ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Имелся еще один путь вокруг этого узкого выхода из пустыни. Можно было осуществить высадку десанта на побережье Ливана. Но для осуществления этой операции необходимо было сначала захватить Кипр и потребовалось бы участие в полном составе итальянского военно-морского флота. Первое было невозможно из-за решения Гитлера не использовать больше парашютистов Штудента, второе было исключено из-за недостатка горючего.

Перед германскими войсками стояла еще одна проблема, связанная с переброшенными британцами в верховья долины Нила двумя дивизиями и двумя бригадами. Эти формирования не имели проблем со снабжением, которое поступало через Порт-Судан и Порт-Сафага на побережье Красного моря. Эти войска, сформированные в основном из пехоты, не представляли серьезной угрозы для войск «оси», контролировавших Нижний Египет, но игнорировать их было нельзя. Позади необходимо было оставить войска прикрытия. Роммель хотел оставить в этом качестве войска итальянцев. Это позволило бы ему в полной мере использовать свои германские войска и избавило бы его от проблемного и плохо снаряженного союзника.

У Муссолини на этот счет была другая точка зрения. Он настаивал на том, чтобы хотя бы дивизия «Ариэте» приняла участие в атаке через Синай. Гитлер согласился на это. Он не хотел сердить дуче и, во всяком случае, во включении этой дивизии не было особого вреда. Вместе с «Ариэте» будут действовать пять германских дивизий под прямым командованием его любимого фельдмаршала. Роммель скрепя сердце был вынужден подчиниться решению фюрера. В тылу были оставлены 90-я моторизованная и 21-я танковая дивизии, которые понесли тяжелые потери в ходе майских сражений. Оставшиеся четыре германские дивизии «Ариэте» и вновь прибывшая 164-я дивизия вошли в состав новой бронетанковой армии «Азия».

Эта армия должна была оправдать свое громкое название не раньше середины августа. А до этого времени Роммелю приходилось ждать, оплакивая время, подаренное британцам, и наблюдать с приличной германской дистанции, как египетская экономика вступает в полосу гиперинфляции.

Вольфшанце

Если постоянное разрушение германского проарабского фасада и было замечено среди средневековых прусских лесов, то никто не придал этому особого значения. На протяжении июня и июля в волчьем логове все было освещено улыбками радости и довольства. Операция «Зигфрид» поглотила русскую степь, танковая армия «Азия» была нацелена на изгнание британцев с Ближнего Востока. К середине июля пал даже Ярославль. В столовой Вольфшанце заключали пари. Ставили семь против четырех, что Роммель достигнет Багдада первым. На Гудериана ставили два против одного.

Отслеживая стремительное продвижение своих армий по картам, Гитлер продолжал развивать свою навязчивую идею, связанную с нефтью. Он перечитал все, что смог найти по этому предмету, пересмотрел в кинотеатре «Волчьего логова» все имевшиеся в его распоряжении фильмы. К концу июля он изобрел теорию и теоретическую практику по поиску нефти, бурению скважин, транспортировке и очистке нефти. По крайней мере также хорошо, как и британцы, он знал, насколько они были зависимы от иракских и иранских нефтяных месторождений. Он полагал, что знает, хотя эта информация была двухгодичной давности, насколько зависели и русские от кавказской нефти.

Теперь казалось, что вся эта нефть захвачена вермахтом. На это потребуется два месяца, может быть, три, а возможно, и четыре, но никак не более. Произнося свои ночные монологи, фюрер видел перед собой рейх, купающийся в черной жидкости. «Империя, которая не обеспечит себя собственной нефтью, никогда не сможет выжить», — заявлял он всем без исключения. Ближневосточные и кавказские нефтяные месторождения должны были стать одним из трех столпов, на которых должен был покоиться тысячелетний рейх, в сочетании с обширными сельскохозяйственными угодьями Украины и германским промышленным гением. Имея такую материальную базу, дух германского народа мог бы воспарить, а истинный потенциал народной души мог бы быть реализован.

В контексте таких эйфорических видений фюрер чаял довести войну до ее неизбежного триумфального окончания. Все это было не более чем вопросом времени. Русская проблема решена или вскоре будет решена. Так же будет решена и британская проблема. Возможно, в 1943 году понадобится осуществить вторжение в Англию, но лично он в этом сомневался. Британцы будут молить о мире, пока у них останется какая-то часть империи, прежде чем японцы не захватят Индию.

Такая самоуверенность, или «победная болезнь», как назвали ее японцы, должна была иметь важные, если не решительные последствия. В преддверии этой победы Гитлер извлек только один вывод — ему уже не нужны никакие союзники. Когда сила германского оружия утвердится от Нарвика до Абадана, от Урала до Пиренеев, тогда все они — итальянцы, японцы, финны, венгры, арабы — будут предоставлены сами себе в германском мире. Конечно, ему всегда следует мягко обращаться с дуче. Нет никакой необходимости в том, чтобы без пользы раздражать его на этой стадии. Отсюда и проистекало решение о включении дивизии «Ариэте» в состав бронетанковой армии «Азия» Роммеля. Но оставить итальянцам весь Ближний Восток в качестве сферы влияния было бы чересчур великодушно. Границы следовало бы провести так, чтобы они реально отражали вклад обоих союзников в завоевание этого региона.

С японцами не следовало вести себя таким же образом. Они были мощнее и находились гораздо дальше. Когда в феврале к нему пришел Редер с планом согласованных действий в зоне Ближний Восток — Индийский океан, казалось, что военные преимущества, даваемые японской помощью, могут перевешивать политические неудобства, вызванные японским присутствием. Но по прошествии нескольких месяцев это равновесие стало колебаться. К апрелю японцы потребовали трехстороннего соглашения стран «оси» о независимости арабского мира и Индии. Это было совершенно немыслимо. Хуже всего было то, что Муссолини поддержал японцев, вероятно, делая, таким образом, слабую попытку хоть как-то оспорить германское превосходство. Такая антигерманская группировка внутри «оси» должна была быть остановлена. Японцев следовало держать на почтительном расстоянии.

К счастью, теперь это было возможно без особого вреда для военной обстановки. Британцы должны были быть выброшены с Ближнего Востока вне зависимости от того, перережет ли японский военно-морской флот их линии снабжения в Индийском океане. Таким образом, японцев следовало побуждать, чтобы они концентрировали свои усилия в Тихом океане, подрывая мощь американского военно-морского флота. Это должно было отвлечь внимание американцев от Европы, ослабить силы союзников в Атлантике и оставить немцам свободу действий на Ближнем Востоке. В соответствии с этими соображениями Редера проинструктировали, чтобы он «отговорил» японцев совершать интервенцию в зону Индийского океана и свел германо-японское сотрудничество к минимуму, сделав это настолько тактично, насколько это возможно. «Грандиозный план» должен был стать чисто тевтонским предприятием.

Лондон

Неся службу в качестве главнокомандующего на Ближнем Востоке, генерал Уэйвелл записал причины, в силу которых он верил, что Германия проиграет эту войну:

1. Нефть, судоходство, авиация и военно-морские силы являются ключевыми пунктами в этой войне и они взаимозависимы.

Авиация и военно-морской флот не могут действовать без горючего.

Нефть, за исключением очень ограниченного количества, не может доставляться к месту назначения иначе чем на кораблях.

Морские перевозки требуют защиты со стороны военно-морского флота и авиации.

2. Мы имеем доступ практически ко всем мировым запасам нефти.

Мы осуществляем большую часть морских транспортировок. Мы располагаем мощным военным флотом. Мы потенциально являемся обладателями крупнейшей авиации, когда полностью разовьемся.

Таким образом, мы должны выиграть эту войну.

44
{"b":"117174","o":1}