ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Григорий Александрович сомнительно покачал головой.

– Нет, нет, все кончено! Она жена другого… О, если бы я смел с ней поговорить, если бы я мог ей сказать…

– Что вы все еще ее любите?

– Нет, это было бы для нее оскорбительно… но я хотел бы объяснить ей свое поведение в Москве…

– Что же вас удерживает?

– Она не захочет меня выслушать…

– В ее будуаре, может быть – нет… Но здесь, у меня…

– За такое счастье я отдал бы всю жизнь! – сказал он дрожащим голосом.

Глаза графини Клодины блеснули.

– Это я вам устрою… Необходимо действительно, чтобы вы оба объяснились. Это будет для нее утешением, а для вас облегчением…

– Как вы добры.

– Хорошо, хорошо, вы меня поблагодарите после…

В это время в гостиную вошла княгиня Зинаида Сергеевна.

Графиня Клодина пошла ей навстречу, между тем взгляды княгини и Григория Александровича, продолжавшего стоять на том же месте, встретились.

Казалось, это были две встретившиеся молнии.

Княгиню поразила необыкновенная бледность молодого человека.

Ее сердце наполнилось жалостью.

Сославшись на головную боль, она простилась с хозяйкой, которая успела шепнуть ей:

– Я буду у тебя завтра… Мне надо многое сказать тебе…

Княгиня вспыхнула. Она прочитала на губах подруги готовое с них сорваться имя Потемкина.

– Ты всегда моя желанная гостья… – с трудом проговорила она.

Подруги расцеловались.

– Так до завтра! – шепнула княгиня.

– Да.

Княгиня уехала.

Вскоре откланялся хозяину и хозяйке и Григорий Александрович.

На другой день, часов около трех, графиня Клодина уже была в будуаре княгини Святозаровой.

Последняя ожидала ее с нетерпением.

– Твои вчерашние слова, милая Клодина, ужасно обеспокоили меня, – начала княгиня Зинаида, когда подруга удобно уселась в кресле. – Я продумала о них всю ночь… У тебя есть, верно, передать мне что-нибудь очень важное?

– Это зависит от того, как ты на это взглянешь… Дело идет о сохранении твоего спокойствия, даже о предупреждении опасности.

– Опасности! Ты меня пугаешь…

– Ты доверила мне часть своей тайны, милая Зина, но сказала, с понятной сдержанностью, не все… Но настоящая дружба проницательна… Ты простишь меня, если я тебе скажу, что я все узнала.

– Все узнала! – воскликнула, дрожа, княгиня.

– Да, вчера я еще сомневалась, но твое смущение вечером мне все открыло.

Княгиня опустила голову.

– Но это не та опасность, о которой я говорю, – продолжала великосветская змея. – Главная опасность заключается в его любви к тебе… в любви безумной…

Княгиня радостно улыбнулась.

– Ты думаешь? – спросила она.

– К несчастию, я в этом уверена…

– Он тебе сказал это?

– Да.

– Что же он говорил тебе? – взволнованным голосом торопливо спросила княгиня.

Графиня Клодина рассказала о вмешательстве в любовь молодых людей Ивана Дементьевича Курганова.

– О, я теперь все поняла! – воскликнула княгиня, закрыв лицо руками.

– Несчастный открыл мне свое разбитое сердце, он говорил мне о своей безнадежной любви к тебе, о своем безысходном горе.

Княгиня Зинаида простонала, не отнимая рук от лица. Графиня продолжала.

– Его отчаяние произвело на меня сильное впечатление… Сознаюсь тебе, мне стало искренно жаль его…

– Клодина, Клодина! – подняла голову княгиня Зинаида и вдруг испуганно спросила:

– Ты не сказала ему, что и я несчастна?..

– Я от этого воздержалась…

– Значат, он думает, что я его не люблю…

– Милая моя, большинство женщин умеют скрывать свои чувства, ты же не принадлежишь к их числу. Твои глаза – зеркало твоей души… Ты сама выдала себя ему с головой… Он понял, что ты не забыла его…

– О, горе мне! – воскликнула княгиня.

– В настоящее время он находится в отчаянном положении. Вновь вспыхнувшая страсть к тебе не остановится ни перед чем… Меня это заставляет опасаться… тем более, что он теперь на хорошей дороге по службе… на дороге блестящей…

– Несчастный! – пробормотала княгиня.

– Его любовь безгранична, и, во всяком случае, он хочет тебя видеть, с тобой говорить.

– Это невозможно! – испуганно воскликнула княгиня.

– Эта мысль засела ему в голову… Чтобы добиться этого, он на все готов, он силой ворвется в твою комнату и, думаю, не побоится даже твоего мужа, если бы он загородил ему дорогу.

– И ты не объяснила ему все безумие этой мысли?

– Объяснить безумному?!

– Что же делать, что же делать?.. – говорила княгиня, ломая руки.

– Это-то и есть та опасность, о которой я упомянула и которую надо предупредить…

– Но как? Я не вижу средств!..

– Подумай, что может произойти, если между отчаянно влюбленным Потемкиным и твоим мужем произойдет стычка.

Молодая женщина задрожала.

– Клодина, Клодина! – умоляющим голосом сказала она. – Не покидай меня, посоветуй мне…

Несчастная сама лезла в западню.

Графиня, по-видимому, обдумывала и наконец сказала после продолжительной паузы:

– Знаешь, Зина, что бы я сделала на твоем месте?

– О, говори, говори…

– Чтобы предупредить с его стороны безумную выходку, я согласилась бы на его просьбу, я бы увиделась с ним.

– Что ты выдумываешь?! Пойми, как я могу его здесь принять, тайком от мужа?..

– Здесь, конечно, нет, но Петербург велик. Есть много мест… где встретиться. Это может произойти будто бы нечаянно…

– Свидание! – испуганно вскрикнула княгиня. – Я никогда не решусь на это!

Графиня Клодина закусила губу и окинула свою собеседницу злобным взглядом.

Это было, впрочем, лишь на одно мгновение. Она переломила себя и сказала ласково:

– Я ведь только сказала, что бы я сделала на твоем месте… Я опасаюсь за твое семейное спокойствие и хотела предупредить катастрофу… Впрочем, я не понимаю, что ты видишь дурного в этом свидании, тем более, что им, быть может, можно спасти несчастного человека от самоубийства…

Княгиня тихо плакала.

– Подумай об этом, милая Зина, – продолжала графиня. – Дело идет о жизни и смерти почти юноши, одно твое слово может спасти или погубить его… Признаюсь тебе, что я дала ему слово, что уговорю тебя на это свидание… Это мой долг, а то бы он еще вчера наделал глупостей, которые могли кончиться смертью его или князя.

Графиня Клодина, видимо, принимала все меры, чтобы запугать княгиню Святозарову и заставить ее решиться на тот шаг, который нужен был ей для ее мщения.

Молодая женщина все еще не соглашалась.

Графиня решилась на последнюю ставку.

– Знаешь ли, чего я всего более опасаюсь? – сказала она. Княгиня подняла на нее свои заплаканные глаза.

– Говори мне все, что ты думаешь…

– Что он вызовет твоего мужа на дуэль…

– Но по какой причине?..

– Боже мой, как ты наивна; конечно, он не скажет ему: «я люблю вашу жену». Мужчины всегда найдут какой-нибудь повод для столкновения… Он умышленно оскорбит твоего мужа публично и причина дуэли готова…

Княгиня Зинаида Сергеевна сидела, как приговоренная к смерти.

– Что делать? Что делать? – повторяла она. Графиня Клодина молчала.

– Скажи мне хоть слово… Дай совет… – с болью в голосе обратилась молодая женщина к своей гостье.

– Я уже сказала… – хладнокровно отвечала та.

– Согласиться на свидание… – задумчиво произнесла княгиня.

Графиня продолжала сидеть молча, перебирая кружева своего платья.

Молодая женщина тоже молчала. По ее лицу было видно, что внутри ее происходит страшная борьба.

– Я хочу его видеть, я буду с ним говорить! – воскликнула княгиня.

В глазах графини блеснула злобная радость.

– Я буду с ним говорить! – повторила княгиня. – Но где и как?

– Положись на меня! – с убеждением сказала графиня.

– Ты поможешь мне…

– Ты сомневаешься в дружбе?!

– И останешься около меня, чтобы в случае чего, спасти меня от самой себя?

– Я обещаю тебе это.

– Но кто его об этом предупредит?

11
{"b":"117212","o":1}