ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Полный сантехник
Счастье для людей
Флэш-Рояль
Вы нам подходите (СИ)
Хроники тысячи миров (сборник)
Право первой ночи
Эгоист
В ее сердце акварель
Как стать лидером на работе и всем нравиться
A
A

— Прикуси язык, бродяга. Тебя не просят ничего понимать. Говори только тогда, когда к тебе обращаются.

В груди Солдата вскипела ярость. Он едва не ударил капитана в ответ, тем самым чуть не окончив свой земной путь прямо здесь и сейчас.

Стражники, получившие незначительные царапины, поднялись на ноги. Товарищи перевязали им раны. Двое накинули Солдату на плечи ярмо, сделанное из маслобойки, и привязали его руки, затем спутали ему ноги короткой веревкой. Маленький отряд двинулся через площадь; стражники злорадно хохотали, глядя, как Солдат семенит мелкими частыми шажками, чтобы поспеть за ними. Толпа расступилась, освобождая проход. Только что, когда Солдат сражался со стражниками, зеваки были на его стороне. Теперь враги одержали верх, и непостоянная толпа обратилась против него. Люди смеялись, выкрикивали непристойные оскорбления, называя мать Солдата шлюхой, его сестру проституткой, а брата и отца ублюдками. Поскольку у Солдата этих родственников не было — по крайней мере он не знал об их существовании, — насмешки толпы его нисколько не беспокоили.

Зеваки поняли, что Солдат не клюет на их издевки. Возмущенные, они начали забрасывать его гнилыми овощами и кусками навоза. Капитан смотрел на это сквозь пальцы, пока пролетевшие мимо цели свиные кишки не обмотались вокруг шеи одного из стражников. Тогда он рявкнул, призывая толпу к порядку.

— Я вам всем сейчас живьем кожу сдеру! Вернусь с отрядом конных стражников и очищу площадь, оросив булыжник кровью! Я вам покажу, живодеры, настоящую кровавую бойню!

Жители Зэмерканда благоразумно прекратили состязания в меткости. Они знали меру. Капитану и пленнику позволили покинуть площадь, после чего рынок тотчас же снова загудел деловитым ульем.

Солдата отвели в башню в северной части замка и втолкнули в комнату, где за большим столом сидел величественный седовласый мужчина, а всю стену у него за спиной занимал его собственный огромный портрет. Этот человек был настолько важной персоной, что даже не оторвался от бумаг, когда Солдат предстал перед ним. Больше того, он еще минут тридцать продолжал писать, время от времени попивая из кубка дымящийся горячий напиток. Даже если его и одолевало любопытство, он ни разу не взглянул на арестованного. Лишь посыпав написанное песочком и убрав гусиное перо, мужчина посмотрел Солдату в глаза.

— Это ты чужестранец, называющий себя солдатом?

— Да, я просто Солдат, — подтвердил Солдат. И снова получил удар стальной рукавицей.

— Арестованный, молчать! — рявкнул капитан. — Еще слово, и я отрежу тебе большие пальцы.

— Капитан Кафф, предоставь мне решать, что и кому отрезать, — оборвал его государственный муж. — Хоть тебя недавно и назначили капитаном Имперской гвардии, здесь приказания отдаю я.

Последовала долгая оскорбительная пауза.

— Да, милорд.

В голосе капитана прозвучала насмешка.

— Кафф, ты чересчур высоко задираешь нос. Не возлагай слишком больших надежд на дружбу с канцлером Гумбольдом. Как известно, время от времени канцлеры слетают со своих постов, и в этом случае они попадают ко мне в Руки. Очень тонкая черта отделяет человека, занимающего высокий пост при дворе, от изменника. Только королева вправе решать, где проходит эта черта и по какую сторону от нее стоит тот или иной придворный.

На этот раз заминка была практически незаметной, и ответ был произнесен совершенно другим тоном.

— Да, милорд!

— Так-то оно лучше, Кафф. Намного лучше. Когда-нибудь я проведу тебя по помещениям, расположенным внизу. Там жарко, очень жарко. Можно сказать, просто удушливый зной. Даже сейчас ты должен чувствовать тепло, исходящее от печей, где раскаляются докрасна железные клейма и стержни, которые засовывают в задний проход. Если хорошенько прислушаться, можно различить скрип дыбы. Конечно, никаких криков ты не услышишь, потому что первым делом заключенному вырывают язык. Безмолвные крики — рот широко раскрыт, глаза вылезли из орбит, но из горла не вырывается ни звука, — вот к чему мы стремимся в нашем подвале.

Солдат понял, что эта речь была обращена не только к капитану, но и к нему. Его пытались запугать рассказами о том, что с ним произойдет. Солдат догадался, что он предстал перед самим Лордом-поимщиком воров, в чьем подчинении находятся судьи, адвокаты и стражники, наблюдающие за порядком на улицах города.

Потерев ладонями нос, Лорд-поимщик воров продолжал:

— Ты провел в Зэмерканде целый лунный месяц?

— Да, милорд.

— И не предпринял никаких попыток покинуть город после того, как срок твоего пребывания здесь истек?

— Я не знал, что должен уйти из Зэмерканда. Никто мне об этом не говорил.

Лорд покачал головой.

— Незнание законов не является оправданием.

— Милорд, но ведь кто-нибудь должен был меня предупредить?

— Должен был, но не сделал этого, и вот ты стоишь передо мной, ожидая приговора. Что ж, у меня нет иного выхода, кроме как приговорить тебя к смерти. — Лорд посмотрел на циферблат солнечных часов, освещенный проникающими в окно лучами. — Вообще-то мне следовало приговорить тебя к отсечению головы, однако сегодня палач уже закончил работу. Так что тебя выпотрошат, и твои внутренности поджарят на медной сковороде, пока ты еще будешь жив. После того как ты умрешь, твои останки поместят в клетку. Означенную клетку повесят у городских ворот, и вороны обклюют дочиста твои кости. Это все. Хочешь что-либо сказать?

— Я бы предпочел подождать палача.

— Что-нибудь еще? — бесстрастно спросил Лорд.

— Подождите! — в отчаянии воскликнул Солдат. — Неужели у меня нет никакой надежды? Может, обратиться к королеве с прошением о помиловании? Должен же быть какой-то выход…

Лорд-поимщик воров поднял брови.

— Разве капитан ничего тебе не говорил?

— Нет-нет, милорд. Капитан не сказал мне ни слова.

Лорд вздохнул.

— В таком случае скажу я… Итак, твой смертный приговор будет отменен, если: во-первых, гражданин Гутрума, имеющий состояние, дело или земельные угодья, поручится за тебя и внесет залог. Во-вторых, если в ближайшую лунную ночь у городских ворот появится одинокий волк. В-третьих, если девица-гутрумитка согласится выйти за тебя замуж. Это все. — Он повернулся к капитану: — Отведи его назад на рынок. Спроси, не поручится ли кто-нибудь за него или вдруг какая-нибудь глупая девчонка захочет взять его в мужья. Если этого не произойдет, возвращайся в башню и вспори ему живот!

— А как же волк? — слабым голосом возразил Солдат. Капитан улыбнулся.

— Всех волков, приблизившихся к городским стенам, убивают карфаганцы, окружившие Зэмерканд сплошным кольцом.

Солдат подавленно умолк. Оставалось только надеяться, что его вытащит из беды Спэгг. А может быть, по дороге он встретит Утеллену и упросит ее выйти за него замуж. Она женщина бедная, и ей нужен мужчина-защитник. Пока что еще не все потеряно.

Капитан, уверенный в том, что лишь впустую тратит время, повел Солдата назад на рынок.

Спэгг уже вернулся в свою лавку. Однако торговец руками пребывал в отвратительном настроении — в отсутствие Солдата с прилавка стащили несколько кистей.

Узнав, чего от него хотят, Спэгг извинился и сказал, что не может поручиться за Солдата.

— Что? — воскликнул осужденный. — Что ты говоришь? Я работал у тебя несколько недель. Разве мы не друзья?

Спэгг пожал плечами.

— Первое. Если ты сбежишь, у меня отнимут мою торговлю. Я поручаюсь не только собой, но и своим делом.

— Я никуда не сбегу, — в отчаянии произнес Солдат.

— Второе, — продолжал Спэгг, не обращая на него внимания, — кто-то хочет с тобой расправиться. Кто-то, обладающий властью, иначе ты бы не попал в этот переплет. А я не собираюсь вставать на пути у влиятельной персоны ради человека, с которым только что познакомился. Надеюсь, голову тебе отрубят быстро, и ты не будешь мучиться.

— Меня не обезглавят, а выпотрошат!.. — взмолился Солдат.

Поморщившись, Спэгг снова пожал плечами.

Солдата захлестнуло отчаяние. Он обратился к толпе, упрашивая всех, у кого есть хоть капля сострадания, поручиться за него.

13
{"b":"11566","o":1}