ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Перед сном его навестил Офао, снова обработавший раны мазями и бальзамами, а затем давший снадобье, способствующее крепкому сну. Поблагодарив слугу, Солдат улегся на мягкие перины и тотчас же заснул. Выйдя из комнаты, Офао запер дверь снаружи и просунул ключ в щель внизу. Они с Дриссилой сошлись во мнении, что Солдата необходимо оберегать от его сумасшедшей жены.

Валехор стоял на холме под дубом и глядел на раскинувшуюся внизу заросшую лесом равнину, затянутую туманной дымкой.

Облаченный в доспехи, рыцарь держал в одной руке меч, а в другой — булаву. Рядом с ним виднелись силуэты рыцарей в черных доспехах. В предрассветных сумерках невозможно было различить ни лица, ни эмблемы на щитах. Рыцари толпились вокруг Валехора, позвякивая стальными латами и скрипя кожаными ремнями. В воздухе висело зловоние мочи и испражнений. По оценке Валехора, отряд стоял на холме уже несколько часов. Воины, чтобы оставаться в постоянной боевой готовности, справляли нужду прямо в доспехи. Лишь одному Валехору было позволено отдохнуть. Однако он не спал, а тоже бодрствовал, как и подобает рыцарю в канун сражения. Валехор взывал к ангелам, прося их быть рядом в предстоящем бою. Он вверил свою душу богу.

— Сир, — окликнул его один из рыцарей, — клан Драммондов собрался в лощине у ручья. Скоро рассветет. Чтобы атака была успешной, нам необходимо построиться на гребне холма до того, как взойдет солнце.

— Ты прав, — сказал Валехор. — Выдвигаемся вперед.

Он направился по заросшей мхом лужайке, оставляя глубокие следы в мягкой сырой земле. Там в зарослях стояли лошади, укрытые от холодного ветра, дующего над торфяным болотом. Вчера клан Драммондов потерпел сокрушительное поражение и был вынужден отойти к отвесным скалам, возвышающимся над трясиной и образующим непроходимый барьер. Враг был в руках Валехора и его рыцарей. С восходом солнца начнется кровавая бойня, и мир навсегда будет избавлен от Драммондов.

Вдалеке показалась смутная тень, продирающаяся сквозь вересковые заросли. Укутавшаяся в плащ, защищающий от холода, накинувшая на голову капюшон, спасающий от утренней росы, фигура держала в руках сучковатую палку, на которой трепетал обтрепанный флажок из коровьей шкуры. На шкуре был выжжен герб клана Драммондов. Это шел парламентер.

Человек в толстом шерстяном плаще остановился на мокрой от росы лужайке ярдах в двадцати от рыцарей.

— Меня направил к вам побежденный народ, — начал он.

— Говори, с чем пришел, — сказал Валехор.

Парламентер помялся, подбирая слова, и наконец заговорил надтреснутым голосом:

— Я уполномочен предложить нашу безоговорочную капитуляцию. — Голос посланца дрожал от напряжения. — Мы готовы покориться вам, только сохраните жизнь нам и нашим семьям.

Валехор гневно вскинул голову. Какая еще капитуляция? Что, его собираются лишить последнего кровопролития? Неужели за его зверски убитую невесту Драммонды заплатят лишь жизнями нескольких проходимцев? Нет, Валехор хотел, чтобы к тому времени, как цветы лаванды, согретые лучами взошедшего солнца, раскроют свои лепестки, все до одного Драммонды сгинули в болоте.

— Я тебя не слышу, — крикнул Валехор. — Ветер завывает слишком громко, и я оглох. Чего ты хочешь? Биться до последнего воина?

Парламентер, отшатнувшись, сделал несколько шагов назад. Выскочивший невесть откуда заяц стремглав скрылся в кустах. Он, в свою очередь, спугнул пару тетеревов, шумно захлопавших крыльями и пронесшихся над головами рыцарей. Послышался громкий звон: один из воинов, шагнув вперед, зацепился шпорой за камень. Валехор махнул рукой, приказывая своему рыцарю оставаться на месте и не мешать переговорам.

— Вы ничего не поняли, — воскликнул посланец. — Вы одержали победу. Новые смерти больше не нужны.

— Нет, — снова крикнул Валехор, — я по-прежнему ничего не слышу. Ветер громко воет. Возвращайся в полдень, когда над болотом воцарится спокойствие.

Парламентер молча посмотрел на него, понимая, что все потеряно.

— Кровожадный ублюдок, — пробормотал он и, развернувшись, направился в затянутые туманом кусты.

— Далеко не такой кровожадный, как Драммонд. Остановившись, парламентер бросил через плечо:

— А это ты услышал!

Вскоре рыцари, оседлав коней, понеслись вниз по склону холма, и началась кровавая бойня, Ни одному воину клана Драммондов не удалось спастись в тот день. Земля была завалена сплошным покровом трупов, и трясина жадно впитывала драгоценную кровь Драммондов. Жены и возлюбленные воинов были изнасилованы все до одной, чтобы следующее поколение поголовно состояло из ублюдков-полукровок. Детей собрали и распределили по приграничным фермам — возделывая землю, они забудут своих родителей. От подобной жестокости защемило бы сердце у самого кровожадного тирана.

Валехор сидел на коне, хладнокровно наблюдая за происходящим. Ни разу он не вмешался, не попытался остановить своих опьяневших от запаха крови рыцарей.

Одна сгорбленная старуха, оборванная ведьма, схватила его за стремя.

— Будь ты проклят, Валехор! Будь прокляты все твои родственники и их потомство! Пусть твоя душа вечно горит адским пламенем, подлый убийца! Будь проклята твоя мертвая невеста, пусть она…

Валехор раскроил ей голову булавой, прежде чем старуха успела закончить свое проклятие.

Наконец, когда все было кончено, рыцари уехали, оставив сваленные в огромную груду трупы. Клан Драммондов был уничтожен. Вышедшие из леса волки принялись обгладывать трупы, слетевшееся воронье стало выклевывать мертвым глаза. Но в полдень стервятники бросились врассыпную. Гора зашевелилась, содрогнувшись изнутри. Не все Драммонды были убиты. Один воин остался жив. Оглушенный ударом булавы, он упал на землю. Его приняли за мертвого и завалили трупами. И вот сейчас воин пришел в себя.

Он выбрался из-под груды трупов, перепачканный кровью и вывалившимися внутренностями. Оглянувшись вокруг, Драммонд издал жуткий вопль, и ветер разнес над болотом его призыв к мщению. Воин поклялся богам земли, морей и неба, что враг горько пожалеет об этом дне.

Затем он побрел в глубь болот, мрачный и угрюмый, с душой, словно налитой свинцом. Но разгоревшееся в груди пламя могло утихнуть лишь тогда, когда его меч вкусит кровь ненавистного предводителя вражеских рыцарей. Безжалостный убийца, расправившийся с кланом Драммондов, заплатит за свое преступление. Оставшийся в живых воин не сомневался, что рано или поздно осуществит свою клятву, ибо он был в первую очередь профессиональным солдатом.

Солдат проснулся, услышав, как волшебные ножны поют песнь предостережения ему на ухо.

Неясная тень, бесшумная, словно летучая мышь, оторвалась от подоконника и метнулась к кровати, сжимая в руке кинжал. Перехватив запястье убийцы, Солдат отбил острое лезвие в сторону. Нападавший вскрикнул, но не выпустил кинжал. Солдат выбросил вперед кулак, и убийца отлетел к обитой пухом стене. Ударившись головой о мягкую поверхность, неизвестный сполз на пол и затих.

Дрожащей рукой Солдат нащупал огниво и кремень и запалил трут. Потом зажег восковую свечу и, осмотрев распростертое на полу тело, узнал нападавшего. У него вырвался крик ужаса.

Это была Лайана. К прежним шрамам, обезобразившим ее лицо, добавился отвратительный синяк от удара кулаком. Ругая себя на чем свет стоит, Солдат склонился над женой и бережно поднял ее с пола.

Когда он нес Лайану к кровати, та очнулась, и ее лицо исказилось злобной ненавистью. Молодая женщина попыталась расцарапать лицо мужа ногтями, но тот успел швырнуть ее на постель. Пока Лайана лихорадочно шарила вокруг в поисках кинжала, Солдат бросился к двери. Ключа в замке не было. Увидев ключ на полу, он подобрал его и отпер дверь.

— На помощь! Сюда! — крикнул Солдат в темный коридор.

Слуги выскочили из комнат, натягивая на бегу одежду. На лестнице появились стражники. Солдат вернулся к себе. Ему запомнилось, что кинжал, выбитый из руки Лайаны, звякнув, закатился куда-то под шкаф. Но сейчас принцесса отчаянно рылась в постельном белье. Солдат схватил ее за руки, а она попыталась его лягнуть, стараясь сломать ему нос и разбить губы. Но он крепко держал ее до тех пор, пока не подоспели слуги. Общими усилиями вырывающуюся Лайану вытащили из комнаты.

38
{"b":"11566","o":1}