ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Ты и вправду это сделал?

– Перестань. Это не в моем стиле. К тому же я понятия не имею, как делаются такие вещи.

– А панель не могла повредиться в процессе транспортировки?

– Запросто. Плазменные панели – нежные создания. Несколько месяцев назад крупная розничная сеть, которая заказала нам партию плазменных панелей, сообщила, что шесть штук неисправны. В итоге выяснилось, что какой-то болван-уборщик у нас на складе в Рочестере чистил туалеты средством, содержащим хлор. Не знал, что пары хлора разъедают микрочипы на печатных платах, – и в результате панели полностью выходят из строя. Так что случиться могло что угодно.

– Лучшее, что ты можешь сделать в этой ситуации, – это игнорировать Тревора. Никто не воспринимает его обвинения всерьез, верно? Выглядит так, будто он просто ищет себе оправдание.

Я кивнул. Мы еще немного прогулялись.

– Мне придется пропустить тренировку в четверг с утра, – сказал я, – завтракаю с Летаски.

– Собираешься сделать ему предложение, от которого он не сможет отказаться, а?

– Сделаю все, что смогу. Спасибо тебе большое.

– Рад помочь. Если могу быть тебе чем-то полезен – дай знать.

Я остановился:

– Послушай, я прочел всю папку, которую ты мне передал. Думаю, эта информация очень мне поможет. Очень.

Курт скромно пожал плечами.

– И я очень благодарен тебе за то, что ты проделал для меня такую работу – продолжал я. – Понятия не имею, как тебе удалось раздобыть кое-какие факты, но с такими вещами нужно быть очень осторожным… Кое-что из них уже за гранью закона. И если нас поймают на этом, неприятностей не оберешься.

Он молчал. Заметно потеплело, и его майка уже начала намокать. Мою футболку уже давно можно было выжимать.

Минута прошла в полной тишине, потом еще одна. Выводок гусей вперевалку брел вдоль берега реки около моста. Мимо нас пробежала пара любителей ранней утренней пробежки – женщина и мужчина.

– Ты сам попросил меня собрать информацию про Летаски, – наконец сказал Курт таким тоном, словно защищался.

– Конечно, сам. Ты прав. Но я не должен был этого делать. Чувствую, что это неправильно.

Снова молчание. Мимо с ревом пронеслась машина.

– Ну, в таком случае, думаю, тебе вряд ли будет интересно услышать последнюю новость насчет Летаски, которую я только что узнал.

Я уставился взглядом в мостовую. Медленно выдохнул. Мне очень хотелось сказать «нет, не интересно», но я не смог себя пересилить.

Курт продолжал, словно и не ждал моего ответа:

– Последние несколько лет семья Летаски проводит летний отпуск в кемпингах в Висконсине, Индиане или Мичигане. Но и Джеймс, и его жена обожают одно местечко – остров Мартас-Виньярд. Когда-то они провели там медовый месяц, им очень хочется снова там побывать, но от Чикаго это слишком далеко.

– Интересно, – ответил я. Мартас-Виньярд гораздо ближе к Бостону, чем к Чикаго. – Как тебе… – я увидел выражение лица Курта и не стал продолжать. – Верно. ОНЗ.

– Нам обоим пора на работу, – взглянув на часы, сказал Курт.

– Ты пойдешь играть в софтбол сегодня вечером?

– Не упущу такую возможность…

19

Звезда отдела продаж NEC Джим Летаски был круглолицым мужчиной с животиком, где-то около тридцати пяти лет. Подстриженные «под горшок» светлые волосы придавали ему сходство с монахом-францисканцем. У него всегда была наготове улыбка, и на свете трудно было отыскать более обаятельного и харизматичного собеседника. Он никогда не юлил, был прямым и иногда даже жестким – никакой ложной скромности или напускной застенчивости, – и мне это очень нравилось. Он прекрасно знал, что мы хотим его нанять, понимал, почему, и не скрывал того, что не слишком заинтересован в нашем предложении. Однако он не захлопнул дверь у меня перед носом, а сидел вместе со мной за завтраком в отеле Hyatt Regency в самом центре Кембриджа.

Мы начали со светской болтовни о мире бизнеса, и я еще раз поздравил его с успешным заключением сделки с Albertson's. Он был тактично скромен. Я немного полюбопытствовал насчет его отношений с той компанией-посредником, SignNetworks, но он постарался уйти от темы – коммерческая тайна и все такое прочее. Поговорили про Амарилло – городок в Техасе, в котором он вырос. Выяснилось, что мы любим одну и ту же газировку.

Допив третью за утро чашку кофе, Летаски сказал:

– Джейсон, я всегда рад тебя видеть, но могу я быть откровенным? Entronics не может себе позволить нанять меня на работу.

– Большие таланты стоят больших денег, – парировал я.

– Ты понятия не имеешь, сколько я зарабатываю.

Я попытался спрятать улыбку.

– Компенсационный пакет – это лишь малая часть того, что мы хотим тебе предложить, – сказал я.

Он засмеялся:

– Надеюсь, эта часть будет не такой уж маленькой.

Я рассказал ему о предложении Entronics, которое было аккурат на двадцать пять процентов выше того, что он зарабатывал в NEC – при том, что работы было бы значительно меньше. Я знал из его частных жалоб начальнику – в досье Курта были даже частные письма Летаски, – что он пытался сократить количество командировок, чтобы проводить больше времени с детьми. С учетом объема сделок, обычно совершаемого Летаски, и нашей бонусной системы предложение Entronics выглядело очень привлекательно.

– Видишь ли, нам хочется, чтобы у наших менеджеров по продажам оставалось время на личную жизнь, – сказал я. Это было таким наглым враньем, что слова с трудом сползали с моего языка. – Компенсационный пакет устроен таким образом, что ты можешь зарабатывать значительно больше, чем сейчас, – и при этом на работе будешь проводить гораздо меньше времени. Конечно, тебе все равно придется летать в командировки, не пойми меня неправильно, но здесь ты по крайней мере сможешь видеть, как растут твои дети. У тебя будет время, чтобы пойти на хоккейную тренировку вместе с Кенни и самому отвести близняшек на показательные выступления их балетной труппы.

– Откуда ты все это… – начал он.

– Я хорошо подготовился. Я же говорил тебе, что мне приказано не позволить тебе встать из-за этого стола, пока ты не произнесешь заветное «да».

Он моргнул и тут же замолчал.

– Твои дети никогда больше не будут такими маленькими, – сказал я. Это было почти точной цитатой из одного из сообщений, которые он отправлял своему боссу. – А годы летят быстро. Конечно, ты зарабатываешь на хлеб для всей семьи, но разве тебе не хочется приходить домой пораньше, чтобы потискать ребят, пока они еще не спят? Я хочу, чтобы ты задумался о том, сколько замечательных моментов в твоей семье проходят мимо тебя.

– Я часто об этом задумываюсь, – тихо признался он.

– Видишь, а это реальная возможность зарабатывать больше и при этом уделять больше времени жене и детям. Разве не здорово было бы провести три недели в Скалистых Горах вместо одной? – я знал, что это сработает. Именно об этом он писал боссу в другом письме.

– Да, – согласился он, удивленно подняв брови. Улыбка на его лице погасла. – Было бы здорово.

– Да и зачем тебе каждый день тратить сорок пять минут своей жизни, чтобы добраться до работы? Это время ты мог бы посвятить детям. Например, помочь им сделать уроки.

– Но у нас прекрасный дом.

– Ты был когда-нибудь в Уэллсли? – спросил я. – Разве Гейл не там училась в колледже? – Гейл была его женой, и она закончила колледж Уэллсли. – Это в пятнадцати минутах езды от Фрэмингема – прямая дорога по сто тридцать пятому шоссе.

– Это правда так близко?

– Если бы вы продали свой дом в Эванстоне, вы смогли бы купить себе вот это, – я достал фотографию, которую распечатал сегодня утром с сайта агентства недвижимости, расположенного в Эванстоне. – Дому больше двухсот лет. Старинный фермерский дом, который несколько раз модернизировали. Красота, правда?

Он уставился на фотографию:

– Боже мой.

– Клифф Роад – это самая престижная часть Уэллсли. Видишь, какого размера этот дом? Ребята смогут играть во дворе, а вам с Гейл не придется беспокоиться о машинах. Недалеко есть школа раннего развития по методике Монтессори – ведь близняшки ходят в школу Монтессори, верно?

29
{"b":"117190","o":1}