ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

— Ваш брат напал на вас? — резко осведомился Боллинг.

— Да. — Губы англичанина дрогнули. — Похитил меня и запихнул в грязную дыру, связанного и с кляпом во рту!.. Остальное вы знаете.

— Но почему? — спросил Тамм. — Я не вижу в этом смысла.

Седлар пожал худыми плечами:

— Полагаю, Уильям опасался, что я его разоблачу. В отчаянии я пригрозил выдать его полиции. Очевидно, он хотел убрать меня с пути до тех пор, пока не ускользнет из страны с документом.

— Ваш монокль нашли в доме Алеса после убийства. Как вы это объясните?

— Мой монокль? Ах да! — Англичанин устало махнул рукой. — Газеты упоминали об этом. Я не могу это объяснить. Должно быть, Уильям забрал его у меня, когда... Он сказал, что вернется в дом за документом, который спрятал там, а потом покинет Штаты. Но вероятно, он столкнулся с его убийцей, и в драке монокль выскользнул у него из кармана и разбился. Несомненно, его убили из-за документа.

— И теперь он в руках убийцы вашего брата?

— А где же еще?

Последовала небольшая пауза. Донохью успел заснуть, и его храп нарушал тишину, подобно тарахтению мушкетов. Потом Пейшнс и Роу посмотрели друг на друга, встали и склонились над койкой с разных сторон.

— А как же тайна, о которой говорится в документе, доктор Седлар? — с горящими глазами взмолился Роу.

— Вы не можете скрывать ее! — присоединилась Пейшнс.

Мужчина на койке слабо улыбнулся:

— Так вы тоже хотите ее знать? Что, если я скажу вам, что речь идет о... смерти Шекспира?

— О смерти Шекспира? — хрипло переспросил Роу.

— Но как может человек писать о собственной смерти?! — воскликнула Пейшнс.

— Вопрос по существу, — усмехнулся англичанин и внезапно приподнялся. — От чего умер Шекспир?

— Этого никто не знает, — ответил Роу. — Но были разные предположения и попытки медицинского диагноза. Помню, я читал статью в старом номере «Таймс», которая приписывав смерть Шекспира фантастическому комплексу причин — тифу, эпилепсии, атеросклерозу, хроническому алкоголизму, сифилису, локомоторной атаксии и еще бог знает чему. Думаю, всего их было тринадцать.

— В самом деле? — пробормотал доктор Седлар. — Как интересно. Однако согласно старой рукописи... — он немного помедлил, — Шекспир был убит.

Последовало ошеломленное молчание.

— Вроде бы, — со странной улыбкой продолжал англичанин, — письмо было написано Шекспиром некоему Уильяму Хамфри...

— Уильяму Хамфри? — переспросил Роу. — Единственный Хамфри, о котором я слышал в связи с Шекспиром, был Озайас Хамфри[71], которому Мелоун[72] поручил в 1783 году изготовить цветную карандашную копию портрета Чандоса[73]. Вы когда-нибудь слышали об Уильяме Хамфри, мистер Лейн?

— Нет.

— Это новое имя в шекспириане, — сказал доктор Седлар.

— Господи! — вскрикнул Роу. — У.Х.!

— Прошу прошения?

— У.Х. из сонетов![74]

— Вдохновляющая мысль. Вполне возможно, так как по этому поводу никогда не было сделано четких выводов. Во всяком случае, мы знаем, что Уильям Хамфри был прямым предком сэра Джона Хамфри-Бонда.

— Это объясняет, — благоговейно прошептала Пейшнс, — как книга с письмом оказалась во владении семьи Хамфри-Бонд.

— Совершенно верно. По-видимому, Хамфри был близким другом Шекспира.

Молодой Роу подошел к изножью койки.

— Какова дата письма? Когда оно было отправлено?

— 22 апреля 1616 года.

— Боже мой! За день до смерти Шекспира! Вы... вы видели это письмо?

— К сожалению, нет. Но мой брат рассказывал мне о нем — ему не терпелось хоть с кем-то поделиться. — Седлар вздохнул. — Странно, не так ли? В этом письме Шекспир писал своему другу Уильяму Хамфри, что он «быстро идет ко дну», что его «одолевают телесные недуги» и о своей уверенности, что кто-то медленно отравляет его. На следующий день он умер.

— Боже мой! — повторял Роу, теребя галстук, как будто он душил его.

— Похоже, — медленно произнесла Пейшнс, — мы должны раскрыть тайну убийства трехсотлетней давности, прежде чем...

— Прежде чем что, Пейшнс? — странным тоном спросил Лейн.

Она поежилась и отвела взгляд.

Глава 28

КЛЮЧ В ВИДЕ КОЛОКОЛЬЧИКА

С мисс Пейшнс Тамм произошла странная перемена, беспокоившая инспектора. Она ела как птичка, мало спала и день ото дня становилась все бледнее и задумчивее. Скоро она стала напоминать стройный маленький призрак. Иногда Пейшнс жаловалась на головную боль и удалялась в свою комнату на несколько часов, а когда появлялась вновь, то всегда выглядела усталой и подавленной.

— В чем дело? — спросил однажды инспектор. — Поругалась со своим кавалером?

— С Гордоном? Чепуха, папа. Мы... просто хорошие друзья. Кроме того, эти дни он занят в Британском музее, и я редко с ним вижусь.

Разговор отнюдь не успокоил инспектора. Во второй половине дня он позвонил в музей и побеседовал с Гордоном Роу. Но молодой человек казался озабоченным своими делами и заявил, что ничего не знает... Тамм положил трубку и до конца дня превращал жизнь мисс Броуди в сплошной кошмар.

Спустя примерно неделю после событий в тэрритаунской больнице Пейшнс появилась в кабинете отца в парусиновом костюме и больше похожая на себя, чем в предыдущие дни.

— Я уезжаю за город, — сообщила она, натягивая белые сетчатые перчатки. — Не возражаешь, папа?

— Конечно нет! — поспешно отозвался инспектор. — Желаю приятно провести время. Ты едешь одна?

Пейшнс обследовала свое лицо в зеркале.

— Да. А почему я должна ехать с кем-то?

— Ну, я подумал... этот парень, Роу... Похоже, он тобой пренебрегает?

— Папа, я же говорила, что он очень занят. Кроме того, какое мне дело? — Она поцеловала его в кончик приплюснутого носа и вышла из кабинета.

Инспектор пробормотал проклятие по адресу мистера Роу и вызван звонком мисс Броуди.

Легкомысленные манеры Пейшнс улетучились, когда она села в свой родстер и машина тронулась с места. Складка между бровями появилась вновь. Пейшнс проехала по Пятой авеню мимо Британского музея и даже не обернулась, но, остановившись на красный свет на углу Шестьдесят шестой улицы, не удержалась и бросила взгляд в зеркало заднего вида. Разумеется, смотреть там было не на что, поэтому она вздохнула и поехала дальше.

Поездка в Тэрритаун была долгой. Пейшнс сжимала руль руками в перчатках и смотрела на дорогу, но ее мысли витали далеко.

Остановившись у аптеки в центре городка, она вошла внутрь, заглянула в телефонный справочник, задала вопрос продавцу и вышла. Вскоре Пейшнс свернула на узкую улочку и уменьшила скорость, вглядываясь на ходу в номера домов. Через пять минут она нашла то, что искала, — ветхий одноэтажный каркасный лом с маленьким садиком спереди и шаткой, увитой плющом оградой.

Поднявшись на крыльцо, Пейшнс нажала кнопку звонка. Пожилая женщина с усталыми глазами открыла дверь — на ней было мятое домашнее платье, а красные руки покрывала мыльная пена.

— Да? — резко осведомилась она, враждебно глядя на Пейшнс.

— Мистер Максуэлл дома?

— Который?

— Разве он не один? Я имею в виду джентльмена, недавно прислуживавшего в доме доктора Алеса.

— А, мой деверь, — фыркнула женщина. — Подождите на крыльце. Я посмотрю, здесь ли он.

Она исчезла, а Пейшнс со вздохом опустилась на пыльную качалку. Вскоре в дверях появилась высокая фигура старого Максуэлла в пиджаке, надетом поверх майки.

— Мисс Тамм! — воскликнул он, обшаривая улицу маленькими глазками, словно в поисках других. — Приехали меня навестить?

— Здравствуйте, мистер Максуэлл, — весело сказала Пейшнс. — Нет, я приехала одна. Садитесь. — Он присел на шаткий стул с облупившейся краской, с беспокойством глядя на нее. — Полагаю, вы слышали о взрыве.

вернуться

71

Хамфри, Озайас (1742–1810) — английский художник-миниатюрист.

вернуться

72

Мелоун, Эдмонд (1741–1812) — ирландский шекспировед и издатель.

вернуться

73

Портрет с предполагаемым изображением У. Шекспира, принадлежавший Джону Бриджесу, 1-му герцогу Чандосу (1673–1744).

вернуться

74

В 1609 г. издатель Томас Торп опубликовал сонеты Шекспира с посвящением «тому единственному, кому обязаны своим появлением нижеследующие сонеты, — господину У.Х.». Неизвестно, имелся в виду друг, которого Шекспир воспел в своих стихах, или просто человек, передавший издателю рукопись «Сонетов».

45
{"b":"117257","o":1}