ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

В 1990-1991 гг. удалось подорвать легитимность власти в СССР, разжигая одновременно и недовольство “уравниловкой”, и недовольство “льготами номенклатуры”. В особо удачных операциях удается создать острое недовольство властью даже в самых привилегированных группах, которые заведомо станут первыми социальными жертвами свержения этой власти (так произошло, например, с шахтерами и научной интеллигенцией в 1990-1991 гг.)257.

Осознанное стремление свергнуть власть возникает под влиянием не материальных тягот самих по себе, а от их несправедливости, от наглого попирания той системы ценностей, которая господствует в социальной группе или в большинстве общества. Американский социолог Г. Дерлугьян, изучающий постсоветские страны, пишет: «Массовое обнищание и недовольство политически не опасны и могут регулярно уходить в эмиграцию, рост заболеваемости, алкоголизма, мелкую преступность, падение рождаемости и прочие социальные патологии. Все это превращается в социальный динамит только когда возникает детонатор – неподконтрольные религиозные проповедники, интеллигенция, организовавшаяся в революционное движение, или выпавшие из неовотчинной обоймы начальники и особенно молодые харизматические личности, которым не удается встроиться во власть»258. Таких детонаторов в РФ сейчас с избытком.

Обычно для начала революции бывает достаточно добиться благосклонного отношения к открытым действиям против существующей власти от части населения столицы и двух-трех крупных городов. Если активной поддержки добиться не удается, достаточно бывает и апатии, равнодушия к судьбе власти. Это характерно для обществ со слабой способностью к самоорганизации – при отсутствии развитых структур гражданского общества (например, политических партий). РФ относится именно к этой категории стран. В таких случаях перехват власти достигается даже силами ничтожного политически активного меньшинства – как это произошло, например, в августе 1991 г. в Москве при ликвидации советской государственной системы.

В современной РФ таких изощренных методов применять не придется, т.к. недовольство властью в результате реформ и без того достигло критического уровня по вполне разумным основаниям. Наиболее спокойным является положение в Москве, но и здесь накопилось достаточно “горючего материала”. Главный и для нынешней власти неустранимый источник недовольства населения – вся доктрина и практика реформ. Руководитель аналитического отдела ВЦИОМ Л. Бызов пишет: «Несмотря на общую социально-политическую стабильность в стране, которую не могут поколебать даже акции протестов, только 17,1%, то есть явное меньшинство, признает справедливость и эффективность нынешнего социально-политического строя. 40,4% опрошенных, хотя и видят множество недостатков в существующем положении вещей, не хотели бы менять строй путем новой революции и новых социальных потрясений. Иной точки зрения придерживаются 32,5% россиян, настолько не принимающих нынешний строй, что выражают готовность к более решительным формам его замены на лучший»259. Треть населения уже перешла в фазу радикального неприятия реформ!

Разве может не оскорблять разумного человека наглость реформы РАО ЕЭС, план которой уже одобрен В.В.Путиным? Большинство не сомневается, что готовится расчленение и теневое присвоение небольшой кучкой дельцов огромного достояния, которое досталось всему народу от советского периода. Специалисты утверждают, что расчленение этой уникальной системы лишит ее замечательных качеств целостности и резко ухудшит эффективность энергетики. Мало того, директора региональных энергосистем, по сути дела государственные чиновники, которые будут в ходе приватизации электростанций уволены, получат компенсацию по 750 тысяч долларов – среднюю зарплату по РФ за 300 лет! И это при том, что и так доход директора областной энергосистемы сейчас составляет 150-300 тысяч долларов260. Это нормально? О какой борьбе с бедностью может идти речь в таком государстве?

Но в этой доктрине и практике реформ есть компоненты, несовместимые с идеалами и интересами всех социальных групп России, включая и те меньшинства, которые нажились на этой реформе. Именно вследствие этого “тотального противостояния” в оппозиции к власти находятся даже враждующие между собой политические силы, что и является признаком того, что РФ находится в исторической ловушке. Более того, власть, поддерживающая исключительно крупный капитал, сумела поссориться даже с ним.

Г.Павловский пишет: «Власть и бизнес находятся в состоянии углубляющегося кризиса доверия и подходят к тому, что этот кризис превратится в обширный политический кризис. Что будет полезно, я думаю, для правительства. Такой кризис доверия наблюдался в Киеве. У нас он, видимо, будет выглядеть иначе. Причем там, в Киеве, власть в каком-то смысле заняла противоположную позицию – встала на сторону крупного бизнеса, решила „обороняться“ вместе с ним, но ей это не помогло: „оборону“ прорвали. То, что происходит у нас, – это накопление проблем, отсрочка их решения»261.

Непонятно, правда, чем может быть полезно правительству страны «накопление проблем, отсрочка их решения»? Что, наше правительство – враг народа? Непонятно также, почему «кризис доверия у нас, видимо, будет выглядеть иначе». Разве в РФ, в отличие от Украины, власть не встанет «на сторону крупного бизнеса»? Она так и будет стоять на стороне трудящихся, как и все последние годы? Странный, все-таки, у нас главный советник Кремля. Но все же и он признает наличие «углубляющегося кризиса доверия».

В целом, морально-политическая обстановка в РФ явно ухудшается. Директор ВЦИОМ по исследованиям В. Петухов пишет: “Вниз пошли практически все показатели, характеризующие удовлетворенность как собственной жизнью, так и ситуацией в стране. Ничего хорошего многие россияне, судя по результатам декабрьского [2004 г.] опроса ВЦИОМ, не ждали и от 2005 г. В связи с этим становится понятно, почему среди первопричин острой реакции населения на вступивший в действие закон о монетизации льгот россияне выделяют прежде всего общее ухудшение экономической и социальной ситуации в стране, а также глубокий социальный раскол, который пока преодолеть не удается. Причем по мере развертывания “льготного кризиса” число уверенных в том, что именно ситуация в экономике и социальной сфере является главной причиной недовольства общества, только растет. Только за две недели конца января – начала февраля число уверенных в этом увеличилось на 10% – с 28 до 38%”262.

Мониторинг всех видов недовольства и его динамики ведется в РФ непрерывно. Внимательно следят за структурой и динамикой недовольства властью в РФ и на Западе. Специалист по России Американского института предпринимательства Л.Арон пишет со ссылками на российские источники: «Только 22% опрошенных в октябре россиян считают, что за последние несколько лет Россия достигла стабильности, тогда как 67% признали, что стабильности в стране нет. Больше всего пугает то, что более половины назвали политическую ситуацию „напряженной“, а 45% сообщили о росте „недовольства властями“263.

Трудно расчленить истоки недовольства властью в РФ на классы – оно уже представляет собой динамическую систему, в которой разные причины переплетаются и усиливают друг друга через синергический (кооперативный) эффект. Для анализа выделим условно несколько «срезов» этой системы, имея в виду, что каждый из этих «срезов» подпитывается другими. Молодой человек может возненавидеть власть за то оскорбление, которое она нанесла старикам своей «монетизацией» льгот, хотя сам может даже не иметь родственников-пенсионеров.

97
{"b":"1156","o":1}