ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Фима. Третье состояние
PIXAR. Перезагрузка. Гениальная книга по антикризисному управлению
Гарет Бэйл. Быстрее ветра
Одним словом. Книга для тех, кто хочет придумать хорошее название. 33 урока
Факультет чудовищ. С профессором шутки плохи
Креативный шторм. Позволь себе создать шедевр. Нестандартный подход для успешного решения любых задач
Отчаянные аккаунт-менеджеры: Как работать с клиентами без стресса и проблем. Настольная книга аккаунт-менеджера, менеджера проектов и фрилансера
Моцарт в джунглях
Девочка с Патриарших

— Спокойной ночи, Криспин.

Когда он вернулся в Графтон-Хаус, Виктория уже спала. Синклер прошел через длинный холл и лабиринт комнат в кабинет Томаса и медленно сел в кресло. Ранним вечером, при зажженных лампах — не могло быть сомнений, что Томас увидел своего убийцу, как только тот вошел в комнату, но не приложил никаких усилий для своей защиты.

Один из этих приятных, вежливых джентльменов убил его — убил хладнокровно. Синклер не доверял никому из них после того, как обнаружил скрытые слабые места у их представителей в Европе. Больше всего его терзало то, что все случившееся могло быть его виной, если он узнал ложную информацию и кто-то решил, что она передана Томасу.

— С вами все в порядке?

Вздрогнув, он схватился за пистолет и тут же понял, что слова исходили от Лисички. Она стояла в дверях — светлая тень на фоне темного холла. Он с усилием откинулся на спинку кресла.

— Да, все хорошо. Отчего вы встали?

— Просто я слышала, как вы вернулись. — Она неуверенно вошла в залитую лунным светом комнату. — Здесь убили Томаса?

— Да.

Длинные вьющиеся волосы Виктории разметались по плечам, и ему мучительно захотелось коснуться их.

— Он сидел за столом, когда это случилось?

— Да.

Она склонила голову.

— Мне жаль, что у меня сложилось неверное представление о вас, Синклер.

— А может быть, и нет.

Виктория медленно подошла к нему и протянула руку.

— Не сидите здесь. У меня по всему телу мурашки.

Син позволил ее маленькой изящной руке взять его за руку и поднять с кресла.

— Вы хорошо знали Томаса?

— Он был старше вас, не так ли?

Поскольку она, казалось, не спешила уйти и по-прежнему держала его за руку, он притянул ее к себе, а затем медленно наклонился, чтобы дать ей время возразить. Когда же она не сделала этого, он нежно поцеловал ее, наслаждаясь теплым, податливым прикосновением ее рта.

— Да. Ему было около сорока — он был на целых десять лет старше меня. Они с бабушкой практически вырастили Кита и меня. — Синклер пальцами обвел контур ее лица. — И все-таки: вы хорошо знали Томаса?

— Нет, не очень. Думаю, мое окружение было слишком шумным для него.

— Все, что бы вы ни рассказали о нем, может помочь.

— Он был любезным и спокойным, любил живопись Гейнсборо, а однажды упомянул при мне, что сам немного рисует.

— Правда? — Синклер еще острее почувствовал утрату брата. — Я не знал этого.

— Он говорил, что у него не очень большие способности, но, по-моему, это не так. Вы нашли его работы?

— Нет, но, возможно, они сохранились у моей бабушки.

— Почему бы не спросить ее об этом?

— Я обязательно так и сделаю. — Он внимательно взглянул на нее. — Отчего вы так дружелюбны сегодня?

— Не знаю. Просто я думала, как ужасно потерять родного человека, а затем увидела вас в этом кресле…

— И?..

— Меня удивило, отчего вы находились вдали отсюда целых два года.

— Если бы я знал о вас раньше, то не отсутствовал бы столь долго, — заметил он.

Внезапно Виктория уперлась ему в грудь рукой и оттолкнула.

— Вы хотите использовать мое сострадание, чтобы соблазнить меня!

Он отступил на шаг назад.

— Но разве не вы используете имя Томаса как предлог каждый раз, когда мы целуемся? И почему я вас так нервирую?

— Нервируете? — Она рассмеялась. — Отнюдь! Вы не первый мужчина, который целовал меня или шептал сладкие, льстивые пустяки, чтобы завоевать мое расположение.

Синклер прищурился, и перед ним возникла досадная картина: Марли, кружащий ее в танце.

— Однако вы не вышли замуж ни за кого из них.

— Никто не был настолько бестактен, чтобы пытаться обольстить меня на глазах отца и половины Лондона. Спокойной ночи, милорд.

Маркиз знал, что все получилось нелепо и он действительно поступил бестактно в тот вечер, — но лишь потому, что не ожидал вновь увидеть ее в Лондоне. После нескольких дней, которые они прожили под одной крышей, у него не было ни малейшего представления о том, что двигало ею и каковы были ее мотивы, тогда как обычно он мог оценить любой характер в течение нескольких минут. То, что она то приближалась, то удалялась от него, не было ее виной — это он менял правила игры.

— Кто, вы думаете, убил Томаса? — спокойно спросил Синклер, напоминая себе, что он задает этот вопрос, потому что нуждается в ее содействии и вовсе не хочет сердить ее.

Она остановилась на пороге комнаты.

— Я не знаю. А вы?

Маркиз вздохнул. Виктория была права в одном: он действительно каждый раз использовал ее сочувствие.

— Любой.

— Любой?

Он пожал плечами:

— Я никого не исключаю. Любой мог сделать это. Мне только нужен мотив, чтобы вычислить этого человека.

— Например?

Синклер облокотился о край стола.

— Я не знаю, с кем Томас имел дело. Он писал мне, когда выдавалась такая возможность, но письма, даже те, которые доходили, были лишены какой-либо новой информации. Однако что-то все же стало известно тем, кому не следовало.

— Почему вы находились в Париже, когда это было столь опасно? Что держало вас там, Синклер?

Ему до боли хотелось ответить на ее вопрос: она обращалась с ним так же бесхитростно и заинтересованно, как до этого с дворецким. Тогда Майло готов был рассказать ей все. Он тоже расскажет, но только после того, как узнает, почему умер Томас.

— Ну, знаете, пари, вино, женщины весь день и всю ночь напролет. Новый порядок, введенный Бонапартом, выглядел весьма консервативным, но французская знать и большинство его офицеров считали, что это не относится к ним.

— Как я слышала, вы полгода жили в борделе. Это правда?

Позже ему придется возненавидеть себя за свой ответ.

— Мадам Эбьер. Самые хорошенькие девочки в Париже. Бордель посещали некоторые из наиболее влиятельных членов правительства Бонапарта. Ну, теперь ваша очередь, Лисичка, вы ведь тоже любите развлечения, не так ли?

— Иногда. Они помогают убивать время. — Виктория подозрительно посмотрела на него. — В прошлом месяце, — медленно произнесла она, — лорд Ливерпул заявил, что арестованы последние известные сторонники Бонапарта.

— Неужели?

— Его слова не вызывают сомнений. И если вы были на дружеской ноге с офицерами и знатью этого маньяка, то как вам удалось избежать ареста?

— Будьте осторожнее в заключениях, Виктория. Вы полагаете, что я агент?

— Надеюсь, нет. — Она, пятясь, вышла из комнаты. — Спокойной ночи, Синклер.

Какое-то время он не двигался, разрываемый восхищением и смущением. Возможно, ему следует подумать, не рассказать ли ей правду, пока она сама не напридумывала бог знает что.

Глава 7

Хотя Виктория и считала себя смелой, выходя из экипажа Олторпа, она испытывала некоторое волнение, думая об исходе авантюры, которую собралась предпринять.

Глубоко вздохнув, она поднялась по узким ступеням дома и взялась за медное кольцо.

Дверь распахнулась.

— Что вам угодно, мисс? — На нее с любопытством смотрел пожилой господин в модной черной ливрее.

— Леди Друсбери дома?

— Сейчас спрошу. Могу я узнать ваше имя?

— Леди Олторп. — Ей казалось странным звучание этих слов.

Слуга тут же впустил ее.

— Извините, что не узнал, миледи. Пожалуйте в гостиную.

— Благодарю.

Дворецкий повел ее вверх по ступеням к маленькой светлой комнате, расположенной на восточной стороне дома. Комнату украшали вышивки и туго набитые подушки — явное свидетельство того, что ее хозяйкой была женщина.

Виктория села в одно из кресел. Из окна она видела небольшой садик, примыкающий к дому. Если леди Друсбери не захочет ее принять, неизвестно, что ей делать дальше и где получить нужные ответы.

— Леди Олторп! — приветливо сказала хозяйка, входя. Виктория вскочила на ноги и сделала реверанс.

— Леди Друсбери.

— Пожалуйста, садитесь и… называйте меня Августой.

— Августа. Благодарю вас. Вы можете называть меня Викторией или, если пожелаете, Лисичкой.

21
{"b":"116","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Книга о потерянном времени: У вас больше возможностей, чем вы думаете
Операция без наркоза
Дело о бюловском звере
Охотник за тенью
Человек без дождя
Попаданка пятого уровня, или Моя Волшебная Академия
Сверхчувствительные люди. От трудностей к преимуществам
Мой любимый враг
Вдохновляющее исцеление разума