ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Учитель

Естественен вопрос, – а как же Сталин? Он что – не видел беспомощности Жукова? Безусловно видел, но тут всё не просто.

Это досужим людям, сидящим по многочисленным конторам, институтам, редакциям и т. д., кажется, что все подчинённые у нас трудолюбивые гении, а все начальники исключительные дураки. И так бывает, конечно, но чаще всего наоборот. Когда речь идёт о настоящем Деле – выиграть бой или изготовить заданную продукцию к заданному времени – то нет для начальника большей ценности, чем толковый подчинённый, а толковые подчинённые – это большая редкость. Их чёрта с два найдёшь готовых, их приходится учить и воспитывать.

Что у Жукова был за боевой опыт до войны? Халхин-Гол. Ситуация, когда японская армия перешла границу и села в оборону. Японцы дали Жукову спокойно подготовить операцию – обеспечить связь, подтянуть войска, тылы, боеприпасы и т. д. Плюс рядом был старший по званию Г. И. Кулик со свежим опытом боёв в Испании.

А в 1941 году Жуков столкнулся с армией, в которой инициативу проявляли все – от генерала до унтер-офицера. Кстати, потом, когда Жуков станет министром, то он и в Советской Армии так поднимет роль сержантов, что и сегодня ветераны с благоговением вспоминают: «При Жукове в армии были СЕРЖАНТЫ!» Кстати, и это причина, что при жуковских сержантах в нашей армии не было такого явления, как «дедовщина».

Жуков не мог справиться с быстротекущей обстановкой 1941 г., да ещё и на огромных фронтах – у него не хватало опыта, он терялся. Ну, а кто бы тогда не растерялся? Наверняка и Сталин терялся, но не показывал виду, а у Жукова растерянность выражалась в хамстве, в срыве злости на подчинённых, в страхе, что его войска обойдут, а у него не будет резервов. Видел ли это Сталин? Не мог не видеть и не мог не понимать. Но растерянный подчинённый – это ещё не конченный подчинённый.

Положение с подчинёнными у Сталина усугублялось тем, что ни одна их характеристика мирного времени не гарантировала соответствующего поведения в бою. На парадах и на докладах все генералы – суворовы и кутузовы, а на фронте … А на фронте – блюхеры и тухачевские.

Ведь В. В. Блюхер вроде неплохо командовал войсками численностью в дивизию в Гражданскую войну. А дошло дело до реального командования войсками фронта – и он оказался беспомощным в инциденте у озера Хасан в 1938 г.

Вот это положение, когда генералы мирного времени и даже герои прошедших войн (скажем – маршал Петэн у французов) вдруг оказываются неспособными командовать войсками в текущей войне, характерно для всех армий.

Скажем в мае 1945 г. у Гитлера всё ещё сохранялась надежда, что к Берлину прорвётся 12-я танковая армия. Но доверил он её не фельдмаршалам Рундштедту или Манштейну, а генералу Венку, который начал войну майором. Полковник Черняховский за два года войны стал генералом армии и командующим фронтом. Американцы, не страдавшие дефицитом генералов, должность главнокомандующего экспедиционными силами в Европе доверили подполковнику О. Брэдли.

И даже в ходе войны, уже по реальным Делам, оценить генералов было не просто. Победил, – а может враг был слаб? Потерпел поражение, – а может враг был очень силён? А может быть просто не повезло?

(Я вот думаю, что маршалу Тимошенко (да и всем нам), под Харьковом просто не повезло. Если бы у него оказался какой-нибудь нерадивый подчинённый, из-за которого Тимошенко вынужден был бы перенести операцию всего на одну неделю, то дело могло принять совсем другой оборот.

Ведь что случилось. Зимой в начале 1942 г. войска Тимошенко отбили у немцев на восточном берегу Северского Донца большой и глубокий плацдарм (Барвенковский). С него предполагалось ударить по Харькову войскам Южного фронта, а севернее по Харькову наносил удар Юго-Западный фронт. В четырёхугольник, образованный фронтом, плацдармом и ударами, должны были попасть в окружение соединения 6-й армии немцев. Ставка даже не предполагала, что немцы именно здесь будут наносить главный удар 1942 г. и уже скопили огромную массу своих войск. Причём, начинать немцы собирались так. Ударами вдоль Северского Донца «срезать» плацдарм, уничтожить в нём окружением наши войска и хлынуть на юг в образовавшуюся во фронте брешь. Эта операция называлась у них «Фридерикус-1» и начаться она должна была 18 мая.

Если бы наши войска, находившиеся на плацдарме в ожидании удара на Харьков, не начали наступления 12 мая, то немцы напоролись бы здесь на такую плотность войск, артиллерии и танков, что положили бы на наших оборонительных рубежах все свои основные силы. Получилось бы сражение похожее на Курскую битву, где наши войска сначала уничтожили основные силы немцев в обороне, а только потом начали сами наступать.

А Тимошенко начал наступать 12 мая, наступление шло успешно и войска ушли с плацдарма, немцы ударили, а резервов, отразить их удар, как правильно писал Жуков, Ставка в этом месте не запасла. (Они все были у Жукова под Москвой …)

Война заставляла генералов показывать себя в Деле, и Сталин мог более объективно оценить их. Он снимал одних, заменял их другими, снятые отличались, а новые ничем себя не показывали, снова шли замены и замены, пока не зарекомендовала себя плеяда надёжных, опытных, проверенных в бою генералов и маршалов. Снимался с должности (начальника Генштаба) Жуков, снимались Кулик, Конев, Ворошилов, Ерёменко и т. д. Полководцев, имевших в ходе войны прямой и устойчивый рост, таких как Рокоссовский или Черняховский, не так уж и много.

Считается, что генерал, который в мирное время командует военным округом, в войну должен командовать фронтом. Но в жизни так не получалось.

Вот, к примеру, командующий войсками Сибирского военного округа (с 1938 г.) генерал-лейтенант С. А. Калинин. Был опробован в действующих войсках на должности командующего армией, но в 1944 г. не просто снят, но и отдан под суд, а после войны ещё и разжалован.

Д. Т. Козлов уже в Гражданскую войну командовал полком. Окончил академии им. Фрунзе и Генерального штаба. Генерал-лейтенантом стал в 1940 г., с 1941 командующий Закавказским военным округом, т. е. в войну должен командовать фронтом. Сталин и дал ему Крымский фронт в 1942 г., но приехавший туда представитель Ставки Мехлис, сразу же стал «информировать», что Козлов с обязанностями не справляется. На что Сталин с отчаяния зло ему ответил, что Мехлису, видимо, нужен Гинденбург, но у Ставки в резерве гинденбургов нет и нужно обходиться теми, кто есть. «Гинденбургов» действительно было не много – Козлова сняли с фронта, дали армию, но он и с ней не справился и дальше служил «уполномоченным» и «помощником», выйдя в 1954 г. на пенсию в том же звании генерал-лейтенанта.

А вот генерал-лейтенант Хозин – командир бригады в гражданскую. До войны и Ленинградским военным округом успел покомандовать, и с 1939 г. был начальником академии им. Фрунзе, т. е., учил будущих полководцев воевать. Видимо, как большого специалиста Жуков привёз его в Ленинград. Так вот, этот генерал может оспаривать у Ерёменко право на включение в книгу рекордов Гиннеса – вряд ли за всю историю войн был ещё генерал, которого бы за одну войну снимали с должности 10 раз! И благо бы снимали за то, к примеру, что он в блокадном городе любил на своей квартире смотреть кинофильмы исключительно в компании молоденьких телеграфисток, что к военному искусству непосредственного отношения не имело. Но ведь снимали и по Делу: «за безынициативность и бездеятельность». И ничего – по сумме снятий и повышений Хозин всё равно дослужился до генерал-полковника и должности командующего тыловым Приволжским военным округом.

Надо сказать, что и наш противник срочно пересматривал свои кадры. Скажем, до зимы, 1942 г. для немцев был в целом удачен – они дошли до Кавказа и Сталинграда. И, тем не менее, с февраля по октябрь Гитлер только уволил из армии 185 генералов, в том числе – с весьма громкими довоенными фамилиями.

Из-за неразвитости связи, численность войск в советских дивизиях уменьшалась до 5—6 тысяч, так как многочисленными соединениями без хороших радиостанций командовать было невозможно. Число генеральских вакансий соответственно росло. И кроме того – это война. В ходе её погибли, умерли или пропали без вести 421 советский генерал и адмирал. Боевые потери: приняли смерть в бою (176), умерли от ран (62), погибли в авиакатастрофах (15), от несчастных случаев (6), умерли от болезней (30), погибли или умерли в плену (23), во избежание плена застрелились (4), подорвались на минах (11) и без вести пропали (18)) – 345 человек. Не боевые потери (в том числе 20 – осуждены и расстреляны) – 76 человек. Это огромная убыль. Сталину очень нужны были генералы, а уж перспективные и подавно!

113
{"b":"1169","o":1}