ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Что? Не победив ни в одном более или менее престижном соревновании в классе любителей? Для чего, ты думаешь, я работаю последние лет пять? Я не собираюсь отказываться от всего этого из-за одной глупой ошибки партнерши. Я собираюсь завоевать чемпионский титул в классе любителей, прежде чем стану профессионалом.

Джимми и Грейс обменялись понимающими взглядами. Все молчали, но и без слов поняли, что означало решение Майкла остаться любителем. Ему придется теперь подыскать себе новую партнершу, так как Альма больше не могла выступать в этом классе.

Альма незаметно покинула комнату, пока остальные продолжали разговаривать. Девушка медленно прошла по залу, где тренировались под музыку более удачливые, или более трезвомыслящие, пары. В раздевалке, окруженная толпой оживленно болтающих девочек, которые переодевались в бальные туфли для вечернего занятия, Альма надела пальто и накинула на голову шарф.

Эта процедура заняла очень много времени. Она двигалась словно лунатик. До нее наконец стал доходить смысл того, что случилось. Вся ее жизнь перечеркнута! Вся ее работа за последний год. Долгие ночи, хроническая усталость, деньги, сэкономленные на ленчах, постоянное волнение! Все перечеркнуло одно мгновение. Это было какое-то наваждение.

Как она могла быть такой глупой, так бездумно себя вести? Только потому что какой-то знакомый немного пофлиртовал с ней!.. Она самая ничтожная и безмозглая девушка в целом мире.

Выйдя из раздевалки, Альма увидела Майкла. Он стоял в фойе с пальто в руках. Она робко приблизилась к нему:

– Майк…

– Послушай, Альма, не могла бы ты сама вернуться домой. Я не могу сейчас тебя проводить. Мне нужно побыть одному.

– О… разумеется, я понимаю.

Она отступила назад, и молодой человек, даже не попрощавшись, пошел к выходу. Через несколько секунд она услышала, как он спускается по лестнице. Немного погодя заурчал мотор старого «воксхолла». Майкл уехал.

Девушка знала, что, возможно, больше никогда не увидит его, и эта боль казалась ей невыносимой. Самое ужасное, что в этом некого винить, кроме себя самой.

Промозглым октябрьским вечером в тусклом свете фонарей вдоль главной дороги Альма возвращалась домой. Ее мать вязала перед телевизором, а отец ушел в вист-клуб.

– Привет, – с удивлением произнесла мать. – Ты сегодня рано.

– Да. Мы решили не работать сегодня вечером, – ответила девушка. Это действительно было правдой. Она не хотела сейчас ничего больше рассказывать. Альма просто не вынесла бы объяснений и сочувственных слов.

– Очень хорошо, дорогая. Тебе сейчас не мешает немного отдохнуть. Ты выглядишь уставшей.

– Со мной все в порядке, мам. Пойду, пожалуй, помою голову.

Девушка поднялась к себе в комнату, но вместо того, чтобы заниматься своими волосами, села перед туалетным столиком. Потом открыла большую коробку из-под шоколада и взяла оттуда открытку, присланную Дитером.

Казалось совершенно невероятным, что всего за два дня из ее жизни исчезли сразу двое мужчин, которые так много значили для нее.

Она долго сидела с открыткой в руке, но от этого ей не стало легче.

На следующий день Альма немного оправилась от шока и начала думать о том, что же в действительности произошло. И чем больше она размышляла, тем страшнее становилось. Первое, что пришло ей в голову, была мысль о том, какой вред она нанесла Майклу. Он потратил на нее целый год, принес в жертву свой талант, свой опыт, чтобы сделать из нее партнершу чемпионского статуса. Она же из-за своей безответственности уничтожила все, что он ей дал. Ей нужно было сейчас сделать все, что в ее силах, чтобы хоть как-то исправить положение.

Хуже всего оказалось то, что перед международным чемпионатом в Альберт-Холле Майк остался без партнерши. Даже если бы ему и удалось найти себе пару прямо сейчас, он все равно бы не смог участвовать в этом соревновании. Но вероятно, тогда у него был бы шанс выступить в мае на фестивале в Блэкпуле. И тем не менее это казалось почти невозможным.

Но если бы она вдруг смогла найти ему партнершу, не временную, конечно, а постоянную? Такую девушку, которая бы танцевала так же хорошо, как она, или даже лучше.

Весь день, пока Альма работала, ее мозг был занят этой проблемой. В обеденный перерыв она спустилась к коммутатору и попросила позволения использовать внешнюю линию. Сделать это в офисе не представлялось возможным, так как в любой момент телефон мог потребоваться для срочных звонков. Когда оператор разрешил ей воспользоваться связью, девушка набрала номер офиса Кеннета Бриджеса.

Кеннета попросили подойти к телефону, когда он находился на первом этаже фабрики, и подниматься наверх ему не слишком хотелось. Но, услышав голос Альмы, он обрадовался:

– Это ты? Бедняжка. Ты попала в переделку. Так для чего я тебе был нужен, дорогая?

– Я могу поговорить с тобой немного, Кен?

– Ты уже разговариваешь со мной.

– То, о чем я хочу с тобой поговорить, нежелательно обсуждать по телефону. Можешь со мной где-нибудь встретиться?

– Это так неожиданно! У вас на меня виды, юная леди?

– О, прошу тебя, Кен, будь серьезнее! Уделишь мне несколько минут?

– Когда, например?

– Например, сегодня вечером.

Кен издал нечто вроде «ух-ух», а затем добавил:

– Разве ты не знаешь, что мы с Джанет готовимся к международному чемпионату? У меня нет времени даже вздохнуть, не говоря уже о свиданиях с настойчивыми молодыми дамами.

– Именно об этом я и хотела поговорить с тобой. Давай встретимся после того, как ты закончишь работу. Выпьем чаю?

– Кажется, ты не шутишь, малыш. Интересно, что у тебя на уме?

– Я не могу говорить об этом сейчас, – ответила Альма, заметив пристальное внимание оператора. – Давай встретимся, и я объясню тебе суть дела. Это займет несколько минут.

– Что ж, я могу встретиться с тобой по дороге домой. В котором часу ты заканчиваешь?

– В половине шестого.

– Я не освобожусь раньше шести. Можешь послоняться из угла в угол с часок, пока я доберусь на метро до Сити?

– Будет проще, если я выйду на Ист-Энде, Кен.

– Что ж, это имеет смысл, просто выглядит несколько негалантно.

– Мне все равно. Честно, все равно, – ответила Альма.

Они в конце концов договорились. Было решено, что она встретит Кена в кафе на Майл-Эндроуд в пять минут седьмого.

Кафе, где хозяином был грек, оказалось веселым и приятным. Посещали это место люди самых разных национальностей, проживающие в Ист-Энде. Альма только присела за столик, когда вошел Кен. Он, как всегда, улыбался, а в его глазах явно читалось любопытство. Но, несмотря на это, молодой человек не упустил возможности пофлиртовать с хорошенькой официанткой, которая принесла им чай.

– А теперь рассказывай, из-за чего весь сыр-бор? – Кен предложил Альме сигарету.

– Я хотела поговорить о тебе и о Джанет.

– Да? Ты удивляешь меня. – Он выглядел озадаченным. – Но о чем именно?

– Помнишь, в субботу ночью ты сказал мне по телефону, что с радостью оставил бы танцы, если бы не Джанет. Что ты не хочешь ее подводить.

– Да, так и есть.

– Предположим, я найду другого партнера для Джанет…

Кен уставился на нее:

– Ты имеешь в виду… Майкла?

Альма кивнула:

– А почему нет? Можешь предложить кого-нибудь лучше?

– Но… но…

– Но что?

– Альма, это, наверное, невозможно! У них обоих очень сильные характеры. Они без конца будут конфликтовать.

– Может, именно это им и нужно. Полагаю, Майку действительно это необходимо. У него сменились две партнерши, ни одна не выдержала такого давления. Я никогда не встречалась с Джун Мейсон, но, судя по тому, что о ней рассказывали другие, могу предположить, что она была такая же, как я. Обыкновенная.

– Ты не обыкновенная, – горячо возразил Кеннет. – Ты чертовски сладкий малыш, и я не позволю кому бы то ни было говорить о тебе другое.

Она улыбнулась. Как хорошо, что кто-то думает о тебе так. Но затем Альма покачала головой:

23
{"b":"117163","o":1}