ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Солдат поднял меч так, чтобы солнечный луч отразился от начищенного до блеска лезвия. Острое. Очень острое. Он несколько раз рубанул мечом воздух. Оружие было идеально сбалансировано.

— Этот воин-медведь знал толк в мечах, — заметил Солдат. — Я назову его Ксанандрой.

Кузнец-оружейник нахмурился.

— Разве твою жену зовут не принцесса Лайана?

Солдат изумленно уставился на мастера.

— Рассудительный воин никогда не называет оружие в честь любимой женщины. Этому лезвию предстоит не раз вонзиться в тело какого-нибудь злобного зверя или ненавистного врага. Как ты думаешь, захочу я назвать именем своей супруги орудие для потрошения тех, кого я боюсь и ненавижу?

— Я понял, что ты хотел сказать.

— Нет, — продолжал Солдат, со свистом рассекая мечом воздух, — если хочешь, чтобы твой меч был необычным, назови его в честь какой-нибудь богини.

— Тебе очень повезло, что ты получил такое прекрасное оружие, — сказал кузнец. — Его прежний владелец по доброй воле с ним бы не расстался.

— Что случилось с этим капитаном?

Оружейник ухмыльнулся.

— Среди ночи пошел справить нужду и не захватил с собой меч. Столкнулся задницей к лицу с чудовищем. Это оказалась гигантская змея, проглотившая его целиком. Капитан даже не попытался спастись бегством — впрочем, со спущенными портками да с такой комплекцией он все равно далеко бы не убежал. Этот капитан был не мастак бегать. Не слишком пристойная смерть для офицера-карфаганца. Разумеется, потом змею нашли и убили. С капитаном шатра Медведя в желудке она никуда не смогла уползти. Но для бедняги все уже было кончено.

— Вероятно, он был или старым, или слишком толстым, раз не попытался убежать от змеи?

— Он был жирный как боров, — снова широко улыбнулся кузнец. — С трудом пролезал в ворота конюшни.

Опоясавшись мечом, прихватив мешок с головой Вау, Солдат отправился в город. К несчастью, новый меч не поместился в старые ножны, поэтому Солдату пришлось нацепить «Кутраму», по-прежнему пустую, на правый бок, а меч в ножнах — на левый. Солдат понимал, что выглядит очень глупо с двумя ножнами, но его нисколько не волновали любопытные взгляды встречных прохожих.

Солдат подходил к воротам, и вдруг ему на плечо опустилась птица. Он вздрогнул от неожиданности.

— И куда ты держишь путь?

— О, это ты, ворон. Разумеется, к своей супруге.

Ворон неодобрительно щелкнул языком.

— Она прогонит тебя вон. Ваша свадьба — чистая формальность. До тебя принцессе дела не больше, чем до лысины ханнака. Не выставляй себя на посмешище. Ты только для того и пошел в армию, чтобы произвести впечатление на Лайану?

— Я не собираюсь слушать твой вздор, — в сердцах произнес Солдат.

Он попытался было стряхнуть птицу со своего плеча, но ворон подскочил вверх, пропуская руку, а затем снова опустился на свой движущийся насест.

— Ха, кажется, я задел за больное место?

— Нет, — буркнул Солдат, уставившись в землю.

— Слушай, почему бы тебе не выбросить все это из головы? Брось ты это неблагодарное войско, наслаждайся свободой. Тебя все равно никто не любит. Для карфаганцев ты всегда останешься посторонним, чужим, скольких бы Вау ты ни убил в поединках. Да мы с тобой могли бы зажить припеваючи, если бы ушли куда-нибудь подальше от Зэмерканда. Ты будешь охотиться и питаться убитой дичью, а я буду довольствоваться тем, что останется. Ты будешь обсасывать аппетитные хрящики, а я буду выклевывать глаза.

— Убирайся прочь.

— В моих словах есть смысл? — сказал ворон, хлопая крыльями, чтобы усидеть на плече. — Вот почему ты на меня злишься? Ты понимаешь, что я прав.

Остановившись как вкопанный, Солдат произнес медленно и отчетливо:

— Если ты сейчас же не уберешься с моего плеча, клянусь, я откушу тебе голову и выплюну ее в ров.

— Какие мы нежные! — пробормотал ворон.

Тем не менее он взмыл в воздух и поднялся к куполам и башенкам города.

Вздохнув с облегчением, Солдат вошел в ворота.

Увидев, как лихо козырнули ему стражники, Солдат ощутил ребячий восторг. Еще совсем недавно (когда он носил железный ошейник) его бы остановили, попросили предъявить разрешение на вход в город, обыскали — в общем, попортили бы ему немало крови. Теперь же, увидев человека в лейтенантском мундире, стражники вытянулись в струнку.

Для того чтобы попасть во Дворец Диких Цветов, Солдату пришлось пересечь рынок. Он специально сделал крюк, чтобы пройти мимо одного определенного прилавка. Спэгг был на месте. Его хриплый, надтреснутый голос, пропитанный джином, разносился над толпой:

— Руки повешенных! Амулеты «руки славы»! Незаменимы для любых заклинаний и колдовства. Получив от них все, что вам нужно, вы можете скормить протухшую плоть своим домочадцам.

— Ты мерзкий старый лгун, Спэгг, — вот почему боги наградили тебя бородавками.

Торговец в негодовании обернулся, собираясь дать наглецу дерзкий ответ, но, увидев, кто перед ним, побелел как полотно.

— Солдат? Ты… ты стал офицером?

— Точно.

Выдавив улыбку, Спэгг втянул головку в щуплые плечи.

— Рад видеть тебя, друг мой. Всегда очень приятно знать, что мои ученики выбиваются в люди. Значит, теперь ты офицер? Должно быть, благодаря тому, что я замолвил словечко гвардейскому офицеру, как бишь его? Капитану Каффу.

— А мне помнится, ты выпрашивал у него позволение получить мои глаза после того, как меня казнят.

Улыбка Спэгга поблекла.

— А чего еще ты хотел — у тебя необыкновенные глаза. Вымочив их в белом винном уксусе, я смог бы получить за них неплохие деньги. Так и вижу, как они стоят в стеклянной банке на камине в доме какого-нибудь вельможи…

— Вот как? — В голосе Солдата прозвучала угроза. — Ты мог бы поручиться за меня и спасти мне жизнь… Надо бы прямо сейчас снести твою голову с плеч. В этом случае обитатели рынка столпились бы вокруг, громко крича от восторга.

Спэгг снова побледнел.

— Ну же, ну же, Солдат, не торопись. Если бы я за тебя поручился, ты бы не встретил прекрасную принцессу — то есть прекрасную, если не считать… — он прикоснулся к щеке, — в общем, сам знаешь. Послушай, — полным отчаяния голосом продолжал он, — хочешь, возьми себе пару волшебных рук. Совершенно бесплатно. Любую. Выбирай сам. Забудем былые обиды.

Солдат ткнул пальцем в лицо рыночного торговца.

— Спэгг, тебе лучше в будущем оставаться моим другом. Не повторяй прежние ошибки, потому что я всегда падаю, приземляясь на ноги. Ты меня понял?

— Да-да, конечно, Солдат. Мы с тобой товарищи, да. Друзья — не разлей вода. Я тебя больше никогда не подведу, будь уверен.

Кивнув, Солдат продолжил путь, поражаясь кипящей у себя в груди ярости. Он пришел в ужас, осознав, что совершенно серьезно собирался отсечь Спэггу голову. Даже когда он взял себя в руки, его не покидало чувство стыда из-за того, что он едва не потерял самообладание. Солдату становилось страшно от бездонных глубин гнева, обнаруженных в душе. Он ни за что не простил бы себя, если бы убил Спэгга, однако он едва не обнажил свой меч. Спэгг тоже почувствовал это, понял, что был на волосок от смерти.

Направляясь по широкому бульвару, обсаженному деревьями, в сторону Дворца Диких Цветов, Солдат внезапно лицом к лицу столкнулся с капитаном Каффом.

Мгновенно забыв данное себе обещание, Солдат спросил с едва скрываемым раздражением:

— Ты только что виделся с моей женой?

Капитан Кафф был в окружении офицеров имперской гвардии. Те изумленно переводили взгляд со своего товарища на выскочку-карфаганца, дерзнувшего разговаривать с высокопоставленным офицером в таких тонах.

— Что, если так? — огрызнулся Кафф. — Тебе какое дело? Тебя она даже видеть не хочет.

— Это мы еще посмотрим. А пока не соблаговолишь ли ты встретиться со мной завтра на рассвете у стен замка вместе с двумя товарищами-офицерами, которым предстоит быть твоими секундантами?

Кафф надменно вскинул голову. На его лице появилось что-то напоминающее улыбку.

35
{"b":"11566","o":1}