ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Ему доводилось путешествовать, охотиться и исследовать куда более неприятные планеты, чем видели на своем веку рядовые пехотинцы. И, как правило, он выбирал дичь, которая, в свою очередь, охотилась на него.

— Такие отметки появляются по двум причинам, — пояснил он. — Местные животные едят кору или метят территорию. Но если бы дело было в короедах, мы увидели бы отметины на всех деревьях.

— Так что же, — спросила Элеонора, с трудом переводя дыхание, — это... означает?

Она понимала, что ответ очевиден, но думать уже не получалось совсем. Только о жаре и отдыхе. Она сверилась с имплантом и чуть не захныкала. До следующего привала целых двадцать минут!

— Это значит, что где-то по соседству находится тварь, которая считает эту территорию своей, — сообщил Роджер, запрокидывая голову, чтобы яснее разглядеть отметину. — И очень большая тварь.

В боевой дозор назначили рядовую Берент из отделения Джулиана; за ней, на небольшой дистанции, следовала Ева Косутич. Командная группа размещалась посередине, один взвод сзади нее, два впереди. В роли авангарда, естественно, выступал третий взвод, единственный, в составе которого имелось тяжелобронированное отделение. Берент вела наблюдение не только во все глаза и датчики бронескафандра, но и использовала наручный сканер, значительно более чувствительный, чем встроенные в скафандр приборы. Пока что никаких следов страшных хищников, о которых предупреждал краткий обзор местной фауны, в ближайшем окружении не наблюдалось. Косутич собиралась спросить сержанта Чжина, что он думает по этому поводу, и тут дозорная вскинула вверх руку со сжатым кулаком. Весь отряд мгновенно замер на месте.

— Ну, если мы встретим эту тварюгу, — сказала Элеонора, сделав большой глоток из фляги, — разрешите ей меня прикончить, ладно?

Она вдруг поняла, что разговаривает сама с собой, а весь отряд замер на месте.

— Роджер? — неуверенно сказала она и обернулась.

Лицевая часть шлема Панэ изнутри была поделена на четыре части. На одну четверть непрерывно транслировались данные сканеров и визора разведчицы Берент, пол-экрана занимала тактическая схема со сводной информацией по всему отряду, включая местоположение каждого бойца, оставшаяся четвертушка позволяла капитану разглядеть, куда он ставит ноги. В данную секунду он этого все равно не видел — его внимание полностью поглощали репитер приборов и видеокамеры разведчицы.

В поле зрения камеры появилась, выбравшись из-за груды валунов, здоровенная зверюга темно-коричневого окраса, ростом со слона, но длиннее и шире. На голове красовались два длинных рога, слегка изогнутых и одинаково пригодных и для драки, и для выкапывания корней. Шею защищали бронированные наросты. Массивные плечи были покрытыми ороговевшими чешуями, ближе к хвосту постепенно переходившими в обычную шкуру. Еще было шесть растопыренных ног и мясистый хвост, в ярости хлещущий по земле. На ходу зверюга издавала свирепые громкие вопли,

Несколько секунд капитан размышлял. Чудовище вида было ужасного, но при ближайшем рассмотрении первоначальные подозрения Панэ подтвердились. Ничего похожего на клыки, зубы плоские (что было хорошо видно, когда ревущая тварь широко распахнула пасть), никаких признаков, характерных для хищника. Конечно, присмотреть за ним надо, да и хлопот оно может доставить предостаточно, но людей оно точно не ест, а потому вряд ли нападет на отряд, если его не провоцировать.

— Всем подразделениям, — сказал он, и тактический компьютер автоматически транслировал его слова на всех частотах, используемых отрядом. — Не стрелять. Это травоядное. Повторяю: не стрелять!

Роджер, по неопытности своей, плохо разбирал, что там говорят по многополосной тактической сети, но смысл последнего взволнованного восклицания понял даже он. Принц оценивающе оглядел зверя и особенно его мощные лапы. Для обитателя пустыни они казались неподходящими — когтистые и перепончатые, словно у плотоядной жабы. Тем не менее, судя по всему, именно они оставили те странные отметины на деревьях. Итак, это все-таки травоядное, но не одиночное, а стадное, и местное стадо считает здешнюю территорию своей собственной. А значит, оно все-таки опасно. Роджеру вовсе не улыбалось, что такая зверюга будет гулять по окрестностям и нападать на отряд с тыла, как делали быки Кэйпа или шастанские скалистые жабы. А что, если оно приведет сюда все свое стадо — в естественном желании растоптать чужаков в кашу?

Он вскинул ружье к плечу и задержал дыхание. Наводим прицел, нажимаем плавно...

У Панэ от удивления отвалилась челюсть — гигантский зверь содрогнулся от выстрела, попавшего точно в цель. Зверюга судорожно развернулась, хлестнула хвостом по земле, взметнув ураган пыли и гравия, и завалилась на бок. Земля содрогнулась. Еще несколько секунд зверь дергал лапами и ревел, наконец застыл неподвижно. Еще одно мгновение капитан, закипая, смотрел на поверженного гиганта, затем с шипением втянул в себя воздух.

— Так. И какой же кретин выстрелил?

В тактической сети повисло кромешное молчание.

— Я спрашиваю, кто стрелял?

— Должно быть, его высочество, — иронически сказал Джулиан.

Панэ отрубил хихиканье — вместе с частотой, на которой переговаривался средний комсостав, — и повернулся к принцу. Охотничий «Паркинс и Спенсер» еще дымился. Принц, не замечая пристальных глаз капитана, начал перезаряжать ружье: выщелкнул из патронника стреляную гильзу, поймал ее на лету, вытащил из кармашка жилета новый патрон, вложил в патронник, передернул затвор и вложил гильзу в освободившийся кармашек. Каждое движение было исключительно точным, хотя и нервным — и преувеличенно акцентированным. Затем он выпрямился, отключил хамелеоновскую маскировку шлема — и наткнулся на взгляд капитана.

Панэ подошел поближе, переключился на командную частоту, пользоваться которой могли только они двое.

— Ваше высочество, могу я поговорить с вами с глазу на глаз?

— Конечно, капитан Панэ, — с высокомерной усмешкой сказал тот.

Панэ огляделся по сторонам. Подходящего места для приватного разговора не обнаружилось. Поэтому он коснулся нужной кнопки, и лицевой щиток принца снова стал непрозрачным.

— Ваше высочество, — начал он. Ему понадобилось прерваться и глубоко вдохнуть, чтобы успокоиться. — Ваше высочество, могу я задать вам один вопрос?

— Уверяю вас, капитан...

— Ваше высочество, с вашего разрешения, — перебил Панэ и продолжил, выделяя голосом каждое слово. — Могу. Я. Задать. Вам. Один. Вопрос. М-м?

Поколебавшись, Роджер решил, что лучше уступить, чем доблестно кидаться на амбразуру. — Да.

— Вы хотите вернуться на Землю живым? — спросил Панэ.

Прежде чем ответить, Роджер выдержал паузу.

— Это угроза, капитан?

— Нет, ваше высочество, это вопрос.

— Тогда, конечно, — да, — коротко ответил принц.

— Тогда вам придется вбить в вашу безмозглую, набитую отрубями башку, что мы сможем выжить только в том случае, если вы перестанете трахать мне мозги при каждом удобном случае!

— Капитан, уверяю вас... — горячо заговорил принц.

— Заткнись! Просто заткнись, слышишь? Когда вернемся на Землю, можешь меня уволить. Я не желаю вязать тебя веревками и тащить волоком всю дорогу — хотя, если подумать, это не самая плохая идея. Но если ты не вдолбишь себе как следует, не выучишь назубок, что это не приключение на лужайке, когда можно разгуливать где попало и палить во что угодно, не опасаясь последствий, — нас всех поубивают! Я до усрачки боюсь, что не смогу привезти тебя на Землю, — но будет еще хуже, если я доставлю тебя к твоей матери по частям, твою мать! А я хочу, чтобы ты остался целым! Но если ты будешь мне мешать, я тебя вырублю и приволоку в космопорт без сознания, связанным по рукам и ногам, с кляпом во рту и на носилках! Сумел ли я выразиться абсолютно понятно и кристально ясно?

34
{"b":"117324","o":1}