ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Глава 2

– Бриони! – громко крикнула Молли.

Бриони, сидевшая на ступеньках возле дома, влетела в комнату.

– Что случилось, ма?

– Ступай к мистеру Дамасу и возьми у него деньги, – произнесла Молли сквозь зубы.

Девочка кивнула и начала натягивать сапоги. Молли смотрела вслед дочери, и ее сердце сковывал страх. Надо следить за Бриони.

Молли взяла чайник и вздохнула. Вот уже год, как Эйлин живет в доме мистера Дамаса. С тех пор их комната очень изменилась. Теперь в ней стояли две добротные кровати с хорошими перьевыми матрацами, на полу лежали яркие цветные коврики, даже удалось каким-то образом втиснуть в комнату стол и стулья. У них всегда горел огонь в камине и было много еды. Молли скопила достаточно денег, чтобы переехать в маленький домик в Окслоу-Лейн. Переезд, конечно, будет великим событием, но мысли о нем не доставляли Молли радости.

Ее сердце разрывалось от горя, когда она думала о том, каким чудовищным способом они получили эти деньги. Последний ребенок Молли родился мертвым, а ее доченька, ее любимая Эйлин, некогда такая веселая и полная жизни, стала лишь тенью прежней Эйлин. Раз в две недели она приезжала к ним в гости, разодетая в пух и прах, но ее милое личико всегда оставалось бледным и несчастным. На нем было отчетливо написано, что ей пришлось пережить в доме мистера Дамаса. И с каждым приездом Эйлин становилась все печальнее.

Бриони шла к дому мистера Дамаса в приподнятом настроении. Ей нравилось там бывать. Ей нравился маленький садик, нравились красивые ковры и сладкий аромат, витавший в комнатах. Как правило, она задерживалась там, так как Эйлин всегда ее чем-нибудь угощала. По дороге она улыбалась и махала рукой знакомым. Ее маленькую фигурку в больших черных сапогах, купленных на деньги мистера Дамаса, и длинном пальто кирпичного цвета, подаренном Эйлин, многие уже хорошо знали. Ее выбившиеся, как обычно, из-под ленты рыжие волосы кольцами вились вокруг мордашки и ниспадали на плечи. Ей недавно исполнилось десять лет, и хотя ростом она не вышла, но привлекала внимание живыми зелеными глазами, с интересом смотревшими по сторонам, открытым лицом, молочной кожей, усыпанной веснушками.

Наконец она очутилась на той улице, где жил мистер Дамас, и ее взгляд упал на кружевные занавески внушительного особняка и вычищенные ступеньки, ведущие к двери. Вокруг нет ни грязных детей с их вечными ссорами, ни пьяных мужиков, горланящих что есть мочи. Это было очень красивое место – так считала Бриони. Рядом находился городской парк, и все просто кричало о респектабельности. Бриони прошла по дорожке и постучала в огромную парадную дверь.

Дверь открыла Кисси, и девочка вошла в прихожую.

– Привет, Кисси. Как там моя сестра? – Бриони выскользнула из пальто и протянула его девушке. Кисси взяла пальто и перекинула через руку.

– Не очень хорошо, Бриони. Я думаю, скоро у нее начнутся критические дни.

Бриони нахмурилась и кивнула. У Эйлин до сих пор не было месячных, хотя им уже давно следовало начаться. У нее увеличилась грудь, на лобке появились волосы. Мистер Дамас не часто тревожил ее в последнее время, к радости Эйлин и огорчению Бриони. Болтушка Кисси рассказала ей, что, когда девочка созревает, мистер Дамас теряет к ней всякий интерес. А это означает только одно – не будет больше никаких двух фунтов в неделю. Бриони в ужасе закусила губу. Если не будет денег, то не будет ни еды, ни нового дома в Окслоу-Лейн, ни школы.

Кисси провела Бриони в гостиную, где возле камина сидела Эйлин и рядом с ней на столике стоял поднос с чаем и лепешками. Эйлин вскочила навстречу сестре, они обнялись и расцеловались. Кисси подмигнула Бриони и вышла.

Длинные черные волосы Эйлин были собраны на затылке в пучок. Она сказала с грустной улыбкой:

– Присаживайся, я налью тебе чаю. Угощайся лепешками. Бриони схватила лепешку и целиком запихала ее в рот. Жуя, она рассматривала Эйлин. Когда та разливала чай, ее руки дрожали, и Бриони испытала минутную жалость к сестре. Запив лепешку большим глотком молока из кувшинчика, Бриони улыбнулась.

– Ты в порядке, Эйлин?

Та подала сестре чай и уставилась на огонь.

– В порядке, да не совсем. У меня не проходит боль в животе. Надеюсь, Бриони, это месячные, очень надеюсь.

Бриони отпила чаю и выругалась – чай был очень горячим. Эйлин укоризненно взглянула на сестру:

– Ты не должна ругаться, Бриони. Женщинам это не подобает. Мама сошла бы с ума, если бы услышала тебя.

– Но она же не слышит, – со смехом ответила Бриони. Эйлин тоже тихонько рассмеялась: хорошо быть такой, как ее сестра.

– Как мистер Дамас, Эйлин?

Эйлин тяжело вздохнула, ее руки, лежавшие на коленях, задрожали.

– Ох, он в порядке, я думаю.

– А как это… ну, ты знаешь… все остальное?

– Ох, Бриони, это ужасно. Честно говоря, я не знаю, как люди могут этим заниматься. Это просто отвратительно!

Бриони с раздражением закатила глаза:

– Я не спрашиваю, нравится ли тебе это! Я спрашиваю, часто ли он к тебе приходит?

Эйлин затрясла головой:

– Нет, слава богу.

Бриони прищурилась и посмотрела на сестру.

– Что ж, хорошо.

Но это было нехорошо. Совсем нехорошо. Она услышала, как открылась входная дверь – мистер Дамас вернулся домой. Эйлин вжалась в кресло, и сестра подмигнула ей:

– Не дрейфь, Эйлин, бывает и хуже, прорвемся!

Эйлин снова уставилась на огонь, и у Бриони возникло огромное желание подскочить к сестре и встряхнуть ее, да так, чтобы зубы щелкнули. Эти деньги нужны семье, и Эйлин не должна корчить из себя недотрогу. Ведь Эйлин могла заниматься и худшими вещами за куда меньшие деньги. Она могла бы работать до изнеможения по четырнадцать часов в день в каком-нибудь вонючем магазине и тогда поняла бы, почем фунт лиха и что это такое – вкалывать до седьмого пота. Бриони усмехнулась – на сегодняшнее посещение она возлагала большие надежды.

Мистер Дамас вошел в комнату. Он широко улыбнулся девочкам и, подойдя к ним, поцеловал каждой руку. Бриони вздохнула от удовольствия, ощутив себя настоящей леди. Она посмотрела на мистера Дамаса, на его полосатые брюки, сшитые у хорошего портного, на его модный пиджак. В ее глазах этот мужчина выглядел королем. Она послала ему ослепительную улыбку, и он улыбнулся в ответ. Бриони соскользнула на пол и уселась возле кресла сестры. Мистер Дамас сел в освободившееся кресло.

– Я приказал принести еще чаю и пирожных, – сказал он и посмотрел на Бриони.

Девочка просияла. Он всегда кормил ее пирожными до отвала, зная, что она большая сладкоежка. Эйлин затравленно взглянула на мистера Дамаса, и его лицо омрачилось: печальный ребенок действовал на него угнетающе.

– Принеси мне мой кошелек, Эйлин. У нас в гостях хорошая девочка Бриони, которая пришла за твоим жалованьем.

Эйлин как ужаленная выскочила из кресла и пулей устремилась к двери, радуясь, что может хоть ненадолго избавиться от хозяйского присутствия.

– И заодно спроси у миссис Хорлок, что у нас сегодня на ужин, – крикнул мистер Дамас ей вслед.

Эйлин чуть приостановилась, кивнула и исчезла. Мистер Дамас остался наедине с гостьей, с этой рыжеволосой кокеткой. Когда дверь за Эйлин закрылась, Бриони пересела на место сестры и ухмыльнулась, глядя на мужчину напротив.

– Мне нравится приходить сюда, мистер Дамас, – сказала девочка, постаравшись вложить в свои слова все свое обаяние. Это не ускользнуло от внимания мужчины.

– Серьезно, Бриони?

– Да, мистер Дамас. Как бы я хотела здесь жить. Я полагаю, что я еще не слишком взрослая для этого. Мне только десять, – сообщила она, теребя свой рыжий локон и порой хватая его губами. Сама того не подозревая, Бриони попала в цель: для мистера Дамаса не было эротичнее жеста, чем этот.

– Я сделаю все, чтобы жить здесь. Абсолютно все. Мужчина и маленькая девочка посмотрели друг на друга. Этим взглядом они заключили между собой молчаливое соглашение. Мистер Дамас очень удивился, обнаружив в столь юном создании такую проницательность.

4
{"b":"117263","o":1}