ЛитМир - Электронная Библиотека

Дружеские и добрососедские отношения с Китаем и развитие наших культурных и экономических связей с великой державой явятся дополнительным фактором, обеспечивающим Индокитаю при той роли, которую ему вскоре предстоит играть, спокойное и счастливое будущее.

В свободном и тесном союзе с народами Индокитая Франция выполнит свою миссию в бассейне Тихого океана.

Беседа генерала де Голля с представителем Норвегии Хаугеном 17 декабря 1943

(Записана канцелярией генерала де Голля)

Хауген заявляет генералу де Голлю, что его правительство весьма озабочено двумя вопросами, а именно: 1) условиями безопасности Норвегии в будущем; 2) вопросом о высадке.

1) Условия безопасности Норвегии в будущем.

Норвежское правительство полагало, что соглашения между северными державами было бы достаточно для обеспечения ее безопасности. Это согласие, помимо Норвегии, могло бы включить Швецию, Данию и, возможно, Великобританию.

Однако норвежскому правительству приходится констатировать, что такое соглашение, безусловно, не было бы достаточно широким. Швеция, по-видимому, не готова присоединиться к такому соглашению, ибо это могло бы вызвать неблагоприятную реакцию со стороны России. Норвегии, таким образом, приходится иметь в виду более широкое соглашение, например в форме Атлантического договора.

Генерал де Голль заявляет, что, по его мнению, основным критерием для оценки проблем стратегической безопасности в будущем является воздушная безопасность.

Соглашение немногих не гарантирует такой безопасности. Воздушная безопасность любого европейского государства может быть обеспечена лишь в порядке создания системы безопасности в общеевропейском масштабе.

Безопасность морских путей может быть обеспечена путем создания системы безопасности в самых широких масштабах. Безопасность от нападения подводных лодок, например, также должна быть организована в европейском масштабе.

При отсутствии европейской системы безопасности, включающей как Россию, так и западные державы, приходится иметь в виду систему атлантическую, но тогда она должна быть широкой атлантической системой, включающей, разумеется, Францию.

Хауген говорит, что его правительство согласилось бы включить Францию в число участников соглашения, заключенного на такой основе, однако имеется сомнение относительно позиции США. Если они не согласятся участвовать в подобном соглашении, они захотят сохранить ипотеку на Исландию и тем самым могут нарушить всю структуру данной системы.

Генерал де Голль говорит представителю Норвегии, что он разделяет такую точку зрения.

По его мнению, это лишний раз подтверждает обоснованность тревоги норвежского правительства и правильность концепции системы европейской безопасности.

2) Вопрос о высадке.

Норвежское правительство считает, что оно достигло удовлетворительной договоренности с правительством Великобритании и с США по вопросу о высадке.

Хауген спрашивает, может ли он узнать, в каком состоянии находятся переговоры, предпринятые нами по этому же вопросу.

Генерал де Голль отвечает, что Французский комитет национального освобождения продолжает переговоры, но еще не достиг положительного результата. Это нас огорчает, поскольку здесь кроется не только источник возможных беспорядков внутри Франции, но также и источник серьезных трудностей для самих же союзников в момент их высадки.

Беседа генерала де Голля с послом Польши Моравским 20 декабря 1943

(Записана канцелярией генерала де Голля)

В начале беседы Моравский говорит генералу де Голлю, что он захотел встретиться с ним потому, что Франция является другом Польши и ее традиционной союзницей, и что хочет его информировать о дипломатической позиции своей страны.

В этом отношении в мире публикуется множество неверных сведений. Моравский ссылается, в частности, на некоторые статьи алжирской печати.

Говорят, что Польша якобы не предполагает иметь в будущем договора с Россией, что она, в частности, не хочет вступать в союз с Чехословакией и Россией. Моравский утверждает, что, напротив, Польша стремится к такому союзу.

Он напоминает, что в 1941, когда Сикорский и Бенеш начали проводить политику, направленную на создание союза восточноевропейских государств, который должен был включить Польшу, Чехословакию и, возможно, другие государства, например Венгрию, некоторые комментаторы стали поговаривать о возвращении к формуле "санитарного кордона". Такая интерпретация неточна: Польша преследовала цель найти в рамках ассоциации более легкий способ решения ряда проблем, возникающих между странами Восточной Европы, таких, как вопрос о Тешине. Но польское правительство не понимает, почему такая ассоциация не смогла бы установить тесные связи с Россией. Моравский добавляет, что такой союз давал бы известное преимущество и западным державам, которые имели бы дело с единой группой государств, что облегчило бы западным державам ведение с ними тех или иных переговоров.

Затем польский посол описывает трудное положение своего правительства. Он еще не знает ни того, что мог сказать Иден польскому правительству после возвращения из Тегерана, ни того, какой будет реакция польского правительства. Тем не менее он снова утверждает, что Польша не исключает возможности заключения договора с Россией и что, напротив, она этого желает, поскольку недавно заключительный русско-чешский договор предусматривает восстановление чехословацких границ 1938 и взаимную гарантию невмешательства во внутренние дела друг друга.

Он отвергает также критику, часто направляемую в адрес польского правительства, которое упрекают в том, что оно якобы не является подлинным представителем польского общественного мнения. Между тем, говорит он, нынешнее польское правительство представляет четыре крупнейшие политические партии Польши, являющиеся левыми партиями. "Мы знаем, - сказал он, - что действуем в согласии со своей страной".

В заключение польский посол говорит генералу де Голлю, что его демарш преследует двоякую цель: узнать наше мнение относительно перспективы развития тех вопросов, в которых заинтересована Польша, и побудить генерала де Голля при случае выступить в пользу Польши.

Генерал де Голль заверяет посла в том, что Франция желает видеть Польшу великой и сильной. Это желание продиктовано не только чувством, но и необходимостью. Он, конечно, не уверен, что французская общественность выскажется за обеспечение Польше восточной границы, более или менее продвинутой к востоку. Но в своей массе французы остаются сторонниками восстановления сильной Польши.

Наше нынешнее дипломатическое положение не позволяет нам выступить официально по этому вопросу. Сейчас мы можем оказать лишь моральное влияние.

Однако, говорит генерал де Голль Моравскому, с его точки зрения, настоящий момент является для Польши крайне неблагоприятным, чтобы ставить вопрос о ее границах с Россией и с другими своими соседями. Для этого есть несколько причин: прежде всего, Польша слаба; русские же, наоборот, переживают огромный подъем в связи со своими победами и отнюдь не склонны идти на уступки; англичане и американцы, возможно, и хотели бы помочь Польше - чего, впрочем, нельзя утверждать наверняка, - но в настоящий момент этого не сделают, чтобы не вступать в конфликт с русскими; что касается Франции, то в будущем она, быть может, сумеет оказать помощь европейским государствам, но сейчас не располагает такими возможностями.

И, напротив, в дальнейшем польское правительство сможет доказать, что оно пользуется поддержкой общественного мнения своей страны. С другой стороны, русские после победы столкнутся с огромными трудностями восстановления, возможно даже, у них будут трудности в отношениях с союзниками. Тогда их требования к Польше, возможно, будут менее категоричны. И, наконец, сама Франция к тому времени, вероятно, уже частично восстановит свою мощь.

Польский посол присоединяется к высказанному мнению: сейчас для Польши не время ставить вопрос о границах, и он полагает, что его правительство разделяет это мнение.

174
{"b":"117192","o":1}