ЛитМир - Электронная Библиотека

— Кто такой этот злодей Сантелли? — нахмурившись, спросил Эллери.

— Игрок и букмекер, имеющий связи по всей стране. — Паула слегка поежилась. — Бедняга Джон. Мне это не нравится, Эллери.

Они свернули за угол большой конюшни и едва не налетели на юношу и девушку, которые, стоя у стены, так горячо обнимались и целовались, словно им предстояло расстаться навек.

— Простите нас, — извинилась Паула, оттягивая Эллери назад.

Молодая леди посмотрела на нее, моргая заплаканными глазами.

— Вы… Паула Перис? — всхлипывая, спросила она.

— Она самая, Кэтрин, — улыбнулась Паула. — Мистер Квин — мисс Скотт. Что здесь происходит?

— О, Паула! — трагически воскликнула мисс Скотт. — У нас такая беда!

Ее возлюбленный робко держался позади. Это был худощавый парень в грязном, скверно пахнущем комбинезоне. На его очках болталась солома, а на носу темнело грязное пятно.

— Мисс Перис, мистер Квин, — представила девушка гостей. — Это Хэнк Холлидей — мой… мой друг.

— Мне все ясно, — сочувственно промолвила Паула. — Сноб папаша не одобряет слишком тесную дружбу Кейти и парня с конюшни — в этом причина трагедии.

— Хэнк не парень с конюшни! — воскликнула Кейти, смахивая слезы со щек, покрасневших от возмущения. — Он окончил колледж и…

— Кейт, — с достоинством произнес пахнущий лошадьми юноша, — пожалуйста, позволь мне объяснить. Мисс Перис, у меня есть серьезный недостаток. Я трус.

— Подумаешь! Я тоже трусиха, — сказала Паула.

— Да, но вы не мужчина… Я ужасно боюсь животных — особенно лошадей. — Мистер Холлидей вздрогнул. — Я взялся за эту… эту грязную работу, чтобы побороть мой глупый страх. — Парень упрямо выпятил подбородок. — Я еще не победил его, но, когда сделаю это, найду себе настоящую работу. А потом, — решительно добавил он, обняв дрожащие плечи мисс Скотт, — я женюсь на Кэтрин, согласен ее папа или нет.

— О, я ненавижу его за это! — снова заплакала Кейти.

— А я… — мрачно начал мистер Холлидей.

— Хэнкус-Пэнкус! — послышался голос из конюшни. — Интересно, за что тебе платят? Быстро убери здесь все, пока я с тебя шкуру не спустил!

— Да, мистер Уильямс, — поспешно отозвался Хэнкус-Пэнкус и, виновато кивнув, помчался выполнять распоряжение. Его возлюбленная, рыдая, побежала к дому.

Мистер Квин и мисс Перис посмотрели друг на друга.

— Я получил сюжет для сценария, — промолвил Эллери, — но это не то, что нужно.

— Бедные дети, — вздохнула Паула. — Ну, поговорите с Уайти Уильямсом, и посмотрим, не осенит ли вас вдохновение.

* * *

В течение следующих нескольких дней мистер Квин бродил по ранчо Скотта, беседуя с жокеем Уильямсом, с очкастым мистером Холлидеем — кто, как выяснилось, знал о скачках столько же, сколько Эллери, а интересовался ими еще меньше, с постоянно плачущей Кэтрин, со сторожем по имени Билл, который спал в конюшне возле Риска, положив руку на дробовик, и с самим старым Джоном. Он многое узнал о жокеях, людях, добывающих и продающих информацию о скаковых лошадях, самой процедуре скачек, а также упряжах, препятствиях, призах, штрафах, распорядителях, букмекерах, знаменитых бегах, ипподромах, лошадях и их владельцах, но вдохновение упорно отказывалось снизойти на него.

Поэтому в пятницу под вечер, видя, что на ранчо Скотта его странным образом игнорируют, Эллери с тоски поехал на Голливудские холмы для омовения в водах Галаада.[43]

Он обнаружил Паулу в ее саду утешающей двух расстроенных молодых людей. Кейти Скотт, как всегда, плакала, а трусливый, по собственному признанию, мистер Холлидей, облаченный на сей раз не в зловонную одежду, смущенно поглаживал ее золотистые волосы.

— Снова трагедия? — осведомился мистер Квин. — Мне следовало догадаться. Я только что с ранчо вашего отца, на которое опустилась пелена мрака.

— Еще бы! — воскликнула Кэтрин. — Я высказала отцу все, что о нем думаю. Так обращаться с Хэнком! Больше я до самой смерти с ним не заговорю! Он ведет себя просто… противоестественно!

— Кейти, — укоризненно промолвил мистер Холлидей, — так нельзя говорить о своем отце.

— Хэнк Холлидей, если бы у тебя была хоть капля мужества…

Мистер Холлидей дернулся, словно возлюбленная коснулась его оголенным проводом под напряжением.

— Я не это имела в виду, Хэнкус, — заплакала Кэтрин, бросаясь в его объятия. — Я знаю, что ты не виноват в своей трусости. Но когда он сбил тебя с ног, а ты даже не…

Мистер Холлидей задумчиво погладил левую сторону челюсти.

— Знаете, мистер Квин, когда мистер Скотт меня ударил, со мной что-то произошло. На миг я ощутил странное… э-э… желание. Я уверен, что если бы у меня был револьвер и я умел с ним обращаться, то запросто совершил бы убийство. У меня, так сказать, покраснело в глазах.

— Хэнк! — в ужасе вскрикнула Кейти.

Хэнк вздохнул — жажда человекоубийства погасла в его блеклых голубых глазах.

— Старый Джон, — объяснила Паула, подмигнув Эллери, — снова застал этих двоих обнимающимися в конюшне и, очевидно, счел это дурным примером для Риска, чей ум должен сосредоточиться на завтрашних скачках. Поэтому он уволил Хэнка, а Кейти взорвалась, наговорила Джону дерзостей и ушла из дома навсегда.

— Уволить меня — его право, — холодно заметил мистер Холлидей, — но теперь я ему ничем не обязан. Я не буду ставить на Риска.

— Надеюсь, эта скотина проиграет! — всхлипывала Кейти.

— Знаешь, Кейт, — твердо сказала мисс Перис, — я достаточно наслушалась этой чепухи. Теперь я намерена поговорить с тобой как строгая тетушка.

Рыдания Кейти усилились.

— Мистер Холлидей, — чопорно заявил мистер Квин, — по-моему, это предлог для нас пойти и совершить небольшое возлияние.

— Кэтрин!

— Хэнк!

Мистер Квин и мисс Перис с трудом оторвали влюбленных друг от друга.

Было начало одиннадцатого, когда мисс Скотт, уже не плачущая, но все еще со следами слез на лице, вышла из белого каркасного дома мисс Перис и села в свой маленький, покрытый пылью автомобиль.

Когда она включила зажигание и нажала на стартер, с заднего сиденья послышался хриплый бас:

— Ни звука! Разверните машину и езжайте прямо, пока я не велю вам остановиться.

Мисс Скотт взвизгнула, но большая рука в кожаной перчатке зажала ей рот. Через несколько секунд машина тронулась с места.

* * *

На следующий день мистер Квин зашел за мисс Перис, и они с черепашьей скоростью поехали на восток, в сторону Аркадии, возле которой находился знаменитый ипподром Санта-Анита.

— Что произошло вчера вечером с плачущей Кейти? — осведомился мистер Квин.

— О, я отправила ее назад на ранчо. Девочка ушла от меня в начале одиннадцатого. А что вы сделали с Хэнкусом-Пэнкусом?

— Напоил его как следует и отвез домой. Он поселился в меблированных комнатах. Парень всю дорогу рыдал у меня на плече. Старый Джон, помимо прочего, пнул его пониже спины, причинив ему тяжкие душевные муки.

— Бедный Хэнкус. Единственный порядочный представитель мужского пола, которого я когда-либо встречала.

— Я тоже боюсь лошадей, — поспешно сказал мистер Квин.

— Вы просто отвратительны! Сегодня утром вы меня даже ни разу не поцеловали.

Только освежающий бальзам губ мисс Перис, применяемый в различных пунктах шоссе номер 86, удерживал мистера Квина от вспышек гнева. Дороги были забиты транспортом. У ипподрома стало совсем скверно. Казалось, все обитатели Южной Калифорнии встретились сегодня в Санта-Аните, использовав всевозможные средства передвижения: от пыльных фермерских драндулетов до сверкающих металлических монстров кинозвезд. Трибуны усеивали тысячи людей, создавая пеструю мозаику цветов и движений. На голубом небе сияло нежаркое солнце, дул приятный ветерок. Скачки уже начались, и маленькие фигурки мчащихся лошадей четко вырисовывались в ярком солнечном свете.

— Какой чудесный день для скачек! — воскликнула Паула, таща за собой Эллери. — О, здесь и Бинг, и Дин Мартин, и Боб Хоуп!.. Привет!.. И Джоан, и Кларк,[44] и…

вернуться

43

Галаад — в Библии гористая область за рекой Иордан, славящаяся водными источниками и целительным бальзамом.

вернуться

44

Кросби, Бинг (Харри Лиллис) (1903–1977), Мартин, Дин (Дипо Пол Крочетти) (1917–1996), Хоуп, Боб (Лесли Таунс) (1903–2003), Крофорд, Джоан (Люсиль Фей Ле Сюер) (1904–1977), Гейбл, Кларк (1901–1960) — американские актеры.

30
{"b":"117254","o":1}