ЛитМир - Электронная Библиотека

Она вошла в столовую раньше Синклера. Выстроившись в ряд, шестеро слуг в ливреях и дворецкий ожидали появления хозяев.

– Добрый вечер, – сказала Виктория, направляясь к своему месту в конце стола.

– Добрый вечер, миледи, – ответил Майло, спеша отодвинуть для нее стул.

– Вам, наверное, это кажется странным, – продолжала она дружеским тоном. – Сначала новый маркиз, теперь его жена – и все это меньше чем за месяц. Вы давно служите у Графтонов, Майло?

– Да, миледи. Более половины слуг остались в доме от предыдущего лорда Олторпа.

– Он был хорошим человеком.

– Очень щедрым человеком, – выразительно произнес Майло, и она улыбнулась ему.

– Лорд Олторп, вероятно, доволен такой преданностью своей семье. Как долго ты служил Томасу?

– Пять лет, миледи. И еще, если позволите… негодяй, который убил его, заслуживает виселицы.

Другие слуги закивали в знак согласия, однако Виктории было любопытно, о чем они больше сожалели – об утрате своего старого хозяина или о приобретении нового.

– А вот и вы, – донеслось от двери.

Легкая дрожь пробежала по ее спине при звуке его голоса.

– Добрый вечер, Синклер, – поздоровалась она, и имя на ее губах прозвучало как иностранное и в то же время знакомое. Виктория с любопытством подумала, привыкнет ли она когда-нибудь произносить его.

– Вы выглядите просто ошеломляюще, – произнес он, обойдя ее сзади, прежде чем занять место на противоположном конце длинного парадного стола.

– Благодарю вас.

Маркиз склонил голову.

– Я зашел к вам, чтобы проводить в столовую, но вы, похоже, прекрасно ориентируетесь сами.

– В Лондоне дома очень похожи. – Она лукавила, но поскольку в его присутствии язык отказывался служить ей, следовало быть довольной уже тем, что ей удалось произнести связное предложение.

– Возможно. Я не часто выходил в свет с тех пор, как вернулся.

– Это не важно. В доме всегда есть слуга, который может проводить редкого гостя, а завсегдатаи знают дорогу сами.

В какую-то секунду выражение его лица изменилось, и теперь перед ней предстал Син-повеса, со смутной чувственной улыбкой.

– Похоже, я попадаю в категорию редких гостей.

Он, кажется, совсем забыл, что она тоже оказалась в Графтон-Хаусе впервые.

– Я нашла дорогу сама, – сказала Виктория, желая напомнить ему, что он должен поддерживать ее, а не наоборот.

– Мы должны исправить это. Я уже достаточно ознакомился с домом, чтобы показать его вам, когда вы захотите. Возможно, завтра.

– Возможно. Но завтра я должна посетить благотворительный завтрак.

Он поднял бровь.

– У меня сложилось впечатление, что завтра мы собирались уехать из города.

«Пропади все пропадом», – подумала она.

– Я тоже так и предполагала, но завтрак был намечен несколько месяцев назад, и я согласилась участвовать в нем задолго до того, как встретила вас. Если уж я осталась в Лондоне, то должна на нем присутствовать. Вы говорили, что мне не нужно менять мои светские привычки. – Виктория смотрела в свою тарелку, когда Майло подавал божественно пахнущего жареного фазана. – Вы можете сопровождать меня, если пожелаете.

Синклер фыркнул.

– На благотворительный завтрак? Удивлен, что вас втянули в это дело, но я еще не сошел с ума.

Этого было более чем достаточно.

– Меня никто не втягивал в это, милорд, – возразила она, сжав в руке вилку. – Я занимаюсь этим добровольно. Именно в этом и состоит благотворительность – отдавать часть себя.

Маркиз усмехнулся, смакуя жареного фазана.

– Тогда эта птица тоже посвятила себя благотворительности. Она определенно отдала себя. И она чертовски вкусна.

Девушка взглянула на собравшихся слуг. Если ему было безразлично, какое впечатление он производит на них, тогда и ее не заботило, каким тупым он выглядит.

– Если вы смешиваете поедание птицы с благотворительной деятельностью, могу вообразить, насколько ваша преданность Англии была поколеблена, пока вы находились в Европе.

Он застыл, затем медленно положил на стол нож и вилку, не сводя с нее глаз.

– Моя преданность?

– Да. Почему вы оставались во Франции, когда вся остальная Англия была в состоянии войны с ней?

Синклер молчал, затем, расслабив плечи, продолжил трапезу.

– Моя преданность никогда не вызывала сомнений.

– И это печально. – Виктория отодвинулась от стола и встала. – Извините, но я покину вас сегодня пораньше.

На этот раз он даже не взглянул на нее.

– Спокойной ночи, Виктория.

– Спокойной ночи, Синклер.

Глава 5

Маркиз мерил шагами свою спальню, каждый раз останавливаясь перед дверью в гардеробную, а затем опять возобновляя движение. Он будет идиотом, если войдет в ее комнату, – она сама должна попросить его об этом.

Итак, эта соплячка оспаривает его любовь к Англии, кокетливая и избалованная лондонская красотка ставит под сомнение его преданность. Конечно, это было бы занятно: создать у всех – тем более у Бонапарта – впечатление, что он слишком занят собой, чтобы думать о политике, и будет заниматься чем угодно, лишь бы это забавляло и приносило ему пользу. Эти самые качества, возможно, дадут ему свободу действий в Лондоне, чтобы найти убийцу Томаса.

Часы пробили два; проклиная свою забывчивость, маркиз схватил накидку и проскользнул в темный холл, затем поспешно спустился вниз и тихо вошел в кабинет на первом этаже.

В темноте ему хватило секунды, чтобы снять крючок и распахнуть окно.

Перешагнув через оконный проем, Синклер оказался на земле и, прячась в глубокой тени дома, добрался до конюшни.

– Бейтс, – прошептал он.

– Самое время, – ответил за его спиной более низкий и гортанный голос.

Он развернулся, в мгновение ока вытащил из кармана пистолет и прицелился.

– О боже!

– Не двигайся! – приказал Синклер.

– Где уж там, с этой пушкой, направленной на меня. Побойся Бога, Син, это была всего-навсего шутка.

Маркиз медленно опустил пистолет, затем положил его обратно в карман.

– Право, Уолли, мертвые наемные убийцы не представляют никакого интереса.

– Я говорил тебе, – произнес Бейтс, выходя из-за угла дома вместе с высоким мускулистым человеком, – это не смешно.

Уолли провел рукой по своим уже начинающим выпадать светлым волосам.

– Если бы ты не опоздал, у меня не было бы времени шутить.

Синклер кивнул:

– Я потерял счет времени.

– Чего и следовало ожидать. – Бейтс улыбнулся, и его зубы блеснули при свете луны. – Ведь это твоя свадебная ночь, и все такое.

– Я удивляюсь, как ты вообще решился покинуть теплую мягкую постель, – продолжил Уолли.

Так как у него не было намерения сообщать им подробности первой брачной ночи, Синклер просто пожал плечами.

Рыжеволосый великан, который сопровождал Бейтса, выступил вперед.

– Предполагаемый свидетель, за которым мы следовали, оказался старым, испитым сквайром, у которого ума не больше чем на пенс.

Мягкий шотландский акцент не сделал новость более приятной.

– Совсем ничего?

– Да. Я предлагал деньги за информацию, но не думаю, что он отличит твоего брата от принца Джорджа.

– Все же мы должны были попытаться.

Уолли покачал головой:

– Если бы дело было в деньгах, кто-нибудь выдал бы негодяя еще два года назад.

– Я знаю. Мы собираемся вести это дело по старинке и не можем исключить никого из подозреваемых без доказательств противного.

– Но это займет массу времени.

Синклер взглянул на Бейтса.

– Ты не обязан помогать мне.

Молодой человек хмыкнул.

– Не начинай снова молоть чепуху.

– У нас две крайности, из которых можно выбирать, – медленно произнес маркиз. – Ни один из прислуживающих в тот вечер не видел и не слышал ничего особенного. Итак, речь идет либо о постороннем, который проник в этот огромный дом и умудрился найти и убить Томаса, не встретив никого на своем пути, либо мы имеем дело с кем-то, достаточно знакомым с домом и его обитателями, чтобы сделать свое грязное дело и незаметно ускользнуть.

14
{"b":"116","o":1}