ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Молча проклиная свою должность, секретарь сделала несколько шагов и, подойдя к скамье присяжных, водрузила пачку черно-белых фотографий на край стола.

Я наблюдал за тем, как каждый из присяжных по очереди посмотрел снимки. Что происходило в их головах, какие мысли посещали этих людей по мере того, как перед глазами сменялись изображения обнаженной женщины, снятой после смерти? Не просто обнаженной женщины, но женщины, так хорошо всем известной. Чувствовали ли они то же, что чувствовал я, впервые глядя на эти снимки? Возникло ли у них странное ощущение, что тут какая-то ошибка, что эта на вид совершенно обыкновенная женщина, застигнутая фотографом после столь трагичного случая насильственной смерти, возможно, вовсе не та дива, которая всегда представала столь захватывающе прекрасной на киноэкране и выглядела столь восхитительной и прелестной на страницах журналов о кино? Угнетало сознание, что в действительности она почти не отличалась от остальных. Не зная, кто это на самом деле, вы ни за что не испытали бы таких мыслей и ее смерть не потрясла бы так, как потрясла смерть именно Мэри Маргарет Флендерс.

Ван Ротен спросила, небрежно кивнув в сторону ходивших по рукам присяжных фотоснимков:

– Детектив Крэншо, скажите, эти фотографии… Их сделали непосредственно до и сразу после того, как тело Мэри Маргарет Флендерс извлекли из бассейна?

Крэншо дождался, когда на него обратит внимание присяжный, державший фотографии в руках.

– Да.

– И эти снимки точно отражают состояние тела в момент, когда вы его осматривали?

– Да.

– На… По-моему, это на пятой фотографии… Там, где тело жертвы лежит на спине возле бассейна… Вы не могли бы описать след, ясно видимый на шее жертвы?

Крэншо вытянул руку в направлении державшего фотографии присяжного:

– След, о котором вы спрашиваете, это глубокая рана, начинающаяся немного ниже левого уха жертвы и пересекающая горло почти до правого уха.

– Детектив Крэншо, другими словами, у жертвы перерезано горло?

– Совершенно верно, – ответил детектив, обратив внимание на обвинителя.

– Ножом?

– Острым предметом, вероятно, ножом.

– Чуть позже мы заслушаем коронера, который назовет точную причину смерти, – кинув беглый взгляд в сторону присяжных, сказала Ван Ротен. – Скажите, она умерла в результате ножевого ранения?

Следуя за ее взглядом, глаза Крэншо вновь обратились к присяжным, и это движение произвело впечатление поставленного балетного па.

– В этом нет сомнения. Горло перерезано, гортань рассечена. Рана глубокая, возможно, самая глубокая на моей памяти. Чтобы это сделать, нужна физическая сила. И хороший упор.

– Упор? – переспросила Ван Ротен, оборачиваясь к свидетелю, словно его замечание оказалось сюрпризом, неожиданно преподнесенным вместо текста, который они проходили множество раз, добиваясь максимального эффекта.

Теперь Крэншо показал на присяжного из последнего ряда, в чьих руках находились фотографии.

– Видите шелковый чулок, обмотанный вокруг шеи как раз над местом, где ее горло было рассечено? На одном из снимков виден кровоподтек в нижней части спины. По-моему, убийца держал жертву сзади, в его левой руке был чулок, обмотанный вокруг ее шеи, коленом он уперся в поясницу и перерезал горло ножом, который держал в правой руке.

– Правой рукой? Почему вы так уверены? – с горящим взглядом спросила Ван Ротен, поворачиваясь лицом к суду присяжных.

– Потому что об этом говорит угол, под которым нож вошел в тело, и направление деформации гортани.

– Вы показали, в бассейне было много крови. Имелись ли следы крови в других местах?

– Да, на цементном полу около бассейна.

– Эта кровь также принадлежала жертве?

– Да.

– Был ли цементный пол единственным местом, где вы обнаружили следы крови?

– Нет. Мы также обнаружили кровь на одежде.

– На одежде, принадлежавшей жертве, Мэри Маргарет Флендерс?

– Нет, – ответил Крэншо, поворачиваясь к присяжным. – Мы нашли кровь на одежде, принадлежащей обвиняемому, Стэнли Роту.

– Детектив Крэншо, последний вопрос. Вы были знакомы с жертвой, Мэри Маргарет Флендерс?

– Пару лет назад я работал консультантом в картине, в которой она снималась. Я не слишком хорошо ее знал, но… Да, мы были знакомы.

Мельком взглянув на Стэнли Рота, заместитель прокурора снова обратилась к свидетелю:

– И вы также знакомы с обвиняемым, Стэнли Ротом?

– Да. Он снимал тот фильм.

Я поднялся с места в ту самую секунду, когда Анабелла Ван Ротен завершила допрос свидетеля, и мой первый вопрос прозвучал раньше, чем судья Хонигман успел осведомиться, есть ли у защиты вопросы.

– Значит, было именно так? – скептически поинтересовался я. – Несколько кровавых пятен на полу у бассейна и кровь на одежде, по вашим словам, принадлежащей обвиняемому?

Поставив локти на подлокотники, Ричард Крэншо развел руками:

– Как я свидетельствовал, мы обнаружили кровь жертвы на цементном полу рядом с бассейном, и мы нашли кровь жертвы на одежде, принадлежащей обвиняемому.

– Вы уверены? Кровь на полу рядом с бассейном и кровь на одежде, по вашим словам, принадлежащей обвиняемому? В этом состоит ваше свидетельство?

Водрузив ногу на колено, Крэншо двумя руками взялся за лодыжку.

– Да, – осторожно подтвердил он, соображая, не упустил ли чего-либо в вопросе или интонации, с которой я его задал.

– И больше ничего?

– Ничего.

Опустив глаза, я выступил вперед, к краю адвокатского стола. От меня до скамьи присяжных оставался всего один шаг.

– Вы показали, что к моменту вашего первого появления в доме тело жертвы, Мэри Маргарет Флендерс, плавало в бассейне лицом вниз. – Я посмотрел вокруг. – Вы показали – я полагаю, что в точности помню ваши слова, – что вода в бассейне походила на «красное облако». Вы использовали именно эти слова, «красное облако», не так ли?

– Да, по-моему, я так и сказал.

– И насколько я понял, вы имели в виду, что в воде было большое количество крови… Крови, принадлежавшей жертве. Правильно?

Мрачно кивнув, детектив молча ждал очередного вопроса.

– Вы также показали, что горло жертвы было перерезано, причем перерезано с такой силой, что лезвие деформировало гортань. Кажется, вы сказали… Думаю, я смогу процитировать почти дословно: «Чтобы сделать это, нужна физическая сила и хороший упор». Ведь вы так сказали?

Убрав лодыжку с колена, Крэншо поставил обе ноги на пол и слегка подался вперед.

– Да, я так сказал, – согласился детектив.

– Среди упомянутых вами фотографий – тех, что прошли по рядам суда присяжных, – я поморщился, демонстрируя отвращение, – и исчерпывающе представляющих картину преступления, следует, что жертва потеряла много крови.

– Не могу не согласиться с выводом.

– Тем не менее единственными местами, где вы обнаружили кровь – кроме самого бассейна, – оказались цементный пол рядом с бассейном и некая одежда, обнаруженная вами… Где именно вы нашли упомянутую одежду? – спросил я, глядя в упор на Крэншо.

– В корзине для грязного белья, стоявшей в ванной, рядом со спальней хозяев дома.

Глядя в пол, я озадаченно почесал затылок.

– Да… В корзине для грязного белья… В ванной рядом со спальней хозяев…

Когда я снова поднял взгляд на свидетеля, моя рука лежала на перилах, ограждавших скамью присяжных.

– Ладно… Положим, это сочетается с образом обвиняемого. Всем известно о его внимании к вопросам содержания жилища. – Подняв брови, я задумчиво наклонил голову. – Убив жену, а именно перерезав ей горло, он повсюду оставил кровь. В том числе на собственной одежде. От борта бассейна, где он ее убил, пришлось идти через всю площадку до самого крыльца, подняться по ступеням, войти в дом, добраться до спальни, чтобы лишь после этого оказаться около ванной. И все это он проделал весьма осторожно, не уронив ни на пол, ни на ковер и капли со своей пропитанной кровью одежды. Более того, не испачкав кровью ни одной детали с внешней стороны закрытой крышкой корзины, в которой, как вы утверждали, была найдена окровавленная одежда!

34
{"b":"117189","o":1}