ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Няня ушла, а Лэрри, то ли обеспокоенный долгим сидением президента в неизвестной машине, то ли снедаемый простым человеческим любопытством, сделал следующее: он направил видеокамеру внешнего наблюдения на машину. И на экране появилось изображение женщины. Не было никаких сомнений, что Клинтон и эта женщина занимались любовью.

Затем Клинтон покинул машину и вошел в дом. По словам Паттерсона, пассажиркой этой машины была «очень привлекательная женщина», работавшая в литл-роккском универмаге.

Все эти «мелкие сексуальные скандальчики» происходили на фоне воцарения Билла и Хиллари в Белом доме. Первая леди, несмотря ни на что, уверенно осваивалась на новом месте. То, что эта жена президента не похожа на других, выяснилось очень скоро: как только отшумели празднества по поводу выборов, первая леди взялась за дело.

Всего лишь через пять дней после своего вступления в должность президент Клинтон сообщил об образовании комиссии, которая в течение ста дней должна разработать концепцию реформы здравоохранения в США – «для того чтобы снабжать больных правильной едой и, в первую очередь, думать о нуждах всех больных американцев». Возглавлять эту программу было поручено Хиллари.

Клинтон возложил проблему столетия (здравоохранение) на человека, в котором был стопроцентно уверен – на свою жену.

Хиллари руководила заседаниями комиссии, членами которой были такие «шишки», как министры здравоохранения, обороны, финансов, труда и торговли. В комиссию входили и такие люди, как директор ведомства управления и ведомства экономики. Ни одна первая леди до сих пор не получала такой власти.

Итак, он ввел жену в качестве активного игрока своей команды, поставив ее в центре власти. «Я признателен Хиллари за то, что она приняла на себя бремя этой комиссии, – говорил он на пресс-конференции. – Но не только за это. Ее согласие означало для меня, что она готова отвечать за пламя, которое я надеюсь разжечь. Многие из вас знают, что в то время, когда я был губернатором моего штата, Хиллари руководила комитетом, который разработал критерии для городских школ. Эти критерии стали моделью для реформы по всей стране. Она действовала как мой представитель в региональной группе южных штатов по проблемам детской смертности, а в 1979 и 1980 годах была также председателем комиссии нашего штата по сельской оздоровительной программе… Я надеюсь, что в ближайшие месяцы американский народ, и прежде всего люди нашего штата, узнают, увидят, что она умеет добиваться победы, собирая большинство голосов. Из всех людей, с которыми мне приходилось работать, она обладает важным преимуществом: она умеет организовывать людей и руководить ими, она умеет в начале программы организовывать надежное ее завершение».

Этими словами Клинтон продемонстрировал перед всей общественностью редкое для федеральной столицы чувство «мы» и показал свою привязанность к жене не только в личной, но и в политической жизни. «Выберите одного, – сказал он бесцеремонно во время предвыборной борьбы, – и вы получите другую бесплатно». Коротко и броско, как в рекламе какого-нибудь продукта. Но предельно доходчиво.

Чета Клинтон взошла, как два равноправных и равноценных партнера, на вершину американской властной структуры. Они продемонстрировали принцип настоящей команды, в которой один стоит за другого. Как все очень близкие люди, они могут общаться взглядами и делают это на официальных приемах. Если Билл что-то говорит, то, сказав, он тотчас смотрит на Хиллари. Она едва заметно кивает ему, и после этого кивка президент, очень довольный одобрением, продолжает дальше. Этот кивок уже стал известен всем и получил название “The Hillari Nod”.

Нельзя сказать, что другие первые леди Америки были далеки от власти. Нет, они были рядом, на стороне своих мужей, поощряя советом и делом во имя собственных интересов. Главное отличие Хиллари в том, что она способна быть не только поверенным, но и оппозиционером. Юрист со степенью доктора Йельского университета, она идеально подходила на роль жены президента. И не просто жены, а, что крайне важно, – мудрой жены.

С ее появлением пословица «ищите женщину» приобрела в Белом доме новое (самое прямое) значение. Ее политическое влияние не было результатом постельного шепота, это был результат совещаний кабинета и заседаний при открытых дверях.

Одной центральной газете Билл Клинтон отвечал на вопросы. Вопрос: «Кто вам был бы всегда необходим для принятия решений?» Ответ: «Хиллари». И это было правдой.

Но решения решениями, политика политикой, а для любовных утех Билл вновь отправлялся «на сторону».

Самой громкой «бомбой», взорвавшейся в семье Клинтонов, стала, конечно же, история с Моникой Левински.

Моника попала на скрижали истории как «неудачная» любовница президента, а сам президент Клинтон – как самый невезучий герой-любовник. До сего уникального инцидента трудно было представить, что за любовную интрижку президента страны могут подвергнуть унизительной процедуре публичного допроса, да еще заставят признаться во всех пикантных подробностях (где, как долго, как именно).

История Моники и Билла покрыта массой интригующих подробностей, но самое главное, что Левински вошла в историю США ХХ века именно как одна из любовниц президента Клинтона. Возможно, в будущем она совершит нечто более значительное, и в ее биографии будут более существенные факты, чем секс в Овальном кабинете Белого дома.

Когда вышла книга Хиллари Клинтон, где она открыто рассказала о романе Моники и Билла и своих переживаниях по этому поводу, американцы буквально смели с прилавков воспоминания обманутой жены американского экс-президента: «Ловя ртом воздух, я начала плакать и кричать: “Почему ты лгал мне?!” А он просто стоял и повторял: “Прости меня”».

У Моники Левински президент Клинтон прощения не просил.

В детстве Моника была очень стеснительной. Ее отец Бернард Левински отличался немыслимой строгостью. Моника и ее брат Майкл должны были ложиться спать в строго определенное время, а если за ужином кто-то по забывчивости вставал из-за стола раньше отца (это называлось «до окончания ужина»), в доме Левински разражался жуткий скандал. Себя Бернард считал образцовым отцом – ведь он покупал детям все, что им хотелось. Известный и уважаемый онколог, когда-то он был всего лишь сыном нищих евреев, сбежавших из фашистской Германии. Зато теперь у его семьи было все, что полагалось иметь жене и детям богатого и солидного человека. Ради них он купил огромный испанский особняк в Беверли-Хиллз, супермодный голубой «Мерседес», оплачивал личного семейного психолога и открыл огромный банковский счет, предназначенный специально для покупок его жены Марсии.

Моника в десять лет начала краситься – мама объяснила, как накладывать румяна и подводить глаза, чтобы они казались больше. Тогда они с мамой пошли в супермаркет и купили девочке настоящую взрослую косметику. Моника считала себя слишком толстой – мама растолковала, какие бывают диеты, и девочка целыми днями считала калории в школьной линованной тетради и мужественно воздерживалась от ужина, навлекая на себя гнев отца. Чуть позже мама порекомендовала Монике смотреть сериалы – в то время в Америке как раз были на пике популярности «Династия» и подобные ей первые «мыльные оперы», из которых десятилетняя школьница узнала о том, что у каждой женщины непременно должен быть любимый мужчина, которого она станет гладить по небритой щеке, которому будет дарить подарки, который будет ее любить…

Такое славное детство и такое славное воспитание… Но тут родители подали на развод. Практически в то же самое время Моника купила в книжном магазине недавно вышедший бестселлер – книгу своей матери «Частная жизнь трех теноров. За кулисами с Лучано Паваротти, Пласидо Доминго и Хосе Каррерасом» и в подробностях узнала о том, что связывало ее любимую мамочку с известными музыкантами.

По решению суда дети остались с отцом. Он продал виллу в Беверли-Хиллз, и они втроем переехали в дом попроще. Правда, Моника старалась чаще оставаться на ночь у школьных подруг – обычных американских девочек, чьи родители были обычными служащими или мелкими предпринимателями. В этих домах ей было гораздо уютнее, чем дома. Насмотревшись на их простой, но очень человечный быт, Моника решила, что у нее во что бы то ни стало будет все так же. Вот только вырастет, вот только найдет свою любовь.

49
{"b":"117240","o":1}