ-Освенцим»). Влиятельная «Вашингтон пост» пишет 2 мая, перед самым праздником Победы, статью с красноречивым заглавием: «Режим Путина: за репрессии придется платить». Лично о В.В.Путине здесь сказано: «На прошлой неделе Путин назвал развал Советского Союза „величайшей геополитической катастрофой века“ и добавил про „разрушение старых идеалов“. То, что ветеран КГБ будет жалеть о разрушении идеалов государства-гулага, еще как-то можно понять. Но… если при нынешнем „решительном и беспощадном“ Путине произойдет хотя бы половина всех несчастий, ожидающих Россию в случае неблагоприятного сценария, это даст нешуточный повод для беспокойства прежде всего Соединенным Штатам – например, по поводу безопасности огромных российских ядерных арсеналов или надежности тысяч ракет, которые еще могут уничтожить и нашу страну, и весь остальной мир.

Ностальгия по империи, которую сегодня Путин выражает сам и поощряет в своем народе, приводит к тому, что Россия вламывается в дела Грузии и Украины, где унизительно проигрывает. Народ начинает раздражать такая власть. Она это видит, но осознание народного раздражения толкает ее еще дальше по этому самоубийственному пути»243.

Итак, сказаны слова-знаки. В.В.Путин – ветеран КГБ.., он привержен идеалам государства-гулага.., он создает нешуточный повод для беспокойства США и всего остального мира.., он идет по самоубийственному пути.

Каково главное обвинение В.В.Путину? Признаки поддержки «имперского мышления» («национализма») и импульса к восстановлению России как державы. Объективно эти признаки очень слабы, но идеологи стратегии США, видимо, усматривают в них важный символический смысл и считают его достаточным для того, чтобы породить цепную реакцию в сознании населения постсоветского пространства, которая поведет к консолидации общего проекта возрождения.

Упомянутая выше статья в «Вашингтон пост» – это изложение интервью с Е.Гайдаром. Он человек понятливый и говорит именно то, что надо подобной газете. И газета его одобряет: «Российский экономист Егор Гайдар – бывший премьер-министр и один из самых трезвомыслящих людей в мире. Политику Путина он иногда осторожно поддерживает, иногда умеренно критикует. Однако во время своего последнего визита в Вашингтон он был особенно мрачен – не только из-за поражений, которые в его стране терпит демократия, но и исходя из того, что эти поражения чреваты вполне практическими последствиями… В России поднимается национализм, считает Гайдар, который стал „серьезнейшей опасностью для России и всего мира“244.

Каковы же представления западных СМИ о том, каким образом будут «исправляться» эти дефекты нынешней государственности РФ и устраняться «повод для беспокойства США»? Здесь больше всего говорится именно о революции по типу «оранжевой». Политики США просто восхищены ее успехом.

Ш.Мамаев пишет: «Последним писком моды в области экспорта демократии стали сейчас “революции цветов” – то, что успехи оппозиционера Джорджа Сороса на постсоветском пространстве внезапно оказались куда более впечатляющими, чем успехи администрации Джорджа Буша на Ближнем Востоке, признают даже его идеологические противники из неоконов [неоконсерваторов-республиканцев]»245.

Он приводит цитату из американской газеты «The New York Sun» (24 марта 2005 г.), которая в своем редакционном комментарии под заголовком “Подбросьте дров в костер революции” пишет о странах, где никак не укореняется демократия: “Вот когда на помощь должна прийти Америка. “Оранжевая революция” ведь не произошла сама по себе – ее, как младенца, вынашивали и выкармливали американские правозащитные группы. Благодаря им организаторы народных выступлений могут теперь избежать автоматных очередей и изучить науку управления народными массами”.

А вот высказывание одного из видных политиков-неоконсерваторов. “Одно из наиболее вдохновляющих событий 2004 года – выборы Виктора Ющенко. Украина ни по одному критерию не соответствует роли многообещающей демократии, и единственным менее перспективным в этом смысле является лишь Афганистан. Но эти революции продемонстрировали несостоятельность клише о том, что демократические преобразования не могут быть навязаны внешними силами. Теперь уроки Украины мы должны использовать в других местах” – так определил главное внешнеполитическое достижение Америки в прошлом году Макс Бут, один из руководителей американского Совета по внешней политике (CFR) и автор редакционных статей в неоконсервативном «Weekly Standart»246.

Стоят ли за этими высказываниями какие-то практические политические шаги? Обозреватели считают, что именно на широкое применение оправдавшей себя технологии «бархатных» революций направлены проекты масштабной реорганизации спецслужб США и институциональной инфраструктуры (в том числе Всемирного банка и ООН), которая должна быть использована для «постреволюционного» восстановления «неудавшихся государств» (failed states).

Под это подводится и законодательная база. В марте 2005 г. конгрессмены Том Лантос и Фрэнк Вулф внесли в палату представителей проект «Закона о поддержке демократии», а сенаторы Джон Маккейн и Джозеф Либерман внесли этот же законопроект (под названием “О продвижении демократических ценностей”) в сенат. Это инициатива двухпартийная, то есть она согласована с реальной правящей верхушкой США. Закон предполагает назначение специальных уполномоченных советников и помощников в штат администрации президента, в Госдепартамент, Совет национальной безопасности и все посольства США в странах, где «демократия находится под гнетом диктатуры». Ассигнования на эту работу предлагаются в сумме 180 млн. долл. в 2006 г. и 230 млн. в 2007 г. Как сказано в комментариях, «принятие такого закона, вероятно, обернется дальнейшим ростом американской критики России по правозащитной проблематике».

94
{"b":"1156","o":1}