ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

То есть, ни созданное немцами численное превосходство, ни качественное превосходство их войск, заключённое в опыте, связи, оружии и технике, ни ошибки советского Генштаба с Жуковым во главе в расположении наших войск вдоль границ – ничего не имело значения. Значение имело только неприведение Сталиным «войск в боевую готовность». И всё.

В этом маленьком кусочке всё или ложь, или домыслы, или полуправда.

Где имеется хотя бы один документ, один надёжный факт о том, что Сталин в информации о нападении немцев на СССР «видел … козни англичан»? Почему же он тогда готовился к войне с немцами; произвёл скрытую мобилизацию 800 тыс. человек в войска западных округов; стягивал на запад армии; ещё в мае отдал директиву о подготовке к отражению нападения немцев?

Где имеется хотя бы один факт или документ, что желание Сталина «оттянуть начало конфликта» помешало хотя бы одному оборонному мероприятию?

И, в конце концов, следует пару слов сказать о нашем разведчике Зорге, которого демократы уже превратили в «пресловутого Зорге».

Во-первых. Это был наш разведчик в Японии, и наибольшую ценность представляла информация от него о намерениях японцев, а не немцев.

Во-вторых. Зорге одновременно был и немецким шпионом и В. Шелленберг страшно удивился, когда узнал, что Зорге арестован в Японии как советский разведчик, поскольку в Германию он всегда поставлял только достоверную информацию.

В-третьих. Стараясь скрыть направление главного удара по СССР, немцы по всем каналам, в первую очередь – дипломатическим, распространяли дезинформацию, которая состояла из маленького правдивого сообщения и моря лжи. В следующей дезинформации правда опровергалась ложью, но что-то опять давалось правдиво. И так непрерывно с целью окончательно запутать Генштаб РККА в том, что правда, а что нет. И Зорге старательно всю эту дезинформацию, полученную в немецком посольстве в Токио, передавал в СССР.

Вот смотрите. 15 мая 1941 г., как вы прочли у Кредера, он передал, что немцы нападут 22 июня. А вот радиограмма Зорге от 15 июня – за неделю до начала войны:

«Германский курьер сказал военному атташе, что он убеждён, что война против СССР задерживается, вероятно, до конца июня. Военный атташе не знает – будет война или нет.

Я видел начало сообщения в Германию, что в случае возникновения германско-советской войны, Японии потребуется около 6 недель, чтобы начать наступление на советский Дальний Восток, но немцы считают, что японцам потребуется больше времени потому, что это будет война на суше и море».

Смотрите: мало того, что Зорге опровергает своё же сообщение от 15 мая и даёт уже другую дату войны и даже сомнения в её начале; он даёт дезинформацию в вопросе, в котором ему должны особенно верить, – в том, что Япония нападёт на СССР вместе с немцами. Причём «деза» подана так, что войска с Дальнего Востока на запад перебрасывать нельзя долгое время – ведь не ясно, – через 6 недель нападут японцы или позже.

А в учебнике для школьников, как видите, А. А. Кредер упоминает только о радиограмме от 15 мая – вот, дескать, Сталин какой дурак – не поверил такому выдающемуся разведчику! Ну да чёрт с ним, с Кредером, давайте вернёмся к авиации.

День «Б»

Во многих книгах на тему Великой Отечественной войны бытует мнение, к которому относятся, как к безусловному факту, что немцы хотели напасть на СССР и 10 июня, и 1 июня и даже 15 мая, да по разным причинам нападение откладывали. Эти даты поступают из донесений таких разведчиков, как Р. Зорге, хотя сами разведчики в этом не виноваты – они посылали в Центр все сведения, которые могли собрать у немцев, а немцы в неимоверных количествах плодили дезинформацию с одной целью – заставить СССР начать мобилизацию. В общем, сделать то, что Сталин открыто не делал (скрытая мобилизация шла), и за что Жуков обвиняет Сталина.

Дело в том, что мобилизация такой страны, как Россия, столь дорогостоящая и громоздкая операция, что её саму по себе уже рассматривают, как акт агрессии.

Вспомним юридические аспекты Первой мировой войны. Сербом Г. Принципом был убит австрийский наследник престола в Сараево. Австрия предъявила Сербии ультиматум, Россия в ответ начала мобилизацию, союзница Австро-Венгрии, Германия потребовала от России прекратить мобилизацию, Россия отказалась выполнить это требование, Германия объявила себя в состоянии войны с Россией, что автоматически привело к состоянию войны с Германией Франции и Великобритании – союзниц России. И в агрессии кайзеровскую Германию никто не упрекал – для России начало мобилизации и объявление ею войны – это практически одно и то же.

Вот Гитлер и старался спровоцировать Сталина на мобилизацию, тогда бы он не выглядел агрессором в глазах остального мира.

А сами немцы могли начать войну только тогда, когда к ней полностью подготовятся. Это могло произойти не ранее 20 июня, поскольку, исполняя данную Гитлером «Директиву № 21» или «План Барбаросса» Главнокомандующий сухопутными войсками Германии фельдмаршал Браухич в своей «Директиве по стратегическому сосредоточению и развёртыванию войск (план «Барбаросса»)», данной войскам ещё 31 января 1941 г., приказал: «Подготовительные работы нужно провести таким образом, чтобы наступление (день „Б“) могло быть начато 21.06». И задержались немцы с наступлением всего на 1 день – начали его 22.06.1941 г.

Потери немцев в авиации

Давайте вернёмся к авиации. Как покажет в «Приложении» В. И. Алексеенко, даже наши «новые» истребители, для которых к началу войны ещё и эксплуатационные инструкции не были написаны, – МиГ-3, ЛаГГ-3, Як-1 – уступали немецкому истребителю Ме-109F (Bf-109F) даже по основному боевому параметру, – по скорости, – на 36—69 км/час, а по радиооборудованию, автоматике и т. п. – уступали полностью. Да и было этих «новых» истребителей в западных округах всего 304 единицы.

Остальные истребители – И-153 и И-16 – уступали «мессершмитту» в скорости 162 и 123 км/час и зачастую не могли догнать даже немецкий бомбардировщик.

Добавьте к этому техническому превосходству ещё и хрущевско-жуковские утверждения, что Сталин «не привёл войска в боевую готовность» и что массу наших самолётов немцы уничтожили прямо на аэродромах. Что должно получиться? Правильно: потери немцев в самолётах в начале войны с СССР должны были бы быть минимальными, смешными. А как было на самом деле?

… Para bellum! - i_054.png

МиГ-3

Давайте немецкие потери в начале войны на советском фронте сравним с другой авиационной операцией немцев – с «Битвой за Англию».

Как пишет У. Черчилль в своей увенчанной нобелевской медалью «Второй мировой войне», это авиационное сражение началось 10 июля 1940 г. и, разумеется, не было для англичан неожиданностью. Англичане были в состоянии войны с Германией уже более 10 месяцев и, по словам Черчилля: «По своим качествам наши самолёты-истребители мало отличались от немецких. Немецкие обладали большей скоростью и лучше набирали высоту; наши же отличались большей манёвренностью и были лучше вооружены».

Хотя битва началась 10 июля, нам всё же придётся для сравнения брать период с 10 августа, поскольку, во-первых, месяц до этого у немцев были совсем незначительные потери (40—60 в неделю), во-вторых, Черчилль пишет, что только к августу немцы сосредоточили против Англии 1361 бомбардировщиков и 1308 истребителей, из которых только 375 были дальними, т. е. немецкие бомбардировщики очень часто летали без эскорта истребителей, в отличие от Восточного фронта. Это, конечно, вело к увеличению немецких потерь над Англией, по сравнению с потерями на советско-германском фронте. Итак, немцы сосредоточили для нападения на Англию 2699 самолётов.

А к 22 июня 1941 г. на советском фронте немцы сосредоточили 2604 боевых самолёта, из которых 1233 были истребители (и ещё 1000 боевых самолётов своих союзников). То есть, немецкие группировки в обоих случаях были практически одинаковы. Каков же итог?

77
{"b":"1169","o":1}