ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Иисус, — пробормотала Джо. — Не трудно понять теперь, как и почему появились все мифы о вампирах...

— Есть еще кое-что, связывающее порфирию с мифами, — сказал Клейтон, — вампиры, согласно фольклору, боятся чеснока. В чесноке есть фермент, который растворяет железо в крови. Разумеется, каждый страдающий этой болезнью будет держаться подальше от чеснока. Больные выходят только ночью, так как болезнь достигает своего пика с порфиринами, свободными от железа, накопляющегося под кожей. Всякое воздействие света или солнца вызывает химическую реакцию, ведущую к этим поражениям. — Он указал на шрамы и рубцы на лице трупа.

Тягостное молчание снова прервал Клейтон.

— Сейчас только один из 25 тысяч страдает порфирией. Но эта цифра может увеличиваться без влияния ванденбургского корма. Корм действует как катализатор, но, повторяю, его роль может сыграть каждый токсичный агент, даже простой алкоголь или простые противозачаточные таблетки.

— Это лечится? — спросила Джо.

— Нет, — решительно ответил Клейтон. — О ней так мало известно, что и средств лечения не найдено. Я распознал ее, так как много лет назад довелось наблюдать такого больного, но куда более легкую форму. Чаще всего встречается эритрогепатическая порфирия, когда люди болеют и даже не знают, что заражены.

— Это смертельно? — спросил Тайлер.

Клейтон задумчиво потер подбородок.

— Обычно нет.

— На ранних стадиях зараженные люди, наверное, понимают, что с ними что-то неладное, так почему же они не обращаются к врачу? — недоуменно поднял брови фермер.

— Болезнь поражает нервную систему, — пояснил Клейтон. — Она изменяет мыслительную деятельность, влияет на рассудок. Очевидно, ведет к эрозии мозговых клеток. Это вызывает психозы.

— Наверное, зараженные люди уже через несколько дней обречены, — предположила Джо.

— Этого сказать нельзя, — возразил Клейтон, — дни, недели, месяцы. Это неизвестно.

— Нам от этого не легче, — резюмировал Тайлер.

— Благодари Бога, что зараженные неактивны в дневное время, — сказала Джо.

— Неактивны, возможно, но совсем не похожи на мифических вампиров, днем они не впадают в кому. Если их разбудить днем, они весьма опасны.

— Так они все-таки вампиры или нет? — спросила Джо.

— Они близки к концепции мифических вампиров, — уточнил Клейтон, — да мы и сами это видели.

— Значит, все легенды созданы потому, что люди не знали, что это болезнь, — сказал Тайлер.

— У человека есть привычка навешивать ярлыки, — сказал Клейтон, — ему так спокойнее. Невежество во многих случаях породило легенды. Ведь то же самое и с кататонической комой и преждевременными похоронами в средние века. Отсюда легенды и о вампирах, и об оборотнях и оживших мертвецах. Если мы чего-то не можем объяснить, относим это к субнормальному, необычному. Мы боимся того, чего не понимаем. И пытаемся разрушить то, чего боимся.

Все замолчали. Тайлер посмотрел на часы — наступила полночь.

— У нас немного времени, — сказал он, — меньше семи часов, а дел много. Надо торопиться.

Глава 44

Сэр Оливер Торндайк ходил вдоль стола — туда и обратно, — останавливаясь каждую секунду и глядя на часы. Почистил один рукав, затем другой, словно подгоняя этим движением время вперед.

Раздался стук в дверь.

— Войдите, — пригласил Торндайк, но Старк уже был в комнате.

— Есть что-нибудь важное? — спросил он, садясь на стул с высокой кожаной спинкой.

Торндайк, подойдя к шкафу красного дерева, достал одну из толстых папок, заполнявших его сверху донизу, и потряс ею над головой.

— Это доклад по новейшей добавке к корму, — торжественно изрек он.

— Я читал, — равнодушно сказал Старк, доставая из кармана флягу.

— Тогда вы, должно быть, знаете, что эта мера далека от уровня необходимой безопасности.

— Прекрати пороть чепуху, Торндайк. Если у тебя еще есть что сказать — скажи.

— Протеиновая добавка, которую мы сейчас вводим в корм, не безопаснее первой. Результаты налицо. Правительство не потерпит больше никаких инцидентов по шкале Вейкли.

— Правительство потерпит все, если их устраивает финансовая сторона, получаемые доходы. Почему, думаешь, они согласились на сотрудничество с этим проектом? С самого начала?

— Учтя его скрытые возможности, да, это так, но они больше не выдержат. Инцидент нельзя не предать огласке. — Торндайк сглотнул. — Проекту «Эребус» дается приостановка.

— Нет, — решительно сказал американец, — новая порция корма выработана и готова для отгрузки.

— Сколько же еще людей умрут, прежде чем в вас заговорит совесть! — воскликнул Торндайк.

— Не повторяйся, Торндайк! Ты говорил с Мюиром? — рыкнул в ответ Старк. — Вы осознавали степень риска, когда запускали проект, вы и все остальные, кто работал над ним! И не читайте мне лекций о совести, сукины дети.

— Назвав его «Эребус», мы что-то хотели этим сказать, вы так не думаете?

— Что именно?

Торндайк бросил папку на стол.

— Эребус — Бог тьмы, правитель царства мертвых. Не правда ли — на расстоянии мили от нас мы организовали небольшой ад?

Старк поднялся.

— Не старайся показать, какой ты интеллектуал. Твой интеллект, Торндайк, не больно нужен.

Ученый горько ухмыльнулся:

— Мне кажется, я уже это слышал: сначала Андерсон, затем Гленденнинг, Чарльз Мюир, теперь я, не так ли?

— Забудь о совести, — сказал американец. — Она просто-напросто ни к чему.

Он вышел, оставив Торндайка в той позе, в которой он застыл над папкой, сжав голову руками.

Папка лежала как обвинение.

Глава 45

Карту Вейкли, пришпиленную к доске объявлений в холле отеля, испещряли красные и черные отметки, ими были отмечены целые улицы. Тайлер склонился над картой, внимательно изучая кварталы, оставленные чистыми.

— Они еще что-то скрывают, — сказал он.

— Ты всюду искал? — спросил Клейтон.

— Ходил, как ищейка, кругами — в некоторых местах, кажется, побывал дважды.

— А это что? — Джо показала на северный угол плана города.

— Старый кинотеатр, — почти про себя прошептал Тайлер — пристально глядя на карту, он что-то начинал понимать.

Клейтон взглянул на него.

— Он достаточно велик? — спросил он.

Тайлер кивнул.

— Как же, черт возьми, я пропустил его? — пробормотал он.

— Тогда посмотри еще там, Вик, — сказала Джо.

— Мы решили, что предпримем еще? — Прервал ее доктор, вспоминая, что они намечали раньше.

— Я поищу остальные здания, где еще не был, — сказал Тайлер, — а вы с Джо поедете в «Ванденбург кемикалз» и посмотрите, что нового там. — Он полез в карман и вытащил идентификационную карточку, которую нашел у Фандуччи. — Используйте ее, проходя через охрану, — сказал Тайлер, подавая карточку доктору.

— А если они знают Фандуччи в лицо? — спросил Клейтон.

— Тогда вам придется проникнуть туда иначе.

— Мне кажется, это сумасшествие — идти туда днем, у нас было бы гораздо больше шансов ночью.

— Вам, как и мне, достаточно ясно, что мы не имеем права на ошибку, действуя вслепую, пока эти создания не уничтожены.

Тайлер шарил в кармане своей куртки, проверяя наличие патронов. Его машина уже была загружена десятками заправленных бензином канистр. Он хотел чувствовать себя уверенно.

— И мы встретимся в восемь часов? — спросила Джо.

Тайлер кивнул.

Все трое долго стояли молча. Извинившись, Клейтон вышел из дверей отеля. Джо и Тайлер пристально смотрели друг другу в глаза, читая во взгляде один и тот же молчаливый вопрос.

Наконец он притянул ее к себе. Она порывисто ответила на его объятие.

— Вик, я боюсь. Я не хочу потерять тебя. Не сейчас.

— Не потеряешь, — ответил он как можно увереннее.

— Пожалуйста, будь осторожен, — попросила она.

— Ты тоже, — сказал он ей, улыбаясь. Они поцеловались и обнялись. Когда она отклонилась, с ее щеки скатилась слеза. Тайлер вытер ее указательным пальцем. — Что случилось с той девушкой-репортером? — спросил он, улыбаясь.

45
{"b":"11677","o":1}