ЛитМир - Электронная Библиотека

V. КРЕПОСТНАЯ БАШНЯ

Саша лежал на кожаном диване и делал вид, что рассматривает позицию «белых» на шахматной доске. Доверие, которое оказывал Евгений Аристархович своему свежеиспеченному пациенту было просто фантастическими - пожалуйста, Саша, проходите в кабинет, может быть, чаю, Саша? Марина Николаевна велела вам кланяться. Вы не обидитесь, если вам придется меня подождать с полчасика? Не скучайте, Саша, полюбуйтесь на орхидеи, они успокаивают, или вот попробуйте решить шахматную задачку из последнего номера журнала…

Редко кому из пациентов психиатрички, размышлял Глюнов, приходиться убеждать доброго доктора, что тот может смело заниматься своими делами…

После лекарств Саша проспал как убитый до девяти утра. заботливая Леночка накормила вкусным завтраком и велела не болтать глупостей: ты, Сашка, раньше времени в пациенты не записывайся, тебе даже пижама больничная не положена. А та, что на тебе - так насчет нее Марина Николевна лично распорядилась, чтобы ты почувствовал себя в теплой домашней обстановке. Если пристраивать в палаты всех, кого потряхивает и потрухивает пребывание на Объекте, палат не хватит… Сейчас успокоишься, с Евгением Аристарховичем шашками своими поиграете (Лена именно так и сказала. Она вообще терпеть не могла азартных игр) и пойдешь дальше…

- Лена, что там с Игорем? - спросил Саша. - Он нашелся?

Лена прекратила профессионально-оптимистичное щебетание, подхватила поднос и быстро, чтоб Глюнов не успел заметить выступившие на покрасневших глазах слезы, убежала прочь.

Потом пришел Журчаков и все объяснил. Игоря нашли.

- Как Витьку, - хмуро продолжил Саша, уже зная ответ.

- Да. Игорь был убит также, как и Витя. Как и те пятеро ребят.

- Это не волки, - сказал Глюнов. Кто угодно, только не волки. Бедные серые зверюги, которых с такой охотой и рвением перестреляли «волчата», оказались абсолютно не причем.

- Совсем не волки. Это сделал псих, - объяснил Журчаков. И в ответ на невысказанный вопрос Саши продолжил объяснять, непоследовательно и сбивчиво, что вчера ночью - за полчаса или даже меньше, как поступил вызов с Объекта о пожаре, - Серов, Хвостов и Догонюзайца нашли в горах одного типа. Прямо у тела Игоря нашли. Они его чуть не пристрелили, - помолчав, добавил Алексей. - Хвостов точно собирался, но Серов настоял, чтобы всё было по справедливости. Справедливости… - фыркнул генетик. - Справедливости… Ты бы видел Галку, когда ей сказали об Игоре. Мы с Леной просто не знали, что сказать, что сделать…

Журчаков опустил плечи, ссутулился и нервно сжал переплетенные в замок пальцы.

- Это просто ужасно. Я видел мельком того психа ночью, когда его привезли - по виду обыкновенный ролевик, одет с претензией на фантазию и историческое соответствие, мордатый, крепкий, здоровенный детина. Честное слово, - вдруг встряхнулся Журчаков. - Я иногда завидую отморозкам наподобие Бульфатова или Хвостова. Отсутствие стойких принципов иногда бывает самым высшим проявлением морали.

Сейчас Сашка лежал в кабинете Лукина, уютно устроившись на удобном диване, рассматривал издали яркие пестрые орхидеи и меланхолично размышлял о том, что он, оказывается, такой же псих, как и тот, другой, которого подозревают в убийствах. Драконов он видит, как же… Псих он, и голова у него чугунная. Родители переживать будут, предавался самобичеванию и ипохондрии Саша, добавляя побольше черноты и пессимизма в картину будущей своей жизни. Машка… может, порадуется, что не успела замуж за повернутого выпрыгнуть, а может, тоже посочувствует. кто ее знает… Женщины загадочнее сфинксов…

Лукин задерживался, и Глюнов, перевернувшись на бок, стал смотреть на шахматные фигуры, снова - в который раз! - испытывая восхищение перед буйной фантазией мастера, сотворившего подобное чудо. Тоже, наверное, псих был…

Вот-вот, вмешался в процесс самоуничижения прежний, самоуверенный Глюнов, студент-отличник и будущий великий криптоморфолог, представь, каких изумительных мультяшных динозавриков ты будешь рисовать, когда сбрендишь окончательно! А ведь тебя, после вывешенных на сайтах работ, действительно звали консультантом в какое-то научно-популярное кино! И плевать, что рисовать умеешь относительно - ни одного психа подобное ограничение еще не останавливало…

- Как чувствуете себя, Саша? - спросил Лукин, заходя в кабинет.

- Плохо, - тяжело вздохнул Глюнов.

- Это вы бросьте, - жизнеутверждающе и бодро отмахнулся Лукин. - У вас просто стресс, обычное физиологическое состояние человека, пережившего чрезвычайную ситуацию. Пара дней в тишине и спокойствии, положительные эмоции, крепкий сон, свежий воздух, - и вы будете как огурчик.

- Такой же зелененький и в пупырышках? - уныло уточнил Саша. Лукин хмыкнул:

- Чувство юмора - верный признак душевного здоровья. Так что, решили задачку? - спросил Евгений Аристархович, кивая на шахматную доску.

Саша, тяжкими вздохами и предполагаемыми стенаниями показывая, как ему плохо и муторно, перешел из лежачего состояния в сидячее и навис над шахматной доской.

- Да черт ее знает, эту задачку. У белых слон заблокирован - если пойдет так, - Саша подхватил массивную резную фигурку и показал, какой ход имеет в виду, - то получается размен слонов; король черных делает рокировку… Это так, это вот так, - деревянные шахматы с глухим добротным стуком перемещались с клетки на клетку, - и в итоге у черных нет сильных фигур, но у белых потеряна инициатива. Пат.

- Мда… - протянул Лукин, рассматривая сложившую ситуацию. - Вечный спор между королями и звездочетами снова зашел в тупик…

Сухие, морщинистые руки доктора принялись расставлять фигуры в правильном порядке. Глюнов некоторое время наблюдал за этим нехитрым занятием, а потом неожиданно для себя взорвался:

- Мы что, так и будем играть в шахматишки?! Евгений Аристархович!

- Да, Саша. Я вас внимательно слушаю, - кивнул Лукин, не прерывая своего занятия.

- Почему вы не спрашиваете меня о драконе?

- А почему я должен спрашивать вас о драконе? - послушно, раз пациент требует, спросил доктор, внимательно рассматривая слона-»друида».

- Потому, что я его видел! Вчера в полночь, когда Система выдала свой супер-глюк, там, посреди той хр… фиг… штуковины, которую три дня назад опробовали Зиманович и прочие ребята из физической лаборатории, закружилось серое облако, а потом оно открылось, и показались горы - с острыми вершинами, покрытые плотными зелеными зарослями и, между прочим, освещаемые полуденным солнцем - хотя на часах было 23.42, я незадолго до того смотрел, когда с Теплаковым разговаривал… У Юрия Андреевича спросите! - осенила Сашку счастливая мысль найти свидетеля своего безумия. - Он же висел на этой самой конструкции, которая самопроизвольно начала показывать кино про дракона! Ни в жизни не поверю, что Теплаков мог не запомнить ту тварюгу, которая чуть его живьем не спалила. А кстати, что там с Юрием Андреевичем? Он, кажется, ногу сломал.

- Если вас так интересует состояние доктора Теплакова - позвольте успокоить: обыкновенный перелом и обыкновенное высоконаучное пьянство, - пожал широкими борцовскими плечами Лукин. Повернул клетчатую доску так, чтобы лучше видеть «лиловую» сторону. Поправил пешку-»волка», поставив ее рядом с ладьей-»мегалитом». - Вы, Саш, продолжайте, продолжайте, я вас внимательно слушаю.

24
{"b":"117155","o":1}