ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Кот ушел, а улыбка осталась
Пока смерть не обручит нас
KISS. Лицом к музыке: срывая маску
Ночное приключение
Четыре соглашения. Тольтекская книга мудрости
Гомеопатия в вопросах и ответах
Администратор Instagram. Руководство по заработку
Жажда Власти 2
Будьте моей семьей
Содержание  
A
A

Теперь торопиться было нельзя. На четвертом уровне вообще никто и никогда не торопился, движения ученых напоминали замедленную киносъемку. После открытия последней двери доктор Питер Маршал неспешно зашагал по пустому коридору, покрытому со всех сторон белым вспененным пластиком, направляясь в свою лабораторию.

Дверь в их лабораторию была третьей по коридору. Как и на всех остальных, на этой двери не было ни табличек, ни номеров, ни ручки, ни замочной скважины. Питер просто приложил обтянутую пластиком перчатки руку к определенному месту на стене – и дверь с тихим шипением открылась.

У стола в первом из помещений лаборатории сидел человек в таком же как и у Питера скафандре и что-то писал в специальный журнал, где отмечался ход всех проводимых группой экспериментов. Услышав шипение отходящей двери, человек обернулся.

– С возвращением на борт!

– Привет Феликс – Питер прошел в угол за шторку, нажал кнопку – и жесткое ультрафиолетовое излучение уничтожило все живые организмы, какие он мог подхватить во время путешествия по коридорам. Конечно, с учетом принимаемых в здании мер предосторожности вероятность что-либо подхватить была один к миллиону – но ученые, дабы не уничтожить результаты своей, часто многомесячной работы принимали меры чтобы исключить даже эту, одну миллионную вероятность.

– Что новенького происходит в нашей богадельне – спросил Питер выйдя из за шторки – я что-то пропустил?

– Да есть… – Каплан дописал последнюю строчку в журнале, захлопнул его и встал – ты помнишь тот путь, который разрабатывал ты и счел за тупиковый. Номер тридцать три?

– Помню и…

– Так вот, когда ты уехал, я все же попросил Дженну провести еще несколько опытов. И результаты получились удивительными, правда, совсем не теми, каких мы ожидали.

Продолжая разговаривать через систему внутренней связи, ученые прошли за шторку, отделяющие подобие небольшого офиса от собственно помещений лаборатории.

– Взгляни-ка – доктор Феликс Каплан указал на электронный микроскоп, подключенный к ноутбуку – там как раз образец этого вируса.

Доктор Питер Маршал наклонился к монитору, и то что он там увидел удивило его несказанно. Положив руку, обтянутую перчаткой на специальный трэкболл, он несколькими движениями приблизил картинку и начал рассматривать компьютерное изображение находящегося в электронном микроскопе вируса и его структуры ДНК, полученной в результате проведенной реакции цепи полимеразы, со всех сторон.

– Интересно… – пробормотал он – ты когда-нибудь сталкивался с чем-то подобным?

– В том то и дело что нет – ответил доктор Каплан.

Сам вирус выглядел так же, как и большинство вирусов – маленький волосатый шарик. Но вот структура его ДНК не была похожа ни на один другой вирус.

– Имунноблоттинг делали? (иммуноблоттинг – один из методов опознания и отнесения вируса к той или иной группе вирусов. Основывается на внесении культуры вируса в среду, содержащую кровь жертв различных вирусов – прим автора).

– Конечно! – в голосе доктора Каплана прозвучало легкая обида, уж иммуноблоттинг то догадался бы сделать любой выпускник профильного ВУЗа, можно было бы и не спрашивать, делали или нет – нулевая реакция!

– Что вообще ни на что не среагировал? – голосе доктора Маршала прозвучало сильное удивление

– В том то и дело что нет. Предварительную генетическую карту мы составили, но отправлять ее я пока никуда не стал, решил дождаться тебя. Все-таки мы не в университетской лаборатории работаем.

Результаты означали и, что новый вирус не относился ни к одному из видов или подвидов вирусов, известных современной науке. А это значило, что впереди замаячила Нобелевка…

– И правильно – решительно сказал доктор Маршал – об этом лучше пока никому не сообщать. Цикл испытаний на животных уже начали?

– Начали, но опять-таки прервали на третий день. Пойдем-ка!

Доктор Каплан увлек уже порядочно заинтригованного доктора Маршала к незаметной двери в углу лаборатории, ведущей в помещение для хранения подопытных животных. Сейчас там хранились генетически чистые крысы и макаки-резусы (генетически чистые животные – этот термин обозначает, что животные были специально выведены для лабораторных экспериментов над ними и их ДНК соответствует международному стандарту. Результаты опыта над одним генетически чистым животным должны полностью соответствовать результатам такого же опыта над другим генетически чистым животным, даже если они произведены на другом конце Земли – прим автора).

– Осторожнее!

Доктор Маршал зашел в комнату и отшатнулся – сразу несколько макак бросились на него, с силой ударившись об прутья клетки. Не добившись желаемого, все пять макак принялись дергать прутья клеток и грызть их зубами.

– Это что, действие вируса?

– Вот именно. Попадая в кровь, вирус вызывает у зараженных сильнейшее чувство агрессии, а адреналин в крови буквально зашкаливает.

– Вскрывали?

– Да, вскрыли трех обезьян. И у всех картина одна и та же…

– Попробую угадать… – задумчиво сказал доктор Маршал – поражение гипоталамуса? (гипоталамус – часть мозга. Некоторые его участки отвечают за агрессивность – прим автора)

– Совершенно верно – невесело усмехнулся Каплан – гипоталамус у всех вскрытых подопытных животных увеличен в два – три раза от нормы. Поэтому агрессивность в них бьет через край. Когда они видят что-то живое, то первая их инстинктивная реакция – убить, растерзать. Вторая и последующие, от первой несильно отличаются. Вообще-то эти наработки следовало бы передать группе Бета, но я пока ничего не передавал и даже не сообщал.

Доктор Каплан испытующе смотрел на Пита через прозрачный пластик шлема.

– И не передавай – решительно сказал Питер после нескольких секунд раздумья – кроме того, заведи отдельный журнал и все эксперименты по этой теме записывай туда. И храни его отдельно от всех остальных. Понял?

– Понял…

Седона штат Аризона

12 июня 2010 года продолжение …

Встав на ноги, я потянулся – после трех часов сидения все мои мышцы ныли и нуждались в нагрузке – и в раздумии прошелся по веранде охотничьего дома. Если верить тому, что сказал брат – а выдумать такое не хватит никакой фантазии – то дело дрянь. Ситуации уже вышла из-под контроля, ни армия не полиция не справится с натиском толп одержимых. Выжить суждено каждому десятому – вакцины на всех не хватит, комплекс разрушен. А природно несовместим всего лишь каждый десятый. Сколько погибнет в ближайшие дни из этих, природно несовместимых – об этом я не хотел даже думать.

Что делать? Единственный выход, который приходит в голову – вернуться в армию. В армии я провел большую часть своей жизни, армия – родной дом, в армии все просто и понятно, армия знает меня а я знаю армию. Форт-Брэгг скорее всего уже укреплен, дислоцированные там части заняли оборону, но лишние бойцы, да еще с вакциной в тягость явно не будут. А в обстановке царящего хаоса даже несколько тысяч бойцов, прошедших специальную подготовку, объединенных под единым умелым командованием и искусственно несовместимых – это огромная сила, не уступающая иной армии. С ней можно установить контроль над большой, очень большой территорией, учитывая, что там же, в Форт Брэгге базируется сто шестидесятый авиаполк специального назначения. Возможно даже удастся в обстановке царящего хаоса спасти страну.

Но пока… пока нам надо понять, что происходит в мире… на большой земле. Надо найти аппарат телефонной связи или мощную радиостанцию, связаться с дежурным по штабу USSOCOM (United States Special Operations Command, командование специальных операций США – прим автора) или просто с дежурным офицером в Пентагоне. Выйти на связь, сообщить свой статус, местонахождение, сообщить что «кобра» (кобра – позывной ГГ в спецвойсках – прим автора) возвращается в строй. Благо номера, радиочастоты и процедуру связи я помнил наизусть. Да, надо выбираться отсюда.

4
{"b":"117297","o":1}