ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

– Служил? – спросил я, глядя, как Питер проверяет чужое, незнакомое оружие.

– Сто первая…

– «Все американцы» (прим автора – слэнговое название сто первой воздушно-десантной, потому что в ней по традиции служат представители всех штатов США). Тогда тебя и учить ничему не надо. Только … может, все-таки возьмешь вместо своего пятизарядника что-нибудь другое? У меня Глок есть и Кольт.

– Нет, не стоит. Я уже к револьверу привык, а сорок четвертый с одного выстрела кладет…

– Как знаешь…

По приставной лестнице поднялись на крышу склада, благо склад был одноэтажный, и высотой метра четыре, а крыша плоской. Перебежками перебрались к другому краю крыши…

Одержимые там были – причем сразу несколько. Чуть дальше по дороге, метров двести, у кромки лесополосы стоял RV (recreational vehicle, автодача – прим автора), двери были открыты настежь и около него подкреплялись сразу трое одержимых. На нас они внимание не обратили, полностью поглощенные едой.

– Работаем, ты слева, я справа. По команде. Питер кивнул, прицелился…

– Давай!

Первый одержимый – женщина лет сорока, от платья которой почти ничего не осталось, рухнула сразу, прямо на еду, второй одержимый дернулся и закрутил головой, пытаясь понять, что произошло. Питер выстрелил еще раз – точно! Пробежав пару шагов, одержимый взвыл и рухнул на землю…

Третий уже въехал в происходящее, оставив еду, бросился в нашу сторону. По нему выстрелили мы оба – и оба точно. Одна пуля попала в горло, другая снесла полголовы. Кувыркнувшись, словно налетев на невидимую преграду, последний одержимый затих на земле…

Кстати… Говорят, что 5,56 – идеальный патрон. Но свалить одержимого с первого раза не получилось, а это не есть хорошо. А 7,62 русский – валит без вопросов, с первого же выстрела. Вот тебе и смещенный центр тяжести…

– Обожди… – я притормозил Пита, уже готового спрыгнуть вниз – подождем минут десять. Если другие одержимые что-то услышали, они подвалят сюда. Если же нет…

Одержимые так и не появились, видимо ничего не услышали. Первым с крыши прыгнул я, вторым Питер. Я огляделся по сторонам…

– Давай в лесополосу! Чтобы с дороги не было видно…

Перебежками добрались до лесополосы. Редкий лес, голые стволы, совсем без подроста и без кустарника. С дороги заметить можно, но только если специально вглядываться. Но и идти было легко – легче, чем продираться через кустарник…

– Проверим?

RV, кажется, «Дискавери», переделанный из небольшого автобуса стоял, наклонившись на один бок так, что чуть не переворачивался. Двери и со стороны водителя, и пассажирская – нараспашку, рядом с машиной на земле лежит… Не знаю, как это и назвать. Тело, наполовину съеденное и наполовину сгнившее, весь низ был объеден одержимыми, лежащими рядом. Жуткая, выворачивающая наизнанку вонь – и вездесущие, здоровенные черные мухи… К горлу подступала тошнота…

– Шикарная машинка… – пробормотал я, стараясь не смотреть на лежащие на земле тела…

– Опасность!

В этом случае инстинкты опережают сознание – я мгновенно укрылся за автобусом, встал на колено.

Через пару минут появились и машины. Какие именно, я не видел – боялся высунуться из-за автобуса, там был как минимум один мощный шоссейный тягач – бас Катерпиллера не спутаешь ни с чем. На какое то мгновение мелькнула мысль, что сейчас какому-нибудь придурку придет в голову мысль остановиться и угнать бесхозный «Дискавери» – но колонна прошла мимо, и нас никто не заметил…

– Видел?

– Немного…

– Что там?

– Два пикапа. Большие. И трак с полуприцепом, что везли, не знаю.

– Цистерна?

– Нет, обычный полуприцеп… Все интереснее и интереснее…

– Сваливаем!

Природа тут интересная – почва уже не болотистая, несмотря на то, что до залива – миль тридцать не больше. Лесополосы, скорее всего, искусственно высаженные, прерываемые промзонами и заправками. И так – до самого порта, раскинувшегося на берегу извилистой реки…

Следующую точку, где можно было скрыть автомобиль, мы нашли как по заказу – примерно через милю. Большая заправка, предназначенная не для легковых машин, а для траков. Несколько траков, с десяток застыли на стоянке – интересно, почему их не разграбили? Там же – гостиница для дальнобойщиков и ремонтная мастерская. Отойдешь метров на десять от гостиницы – и уже лес… Ждем. Заправка как заправка, что-то мне не нравилось, сам не пойму что.

– Видишь что?

– Нет…

Но что-то здесь было… За время, пока я служил в Ираке у меня выработалась привычка чувствовать неприятности – не видеть, а именно чувствовать, что здесь что-то не то… Катастрофа эту способность развила еще больше. И сейчас я чувствовал – что то не то… Как то … слишком спокойно, что ли…

– Тебе не кажется, что здесь засада? Питер огляделся…

– Да нет, тихо все… Паранойя безжалостно косила наши ряды…

– Тогда сигналь по рации, пусть двигают сюда…

Сам не знаю почему – закинул автомат за спину, достал снайперскую винтовку, разложил приклад, приложился. Прицел непривычный – вместо перекрестья и привычных делений mil-dot – галочки и дальномерная шкала. Но если есть привычка – штука удобная и неубиваемая…

Второй этаж. Окно за окном – ничего. Сплошная чернота, окна почему то распахнуты, но не выбиты. Вообще непонятно – что здесь было после катастрофы – был здесь бой или нет. Время тянется, как резиновое…

– Контакт с тыла!

И тут – как прорвало. Иначе и не скажешь – прорвало. Сразу несколько тварей выскочили из гостиницы, из дверей, из окон…

– Держи тыл!!!

Времени хвататься за автомат не было – твари бежали через асфальтированную стоянку прямо на нас, выкладываясь, как бегун на олимпийской стометровке. На площадке их было уже семь, а из дома лезли новые…

Начал стрелять навскидку, без прицеливания, на такой дистанции оптика только вредит. Выстрел – непривычная, словно растянутая во времени отдача толкнула в плечо – бежавший первым одержимый споткнулся и упал под ноги остальным, двое тоже покатились по земле, споткнувшись о тело. Еще выстрел – падает еще один одержимый, его голова мгновенно превращается в месиво… Остальные бегут, не обращая внимание на выстрелы, до них уже метров пятнадцать, не больше… Не успеваю…

Выпустил из рук винтовку, правая рука идет вниз, ложится на рукоятку пистолета. Одержимые уже так близко, что можно видеть их лица – белые, пустые, искаженные ненавистью. Рука отработанным движением поднимается на уровень плеча, большой палец скидывает предохранитель пистолета…

Промахнуться на такой дистанции невозможно – четыре выстрела один за другим, в максимально быстром темпе – и бросаюсь в сторону с перекатом. Двое одержимых еще живы – женщина, молодая, похожая на придорожную жрицу любви, и мужчина – видимо раньше был водителем трака. Сейчас же это одержимые, чья единственная цель – добежать, вцепиться, рвать зубами, убивать!

Как я и предполагал – сила инерции проносит одержимых мимо меня, один пытается меня схватить левой рукой – но я уворачиваюсь. Женщина падает, обо что-то споткнувшись, мужчина остается на ногах, получает пулю сорок пятого калибра в затылок и рушится на землю… Женщина воет, пытается подняться – но я успеваю вскочить на ноги первым, высаживаю по ней весь оставшийся магазин – три пули…

Знакомый рев двигателя трака и грохот пулемета – бронированный Интер вваливается на стоянку, пули косят одержимых и летят в нашу сторону. Падаю на землю, матерясь последними словами. Вот так вот под дружеский огонь и попадают…

Перекатываюсь за дерево – укрытие конечно хреновое, но хоть какое-то. Пулемет по-прежнему лупит в нашу сторону, ветки и какая-то древесная труха летят сверху, пули выбивают земляные фонтанчики, раскалывают тонкие стволы деревьев, выбивают щепки от толстых… Полная ж…

Поворачиваюсь на бок, судорожно меняю магазин в пистолете, стараясь не высовывать руки, вжимаясь в землю и вообще стараясь стать как можно меньше и незаметнее. С первого раза не получается, проклятый магазин не желает лезть в горловину, голову не поднять… Наконец удается, снимаю пистолет с затворной задержки, высаживаю весь магазин в воздух. Только бы дошло, а то подумают, что здесь бандиты и гранату кинут…

30
{"b":"117298","o":1}