ЛитМир - Электронная Библиотека

Я улыбнулся про себя. Нет это не мы сошли с ума – это весь мир превратился в дурдом. И развернувшись, мы направились к машине. С чувством глубокого удовлетворения я увидел, как в окне исчез автоматный ствол.

Доехав до дубовой рощи мы вывалили трупы из машины и постарались вытрясти из нее все, что напоминало о прежних хозяевах. Скрутили с разбитой неподалеку волги синие номера и прицепили их на свою тойоту. Прибрались как могли, рассовали оружие по бокам. На удивление быстро оправившаяся Алина уселась за руль и мы рванули домой. На подъезде нас ждали. Мы остановились у четвертого дома, дошли с Мишкой до ворот. Потом вернулись к машине и вместе въехали во двор. Поужинав, завалились спать. Следующий день было решено устроить отсыпным.

Глава 4.

Мне снился очень хороший сон. Там было что-то про парк, карусели, детей, мороженное для них, жену, меня, бутылочку пива и еще что-то очень хорошее. Помню, что хорошее, а про что – не помню. В итоге проснулся я в районе обеда, переспавший, с больной головой и злой, как собака. В доме практически никого не было, только в закутке за печкой раздавался душевный, переливистый храп. Я не стал разбираться кто это и свалил на улицу. Вчерашние события казались бесконечно далекими и нереальными.

Двор был вычищен наш и соседский. Пашкин сын, с Сайгой наперевес, бдел с башенки второго этажа соседского дома. Я походил по двору, пытаясь найти хоть кого-нибудь. Проходя мимо сарая я услышал бряканье, поспешил на эти звуки я увидел толпу наших женщин. Наташа, Пашина жена, обучала присутствующих секретам доения коровы. Отреагировав на производимый мною шум и увидев его причину, они отвернули головы, с интересом наблюдая за действиями Натальи. Наташа объясняла, активно махая руками и заставляя попробовать всех. Корова пыталась отбиться от любопытных дамочек, которые пытались не подоить, а оторвать ей вымя. Но те не сдавались. Я еще понаблюдал, мучаясь мыслью, что, скорее корова сдохнет, а молоко в вымени собьется в масло, чем они научатся, и вышел на улицу. Там меня встретил Саня:

– Привет, выспался?

– Даже черезчур. Башка болит, – пожаловался я. – Надо бы собраться. Ты , Угрюмый и я. Хочу рассказать, что узнали. Можно мужиков пригласить, обговорить проблемки.

– Давай через часик. Угрюмый решил по окрестным магазинчикам прошвырнуться. Там крупных банд быть не должно. Кстати, а чего эта новенькая, немая что ли. Ни тебе здрасьте, ни мне до свиданья. Схватилась с утра и поперла машину мыть. За кем она будет? К чему её определим?

– Да она сама определилась, – ответил я. – Будет водителем. Джип закрепим за ней.

– Труповозку, что ли? Можно ведь и получше машину дать. Вот и приклеили название к машине, подумал я, а вслух продолжил:

– Пусть останется на этой машине. Ствол я ей выдам. Как раз подъехал Угрюмый на двух машинах, ГАЗели и бывшей моей девятке.

Во дворе сразу стало шумно, нарисовались женщины, дети. Все обступили добытчиков, перешучивались, нарисовалась моя жена, тоже подошла, но в общую кучу не полезла. Заметила меня и подойдя взяла за руку.

– Устал? – или мне так хотелось, но участие в голосе показалось неподдельным.

– Устал, честно ответил я, а на душе потеплело.

– Чем занимаешься?, – спросил я.

– Ой, – махнула она рукой, сидим с Мишкиной Людмилой и разбираем лекарства, составляем заявки для вас. Я план аптечного склада нарисовала. Хочу тебе отдать.

– А дети где?

– С ними Татьяна с Надеждой занимаются. Не знаю как в остальных предметах, а в математике и химии дети будут очень подкованы.

– Ну ладно, она высвободила свою руку, я пошла, а то до вечера не успею.

Она ушла. Я посмотрел ей вслед. Вроде бы ничего не было сказано, а настроение мое улучшилось, и даже голова болела не так сильно.

* * *

Из газели как раз начали таскать мешки и ящики. Я подошел и подставил плечо Сереге, стоящему в кузове, но меня окликнул Угрюмый. – Птицын, подожди. Я повернулся к нему. – Слушай, мы тут человечка прихватили, так с ним бы собеседование провести надо. Я физически почувствовал, что взгляды людей скрещиваются на мне. Никто не спрашивал, что мы сделали с тем пленником и удалось ли нам его разговорить, но фактически получилось, что с общего молчаливого согласия я стал ответственным за эту тему. Впрочем, я попробовал перевести стрелки.

– Почему я? Возмущенно заорал я. Кто взял то пусть и разбирается.

– Давай давай, – сказал подошедший Паша. – У тебя опыт есть, и потом, – он засмущался, – мы тут с мужиками посоветовались и решили тебя кем-то вроде службы безопасности назначить. От неожиданности я икнул и оглядел подошедших друзей.

– Мужики, вы чего? Какой из меня безопасник?, – в душе я уже понимал, что отвертеться не получится.

Раздался хор голосов, убеждающих меня, что мне любая лужа по колено и что, мол все, бордюры по плечу… И что, кто, если не я… И о политической необходимости сплотится и всем как один… И о болгарских слонах, лучших друзьях советского слона… (это типа, что они мне всегда помогут и я могу всенепременно на них рассчитывать).

С улыбкой на лице и мертвым холодом в душе, подошел к Угрюмому и попросил показать пленника. Бросив мытье джипа ко мне подошла Алина: – Сходи, разбуди Майкла и оба идите сюда.

Угрюмый посмотрел ей вслед, – Эх какую кралю себе в структуры отхватил. Уже структуры. Еще даже не знаем будем живы завтра или нет, а уже создаем структуры.

– Хочешь поменяемся, – спросил я его, – ты мне Серегу, а я тебе Алину. Да нет, – с сожалением сказал Угрюмый, отводя глаза. – Серега – снайпер, а от твоей дамочки у меня мороз по коже. – Я её утром по заднице хлопнул, так она посмотрела, как выстрелила. Нафиг –нафиг. Здоровье дороже. Вышел зевающий Мишка: – Ну где тут ваша добыча.

– Наша добыча в ГАЗели, а ваша вот, за машиной на земле валяется, как он считает, остроумно, пошутил Угрюмый.

Обойдя машину мы увидели связанный тюк, из которого на нас смотрели большие глаза.

– Угрюмый, – не оборачиваясь жестко сказал я, –если ты еще раз притащишь пленника без повязки на глазах, то расстреливать их потом тоже будешь ты. И только потом повернулся. Алина злорадно улыбалась, Мишка поеживался от холода, а Угрюмый изменился в лице.

– Я не палач, бросил он и видимо тут же пожалел о своих словах. Я набрал воздуха в грудь и высказал все, что думаю о них всех. И если уж они свалили на нас это дело, то пусть выполняют минимальные требования безопасности. Угрюмый тоскливыми глазами смотрел на дверь соглашался со всем, что я говорил и думал о том, как свалить от нас. Отпустив его восвояси мы занялись пленником. Первым делом мы утащили его в административный дом. Моя жена и Людмила сидели в отгороженном шкафом закутке и о чем то негромко переговаривались.

Я попросил у них чаю, выставил на стол сушки и конфеты и предложил развязанному парню, которому оказалось лет шестнадцать:

– Присаживайся.

Парень шумно пил чай, изредка стреляя глазами по сторонам. Мы с Мишкой сидели за столом кухни, тоже с чашками чая. Алина стояла привалившись в углу, со скрещенными сзади руками в которых был зажат ПМ. Мы с Мишкой тихонько переговаривались, не обращая на парня никакого внимания. Подошел Угрюмый, перепоясанный портупеей с кобурой, а за ним Саня. Все уселись и тоже начали пить чай.

Я подмигнул мужикам, достал бутылочку водочки, разлил и мы все дружно дернули по стопочке. И как назло черт вынес жену: – Пьянствуете, спросила она суровым тоном. Парень сочувствующе посмотрел на меня. Я пожаловался ему, –Рюмку не могу выпить, чтобы алкашом не обозвали. Он порозовел, а уж когда Алина погладила его по голове, он расплакался и рассказал все, что знал.

Стандартная история. После того, как началось повальное сумасшествие они отсиживались дома. Изредка позволяя себе с отцом вылазки до ближайшего продуктового магазина. Однажды отец вышел и напоролся на новообращенных. Что за новообращенные он не знал, но они избили отца, а он убежал. Потом когда они уехали он вернулся за телом отца. Видимо посчитав отца мертвым, новообращенные недобили его. Сейчас отец лежит дома, а он остался единственным добытчиком для семьи. Семья из пяти человек. Отец с матерью, он, брат восьми лет и бабушка. Выслушав его историю мы решили поговорить с ними со всеми. Съездив по указанному адресу забрали всех пятерых, еще одну корову, трех свиней и лошадь. Добро закинули в сараи, скотину определили в хлев. Жена и мать мужика плакали, багодарили и желали нам здоровья, а мужиком занялись моя жена и Людмила. Все эти дела заняли весь остаток дня, а наше население увеличилось на пять человек.

12
{"b":"117173","o":1}