ЛитМир - Электронная Библиотека
***

Санджи сидел в своей лаборатории и пытался представить прекрасную принцессу. Перед ним лежала фотография Неба, которая хранилась в личном деле агента. Так Киса решил сам восстановить облик прекрасной женщины прошлого, отталкиваясь от внешних данных ее сына. Изящные черные мазки туши ложились на бумагу. Круглое лицо, вьющиеся волосы. Почему-то длинные - сразу представилось Кисе. Длинный узкий нос, миндалевидные серые глаза, длинные бархатистые ресницы… и в довершение всему загадочная улыбка почти как у Джоконды. Из-под кисти наместника вышел очаровательнейший портрет, который Санджи обязательно вечером покажет российским гостям и поинтересуется, угадал ли он внешность своей возлюбленной. А пока до конца учебного дня оставалось еще несколько часов, влюбленный наместник достал из пачки чистый лист и принялся рисовать еще один портрет своей избранницы из далекого прошлого большого мира.

***
Неб

Марина Зайцева и Анастасия Яковенко - эти два имени значились следующими после Натальи Антоненко (вычеркнуто). Иван подозревал, что это и были Конэко-тян и Саппоро. На оставшихся двух уроках ему предстояло познакомиться еще с двумя классами. И если агент там не найдет никого более похожего на потерянных российских подростков, то завтра же приступит к промыванию фанатских мозгов этих девиц. Ниже по списку шли мужские имена - Алексей Петров и Петр Залесский, - вот с ними сложнее. Бака-сэнсей мог предположить, что фанаты-мужчины чем-то по характеру схожи с его одногруппником Кириллом, но пока не представлял, до какой степени у жертв аномалии мог развиться фанатизм. Мальчиков с кошачьими ушами по школе пока не ходило, да и все учащиеся мужского пола выглядели более, чем адекватными. Я бы сказал даже - скучными. Пожалуй, я единственная яркая личность во всем классе. Ну не говорить же, что пришельцем из России является какой-то там ученик, который уже три месяца не посещает занятия и отвечает на звонки мрачным загробным голосом. И мальчишки, которые на переменах упоительно листают мангу про голых девочек тоже, вряд ли прибыли сюда из далекого мира. Надо искать тщательнее. Проверять всех, кто вызывает подозрения. И еще два имени, точнее, Интернет-ника, стоило запомнить: Каратель и Мечтательница. Наверняка, эти двое - самые запущенные случаи, если даже не установлены их паспортные имена. И, не сомневаюсь, что убийца один из них. У первого кличка говорит за все. Вторая, чтобы воплотить в жизнь свои фантазии тоже способна на многое.

Торопясь в другой конец опустевшего после звонка коридора, Иван набирал на наладоннике письмо для Кати, в котором он перечислял абсолютно все имена переселенцев. Вряд ли такое могло случиться, что Дельская знала абсолютно всех жертв. Но вдруг она сможет еще кого-нибудь опознать. Как только хлопнула дверь за его спиной, меня тут же обступили все девочки класса. Претендентки на место в гареме не были столь нахальны, как эти ниххонские ученицы. Лишь низкорослая Конэко-тян и вечно счастливая Саппоро не смогли протиснуться к парте. Каждая из дюжины девочек стремилась предстать передо мной во всей красе, а я равнодушно смотрел в окно. Точнее, в сторону окна, так как перед моими глазами мельтешила розовая клетчатая юбочка высокой Феоны.

- Ну и чего вам от меня надо? Алгебру решить? - скучающим тоном спросил я, дабы отвлечь влюбленных школьниц.

На моей далекой родине девицы стояли в очередь к дворцу, чтобы я взял их своими наложницами и очень оскорблялись, когда начальник стражи прогонял их куда подальше.Это в случае с феллахами. Дочерям знатных мужей приходилось отвечать вежливыми письмами. Девицы из Ниххонии практически ничем не отличались от амбициозных феллашьих дев, только не так открыто высказывали свои желания.

Неизвестно, к чему привело бы столпотворение, вызвавшее, кстати, немало гнева у мужской половины класса и несколько ссор влюбленных парочек, если бы не закончилась перемена, и учитель химии не попросил подростков рассесться по местам.

'Жаль, что Маш-шу тут нет!' - подумалось мне. Тогда бы точно ни одна девица не посмела лезть обниматься. Причем так назойливо и активно, что я с трудом успевал отталкивать от себя надоедливых школьниц.

Все они казались мне на одно лицо - эти розовые костюмчики с красными бантами на груди. И не важно, какой у кого рост, цвет волос или глаз. Все они для меня были колышущейся розовой массой, из которой предлагалось безошибочно выделить Марину и Анастасию, а заодно и Мечтательницу.

- Как погляжу, - химик изучил начертанное до него на доске, - сегодня у вас уже были и алгебра… и… история древнего мира.

Он прочитал сверху вниз мое имя и задумался, чеша подбородок. Вроде, этот курс изучали в средней, а не в старшей школе. Только почему-то ни один из учеников не стал просвещать химика, что это не записи с урока истории, а имя нового ученика. Пусть сам догадается.

А учитель взъерошил красные волосы на затылке, надвинул на глаза круглые очки и принялся диктовать новую тему по органической химии. Он молод - отметил в блокноте я.

На вид сэнсею - лет тридцать. Придурковат, все время забывает, о чем говорил пять минут назад и лезет в тетрадку к Конэко-тян. А эта чудо-девочка не только интегралы голыми руками взять может, но и бензольными кольцами жонглирует без труда. Не слишком ли гениальна для фанатки эта Конэко-тян? Саппоро - да, странновата. Создается впечатление, что она блаженная. Ей Феона подсунула записочку с уравнением, та пошла к доске и переписала все символ к символу, а оказалось - абсолютно неверно. После этого половину урока класс дружно усмехался над непутевой ученицей, пока учитель не решил дать контрольную. Эх, если бы я еще в химии разбирался. И как мне листок с тестом подписывать?

А, была не была! Я смело написал свое имя и принялся расставлять галочки наугад. Это пусть Конэко-тян старается и прочие жители Ниххонии - тоже, потому что после школы им предстоит поступать в университеты и колледжи. Я уже учился на политологическом в Москве и не намеревался задерживаться в учебном заведении другого мира больше недели. Найти убийцу и домой. И не важно, сколько неудовлетворительных оценок я тут нахватаю. Так что, здешняя химия меня совершенно не интересовала. Буду плохо учиться, не так много девочек захочет завоевать мое сердце.

- Эй, дай списать! - шепнули вдруг сбоку.

Я недовольно уставился на рыжего парнишку в таком же, как и я, сером костюме с желтыми отворотами. Несчастный не спускал с меня больших зеленых глаз и чуть не плакал.

- Я не знаю химию!

- Контроха по сегодняшней лекции, дай списать! Я видел, ты быстро строчил!

Как же! Да, я быстро писал, только в конспекте его не было ни слова о бензольных кольцах, я вел дневник наблюдений. И совсем не на японском.

Что же, коли этот настырный парень так просит, почему бы не поделиться народной мудростью - и я, ухмыльнувшись, протянул пареньку свой черный блокнотик на пружинке.

Словно за соломинку, рыжий парень схватился за блокнот и принялся вчитываться в мелкие значки, написанные наточенным карандашом. Только записи оказались несколько странными. Ладно еще, что среди текста не обнаружилось ни одного химического уравнения, но и сами буквы не походили на ниххонскую катакану или хирагану.

- Это… - ткнул школьник в середину страницы, показывая ее мне, - что за шифровка? Или новый японский алфавит?

Глаза, человечки, закорючки, некоторые символы по два-три обведены в картуши. Скорее, рукопись походила на Родосский камень, нежели на конспект ниххонского школьника.

- Ты что, кеметский не знаешь? - хитро сощурился я, забирая из рук парнишки свой блокнот. - Тогда извини, ничем помочь не могу!

- Чем вы там занимаетесь на последней парте? - прервал беседу строгий голос учителя, и я продолжил ставить галочки наугад, а рыжий неудачник принялся высматривать очередную жертву.

30
{"b":"117178","o":1}