ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

–– Если так и будет, тебя хорошо вознаградят –– сообщил с высокомерием.

–– Надеюсь, милорд, –– скромно поклонилась женщина.

Или лишь кивнула? А насмешка в ее взгляде ему тоже почудилась или действительно была?

Дьявольщина!

Винсент хмуро отвернулся от странной женщины и пришпорил коня. Родерик хитро улыбнулся и с почтением отвесив поклон мудрой Морхаре, направился следом.

–– Что ты задумала, бабушка? –– тихо спросила Марина. Та провожала всадников пристальным взглядом и, казалось, улыбалась.

–– Скоро узнаешь, –– бросила она неласково, направившись в дом.

Вот как! Марина даже растерялась –– обычно ответ был: ’Не задавай вопросов, на которые, как ты знаешь, не получишь ответов’. Что же происходит?

Ответ она действительно получила. Вечером, когда гостья безмятежно спала и выглядела абсолютно здоровой и полной сил. Это ее как раз и не удивляло: бабушка бывало и не такие чудеса творила. Кот притащит дохлого дрозда, та возьмет его в руки, дунет в клюв и что-то шепнет, и птица встрепенется, заверещит, забьет крыльями. А медведица? Ягоды бабушке собирать помогает, на одном бревне сидит и ворчит, словно разговаривает. Волки перед ней, что щенята, хвостами крутят, на животах ползают…

И все-таки то, что задумала бабушка, сильно встревожило девушку: милорд не медведица, а ну, как откроется все?

И кто б ей дал поспать?

Рану немилосердно жгло, и она с час промучилась, пристраивая бедную голову. Пристроила, и в дверь позвонили.

–– Да нет меня, нет! –– прошипела она, приподняв подушку, и вновь прикрылась ею, поморщившись –– стук и звонок одновременно. ‘Двое их, что ли?’ –– озадачилась через минуту и пошла открывать, мысленно посылая ‘стукачей’ на три квартала дальше –– в отделение милиции. Десять вечера!

–– Мы уж думали, ты померла! –– с желчью и недовольным прищуром, сообщила Юля.

–– В следующий раз, когда в прятки с гостями играть надумаешь, не забудь свет на кухне выключить, –– тем же тоном сказала Катя, снимая сапоги.

–– Ой, боженьки! –– всплеснула руками Юля. –– Кто ж это тебя?

Саша вскинула руку к волосам, готовясь к пояснению, и вспомнила, что ее ‘экстравагантную‘ прическу Юля уже оценила. Значит, о ране речь:

–– Стукнулась.

–– О бульдозер, что ли? –– иронично скривилась Катя, оценив повреждение.

–– Примерно.

–– А обработать в лом? –– и потащила на кухню. –– Где у нас аптечка?

–– Вот, –– Юля брякнула на стол многострадальный пакет с медикаментами и с укором поведала. –– Там такой погром, словно стадо бегемотов резвилось. Вещи на полу, ящики выдвинуты…

 –– Не там ли бульдозер проезжал? –– выгнула бровь Катя, вопрошая у Саши.

 –– Нет, это я мины искала.

 –– И видать нашла, –– кивнула Юля.

 –– С-с-с, –– зашипела Саша –– вата с перекисью прошлась по ране.

 –– Терпи. Так что там за мины?

 –– Костика….У-у-у, о-о-а-а.

 –– Тс! Оп! –– Катя налепила пластыри и, полюбовавшись собственным профессионализмом, удовлетворенно кивнула. –– А теперь рассказывай.

 –– В деталях, –– уточнила Юля и села за стол, приготовившись к душедробительному изложению.

Саша одарила подруг приглушенно недовольным взглядом и, получив в ответ мины нервных кобылок, закусивших удила, вздохнула и поведала о событиях уходящего дня в кратком варианте. Юлю впечатлило. Она округлила глаза, начала щипать выставленное Катей печенье и качать головой.

 –– Хор-роший денек у тебя выдался, Моргоша, –– сделала вывод Катя и, покосившись на свой оцарапанный лак на ногте, недовольно нахмурилась.

 –– И что делать думаешь? –– спросила Юля.

 –– Жить, –– буркнула Саша и разлила чай.

 –– Оно, конечно, хорошо, но вопрос –– как? Сегодня ‘мины’ да раны, а завтра –– ‘бомбы’ да переломы. Послушай меня, Саня, анализы –– это ерунда, ничего у тебя нет, сама знаешь. И увольнение –– ерунда. И сплетни соседские. И остальное. А вот Костик. Наркоман он, Маргоша, и не мне тебе говорить на что способен, особенно когда доза в вене. А если нет –– еще хуже –– дури в нем и без наркоты хватает. Не боишься, что наедет или он, или дружки его, отмороженные?

 –– Ой, Сашка, он же убьет тебя! –– испугалась Юля, сообразив, о чем Катя толкует. Саша отвернулась: нового она не узнала, но меж тюрьмой и ножом выбрала последнее. Часов уж пять как.

–– Зачем ты наркоту-то смыла? –– озадачилась Катя.

–– А что мне ее под подушку положить? Или вместо икон пристроить?

–– В милицию отнести!

–– О-о! Ну, конечно! Совсем, что ли, Шпаликова? –– возмутилась Юля.

–– А что?

–– А то! Нет, где умная, а где такое загнет, словно в ЗПР классе училась!

Катя с минуту хмурила брови, рассматривая подругу, как гаубица ворону, и повернулась к Саше:

–– Я у тебя ночевать остаюсь!

–– Это еще зачем? –– не столько озадачилась, сколько приуныла Видеич.

–– Ох, и гостеприимная ты, Маргоша. Для охраны!

–– А завтра я! –– вызвалась повеселевшая Юля.

–– Угу. Вот Костику-то радость: не одну –– двух прирезать, –– ядовитым тоном парировала Саша. –– Правда, он вряд ли заметит, сколько нас здесь будет.

Подруги сникли, в глазах Кати еще плескалось упрямство, но здравомыслие победило.

Еще час они с тем же успехом обсуждали всевозможные идеи, промыли кости каждой известной особи и в конце заявили, что у Саши круто наведенная порча, от которой она и страдает. Видеич скромно кивнула и, не мечтая перечить, и к ужасу своему, услышала единодушное постановление: с утра вся троица бежит в храм, а потом к Катиной знакомой гадалке, чтоб, значит, остановить процесс разрушения жизни молодой, красивой и весьма перспективной особы.

Саша хлопнула ресницами и уже открыла рот, чтоб высказать свое мнение на сей счет, но, встретившись с предостерегающим взглядом Шпаликовой и непримиримым Юли, мгновенно передумала и кивнула с умным видом. У нее еще оставалась слабая надежда, что завтра Катя, как обычно, проспит, а Юля забудет. С этой мыслью она, наконец, проводила подруг и, дойдя до кровати, рухнула на одеяло и нервно рассмеялась: ‘порча’…

К утру она все-таки задремала. Ей мерещились фиалковые глаза, вздыбленные кони и еще какая-то ерунда.

Г Л А В А 1 3

–– Что это? Что это такое?! –– Бритта с брезгливостью и непониманием рассматривала грубое полотно, на котором лежало ее нежное тело. А потом обвела взглядом убогую обстановку и села, закричав от возмущения:

–– О-о! Дьявол! Кто?! Как?!

В комнату вплыла женщина и встала у кровати.

 –– Кто ты такая?!

–– Не хотите ли одеться, герцогиня? –– надменный взгляд, надменный вид и голос, полный пренебрежения.

Бритгитту подкинуло с кровати в желании залепить пощечину этой простолюдинке.

–– Морхара.

Бритта притихла, мгновенно совладав с собой. Морхара. Ведьма. И весьма искусная в своем ремесле, если верить слухам. Глупо ссориться с таким человеком, еще глупее не использовать нечаянное знакомство в собственных целях.

Женщина встала:

–– А кто я, ты знаешь. Принеси одежду и расскажи, как я здесь очутилась.

Старуха даже не пошевелилась, лишь в фиалковых глазах появилась снисходительная улыбка. Бритте это не понравилось, но выразиться она не успела –– в комнате появилась молоденькая симпатичная особа с платьем на руках. Она помогла одеться и тщательно расправила складки на юбке госпожи, выказывая всяческое почтение. Бритта косилась на Морхару и делала вид, что занята собственным туалетом.

–– Принеси мне гребенку, –– милостиво кивнула девушке и повернулась к ведьме, гордо вскинув подбородок:

–– Ты колдунья?

–– Как вам угодно.

–– Угодно! Как я оказалась здесь?

–– Упали с лошади.

–– Я?! Я прекрасная наездница!

–– Лошадь скинула вас на камни.

Бритта попыталась вспомнить, нахмурилась и хотела уже, как она обычно делает в раздумьях, накрутить локон на палец, а локонов не было. Лицо женщины исказилось сначала от непонимания, испуга, а потом от ужаса и ярости:

20
{"b":"117153","o":1}