ЛитМир - Электронная Библиотека

Раскидистые дубы, чем-то напомнившие хранилище для смерти Кощея из Лесоморья, закрывали большие окна, лишая помещение всяческого света извне. В надежде, что после смерти профессора помещение не пустовало, мы смело постучались в тяжелую железную дверь, и только через несколько минут она отворилась.

На пороге никого не было. Даже робота или кармамона-дворецкого. Перед нами простирался длинный коридор, отделанный железными листами и освещенный лампами дневного света.

- Словно в 'Матрице', - фыркнул Ваня, ступая на железный пол. - Эй, есть тут кто-нибудь?

Его голос, эхом отразившись от металлических стен, словно по трубе, понесся вдаль. А мальчишки решили, что отступать некуда, надо идти вперед.

Короткий коридор закончился просторной комнатой, тоже отделанной железными пластинами вместо обоев. Чем-то она напоминала лабораторию Санджи Киномото. Однако в отличие от кабинета наместника, здешняя техника была разработана исключительно под кармашарики.

В громадном шкафу, напомнившем нам с Иваном кофе-автомат из аэропорта, на центральной панели висело, помигивая красным, шесть мячиков. Рядом стоял игровой автомат, за стеклянной дверью которого находился бежевый кот с алмазом во лбу. А за железным столом рядом с этим автоматом и сидел невысокий старичок в белоснежном халате. Рядом с собой он держал коробку, откуда торчали устройства, похожие на карманные компьютеры и смартфоны с гласом бога. Только они были очень яркими - красными, салатными и пурпурными, с большими желтыми кнопками, словно разработали их для слепых или туго соображающих.

- Здравствуйте, профессор! - полным радости голосом крикнул Иван.

Санджи и я, кутавшиеся в серые тряпки, стеснительно топтались у него за спиной.

- Хотите стать карманниками? - поправив на носу очки-половинки, ученый окинул нас троих испытующим взглядом.

- Ну… - помялся программист, - в некотором смысле. Одним словом, нам нужны кармамоны и кое-какая информация.

- А в школе-то учились? - продолжал любопытный старик. - Где ваши выписки? Где разрешение от родителей, что они согласны с вашим самостоятельным путешествием по всей стране?

- А диплом бакалавра информатики Московского вуза вам покатит? - не выдержал Иван, доставая из кармана помятую распечатку.

Ах, уж этот Киномото-сан, постарался он на славу, всю подноготную на русских агентов добыл из секретных баз ОСЯ и не поленился распечатать. Знай Дураков, что в столь скором времени ему понадобится школьный аттестат, он бы не стал умолять Санджи спалить почти всю информацию о себе, любимом.

Профессор покрутил российского диплома и, ухая, уселся за свое рабочее место. Чего и говорить, впервые он видел документ об образовании не из Джутто и ближайших подпространств. Конечно, внутри фрактала вряд ли кто знал, чем славился московский технический, тут другие мерки и понятия. Но Иван надеялся, что его пятерки сыграют ему на руку.

- Странные вы, ребята, - буркнул, наконец, профессор, - не положены вам кармамоны. А вдруг вы на команду Комета работаете. Проверить надо.

- Да уж, - протянул Санджи, встав между Иваном и столом профессора.

Не думал он, что придется так быстро открывать свои карты, но вскоре три корочки легли на стол профессора из Канто: наместник Ниххонии и два агента из далекой России.

- Поясняю, - серьезный взгляд на детском лице Санджи смотрелся ужасающе, - нам нужно срочно найти иномирянку, которая хочет стать карманником. И узнать обстоятельства гибели профессора Лиственницы. Мы ведем расследование по поводу спонтанных смертей при невыясненных обстоятельствах, происходящих сейчас по всех Ниххонии. Как вы понимаете, профессор Дуб, присутствие Наты-Кит вредно для ее же здоровья и для единства Ниххонии. Не говоря о том, что она одна из подозреваемых. И в ваших интересах сотрудничать с нами.

- Да-да-да-да-да, - бурчал ученый, перебирая многочисленные бумажки на столе.

Теперь ему предстояло не только переодеть двух агентов, которые наврали, что стали жертвами грабителей из команды Комета, но и снабдить нас теми кармамонами, которых мы попросим для работы. А если следовать правилам, в качестве первого зверька выдавался один из первых значащихся в каталоге.

Пока Дуб провожал нас с Санджи в комнатушку своего внука, чтобы мы могли переодеться, Ваня уселся на диванчик рядом с железным стеллажом и начал рассматривать каталог для начинающих карматренеров. Я постарался облачиться как можно скорее, чтобы присоединиться к товарищу в изучении красочного манускрипта с картинками.

Электромышь, которую американцы назвали Пикачу, - была единственным кармамоном, известным программисту. Он успел не раз пожалеть, что не смотрел красочного сериала по телевизору: кошко, колокольчег, а самое главное, креведко и медвед присутствовали в этой книге. Была бы на то воля Ивана, он купил бы каждой твари по паре для Бобруйского зоопарка, в шутку заметил он. Но Санджи, вернувшись из примерочной, начал нудно и дотошно объяснять, что кармамонов не положено вывозить за пределы Ниххонии.

Изучив все пятьсот видов, программист озвучил свой выбор, тыкая пальцем в понравившиеся картинки:

- Значит, на задание я возьму креведко и медведа, как самых концептуальных кармамонов.

- Простите, Бака-сан, - развел руками профессор Дуб, - ваш выбор для меня очень важен, но я не могу пожаловать вам медведа, вы его сами должны вырастить из кармамона по имени мишутко.

- Ну вот, - надул губы Иван, - как всегда, просишь шубу, продают ветровку. Без медведа я отказываюсь работать на благо Ниххонии! Кстати, почему у вас по каталогу пингвинятко не проходит? Я бы с радостью взял с десяток особей.

И он подмигнул мне, устроившемуся на окне. Переодевшись в джинсовый костюм и красную кепку, я вовсе забыл думать о том, что чубчик совершенно не идет к лицу и что какие-то инфантильные подростки из Джутто могут кинуть мне вслед пару язвительных замечаний.

Я попросил у напарника каталог и быстро изъявил свое желание:

- Мне, пожалуйста, котейку и крокодильчика.

После этого я заискивающе улыбнулся, что Санджи и Иван тут же поняли, что у меня на то были веские причины. В отличие от гигантских планов Дуракова по подчинению медведя, маленькие выбранные мной кармамончики оказались даже в списках стартовых, и профессор тут же протянул парню два маленьких красно-белых шарика.

- О, спасибо, да не забудут вашей доброты Боги, - поклонился я ученому и, вернувшись к себе на окно, принялся поглаживать шарики.

- Чтобы выпустить кармамона, нажмите серую кно… - хотел было посоветовать ученый, но я одарил его столь жестоким взглядом, что Дуб осекся.

- Я сам знаю, что мне надо от кошки и крокодила, - прошипел я и продолжил крутить кармамячики в руках.

Пока Санджи выбирал себе питомцев, а я колдовал над своими питомцами, Иван убедил-таки ученого, что медвед - это самый ценный вид, необходимый для проведения следствия. Поэтому профессору Дубу пришлось затолкать в шкафчик размером с офисный кулер кармамячик и нажать несколько кнопочек.

Как уверял ученый, через четверть часа коллеги обещали доставить в лабораторию одного из лучших медведов из гор соседнего государства Кинтта. А устройство, которое он только что запустил, зовется карманообменником и позволяет без особых хлопот перемещать монстров в пространстве.

- То есть, кармамон… - ткнул Дураков пальцем в кулер…

- Да, именно, твой медвед, Бака-сан, окажется в моем кармашарике. А теперь позвольте мне поискать вашу Нату-Кит и рассказать о моей племяннице Лиственнице.

Старик опять ушел в другую комнату и вскоре вернулся оттуда с толстой пестрой книгой, из которой торчало с сотню мелких закладок.

Профессор Лиственница, работавшая в этой же лаборатории, оказывается, пострадала далеко от города. Она отправилась в пещеру копунов, таких мелких земляных кармамонов, способных вскопать даже асфальт, чтобы поймать несколько монстров для проведения генетических исследований. Через сутки после ее последнего звонка в лабораторию, Лиственницу нашли мертвой внутри пещеры. Один из неопытных карматренеров решил устроиться там на ночлег, но когда споткнулся о распростертое на земле тело профессора, да еще и с отгрызенной неким зубастым хищником головой, он кинулся прочь и бежал без остановки до ближайшего города.

17
{"b":"117178","o":1}