ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Смотрите! Там...

— Мы знаем, ваше высочество, — с каменной рожей произнес Панэ. — Еще один крейсер.

— Раньше он лежал неподвижно, — со вздохом добавил Красницкий. — Вероятно, он начал прогревать узлы, потому что мы не сбросили ускорение. — Он потер подбородок и снова вздохнул. — У старпома был сеанс связи с первым крейсером. Они потребовали, чтобы мы затормозили и приняли на борт их людей. Утверждают, что являются имперским крейсером, КЕВ* [Корабль ее величества.] «Свобода». Врут. Во-первых, «Свобода» не крейсер, а авианосец. А во-вторых, капитан у этих самозванцев разговаривает с каравазанским акцентом.

— Пречистые. — Во рту у Роджера внезапно пересохло.

— Да, ваше высочество, — сказал Панэ. Он никак не комментировал очевидность такого вывода. — Весьма возможно, — поправился он. — Кто бы они ни были, худший вариант для нас — именно пречистые. Из этого варианта мы и исходим.

— Скажите, капитан, — сказал принц, обращаясь к Красницкому, — может ваш корабль устоять против двух крейсеров?

Красницкий окинул мостик быстрым взглядом. Никто даже не шевельнулся, но капитан прекрасно понимал, что подобные обсуждения на публике не ведут.

— Пожалуй, нам стоит перейти в комнату для совещаний, — предложил он.

Едва закрыв за собой люк, он резко повернулся к принцу:

— Нет, ваше высочество. В сражении с двумя крейсерами одновременно у нас нет ни малейшего шанса. Мы не полноценный боевой корабль, мы просто хорошо вооруженный и хорошо бронированный транспорт. Если бы не повреждения, мы могли бы рискнуть. А так — никаких шансов.

— И что нам теперь делать? — Роджер смотрел то на Панэ, то на Красницкого. — Мы должны сдаться, правильно?

Вздыхать настала очередь Панэ.

— Не совсем, ваше высочество.

— Как это? — не понял Роджер. Он дернулся к угрюмому офицеру флота. — Вас же всех поубивают, если вы не сдадитесь!

Панэ прикусил язык, чтобы удержаться от ответной колкости, но Красницкий просто кивнул:

— Совершенно верно, ваше высочество, так оно и будет.

— Но почему? — Глаза Роджера расширились от удивления. — Я все понимаю, сдаваться — нехорошо, но если вы не можете сбежать и не можете победить, что еще остается?

— Он не вправе рисковать, ваше высочество. Вы не должны попасть в плен, — выдавил из себя Панэ.

— Но... — Роджер задумался было, затем бросил это бездарное занятие. В расстройстве он стал дергать свой шикарный «хвост». — Не понимаю. Что они могут со мной сделать? Со мной! Бога ради, увольте. Если бы здесь была мать. Или Джон. Даже Алике! Но кого и когда, во имя дьявола, заботил крошка Родж! — закончил он с горечью. — Я не знаю никаких тайн, я не являюсь прямым — и даже вторым — наследником престола. Почему бы вам меня просто не выдать, и все?

Лицо принца стало сосредоточенным: он принял решение.

— Капитан, я настаиваю на сдаче. Фактически я вам приказываю. Честь — это достойно, это прекрасно, но существует разница между честью и глупостью. — Он вздернул подбородок и фыркнул. — Я сдамся им лично, с честью. Я им покажу, что значит кровь Макклинтоков.

Сказано было замечательно, но легкая предательская дрожь в голосе несколько испортила впечатление.

— К счастью, ваше высочество, вы для меня не начальник, — сказал Красницкий, изобразив кривую усмешку. — Майор Панэ, я пошел перекраивать нашу тактическую схему. Не сочтите за труд, попробуйте разъяснить ему ситуацию.

Он коротко кивнул принцу и вышел.

— Что?! — Принц, поглядев на захлопнувшийся люк, подавился воздухом. — Эй! Я отдал вам прямой приказ!

— Как он уже сказал, ваше высочество, вы не входите в число тех, кто может отдавать ему приказы, — сказал Панэ, покачав головой. — И самое меньшее, что вы могли бы сделать, это поблагодарить его за предстоящее самоубийство, а не набрасываться с бранью.

— Но им же ничего не мешает сдаться! — упрямо повторил Роджер. — Это же форменный идиотизм!

Панэ вскинул голову и мрачно посмотрел принцу в глаза.

— Что произойдет, если вы попадете в руки к пречистым, ваше высочество?

— Ну-у. — Роджер напряг мозги. — Когда об этом станет известно в Империи, начнется война. Или меня выдадут обратно. Вероятно, вытребовав взамен какие-то уступки. В любом случае война им ни к чему.

— А если в ближайшее время они ничего никому не сообщат? А, ваше высочество?

— М-м...

— Взломать ваш зуммер они не смогут — уж тут их технологии бессильны. А как насчет психотропных средств? — Панэ склонил голову набок и округлил брови. — Что тогда?

— Откуда я знаю! Наверно, начну нести всякую чушь и гавкать по-собачьи, — издевательски рассмеялся принц.

Пока не вошло в силу полное запрещение, наркотики одно время были очень популярны в развлекательных клубах для людей, начисто лишенных чувства юмора.

— Нет, ваше высочество. Я полагаю — это только догадка, здесь я не вполне компетентен, но, насколько я понимаю, их «свободные и независимые новостные службы» вытрясут из вас все государственные тайны, какие вы когда-либо знали.

— Но в этом-то и фокус, капитан Панэ, — со смешком возразил Роджер. — Никаких государственных секретов я не знаю.

— Знаете, ваше высочество. Вам известны имперские планы вторжения в Разбой-Зиму.

— Капитан, — с опаской сказал принц, — что вы говорите? У нас с Разбой-Зимой мирный договор, и даже если бы его и не было, начинать войну — безумие. У них почти такой же сильный флот, как и у нас.

— В таком случае, ваше высочество, — Панэ заулыбался шире, — вы расскажете о тайных планах императрицы поработить все отличные от человечества виды разумных существ и терраформировать все планеты, ранее законсервированные ради сохранения их уникальной флоры и фауны.

— Капитан Панэ, да что вы такое несете! — требовательно воскликнул принц. — Никогда в жизни не слыхал подобной чуши. Такое только в пропаганде пречистых отцов можно ветре... — Он замолк. — Ага...

— А вспомним еще, что ваша мать ест на завтрак человеческие зародыши, или поговорим...

— Я уже понял, — выдохнул принц. — Вы намекаете, что если я попаду к ним в лапы, я стану рупором для всего дерьма, которое им вздумается вывалить в прессу.

— Хотите вы того или нет, ваше высочество, — подхватил Панэ. — И я даже думать не хочу, какое шоу они смогут из этого устроить. Кстати, не говоря о том, что жизнь всей вашей семьи повиснет на волоске. Если эти мерзавцы сумеют убить остальных членов семьи, вы станете наследником.

— Меня парламент не утвердит, — горько хихикнул Роджер. — Дьявол все побери, парламент не утвердит меня, даже если я и звука не произнесу с голоса пречистых отцов. Доверить власть Роджеру — да вы с ума сошли!

— Для импичмента требуется две трети голосов, ваше высочество, — угрюмо напомнил Панэ.

— И вы полагаете, что пречистые имеют влияние на треть парламента?

Роджеру начало казаться, что он случайно прошел сквозь зеркало и угодил в параллельную фантастическую вселенную. Разумеется, он всегда был окружен телохранителями, но никто и никогда всерьез не думал, что он может хоть как-то повлиять на расклад сил в Империи. Сам он был твердо уверен, что охрану к нему приставили главным образом для показухи, ну и еще для того, чтобы удерживать от случайных связей со всякими вертихвостками. Сейчас он вдруг понял, для чего они нужны на самом деле... — и почему сидел на нем тот морпех, ожидая, что в любую секунду может исчезнуть воздух.

— Как же это?.. — спросил он тихо, гадая, что заставляет этих людей служить и защищать постороннего человека ценой своей жизни. Пусть даже такого человека, который не похож на то, что он ежедневно видит в зеркале.

— Ну, — начал отвечать Панэ, не догадавшись об истинной подоплеке вырвавшегося вопроса, — пречистые хотят гарантий, что человечество прекратит дальнейшее распространение во Вселенной и захват незаселенных миров. Такая у них религия. — Он сделал паузу, поскольку не был уверен, стоит ли продолжать. — В общем, я полагаю, что вы более или менее информированы, ваше высочество.

14
{"b":"117324","o":1}