ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

В небольшой каюте, куда его привел полковник, Нордена ждали два человека. Все свободное пространство было заполнено приборами, посредине виднелся корпус большого универсального детектора. Норден ответил на приветствия и осушил стакан переслащенного фруктового сока, поданный врачом.

— Это подготовит вас к обычной еде, — сказал врач. — Не хотите ли привести себя в порядок, пока я вас осматриваю, до того как начнется основное обследование?

Норден ухватился за предложение. Это отвлечет его от беспокойства; к тому же, явно необходимо подстричься и побриться. Его темные волосы спутались, лицо запачкано грязью, впитавшейся в каждую морщинку, а подбородок порос густой щетиной. Взглянув в зеркало, Норден увидел худое, достаточно приятное лицо, но какое-то незнакомое, будто прежде он видел его только на фотографии. Он словно забыл самого себя. В то время, когда он мылся и брился, доктор осмотрел его. Но менее подробно, чем ожидал Норден.

Наконец медик отошел, кивая.

— Для человека около сорока вы в хорошей форме, доктор Норден. Вам пришлось трудно, но ничего серьезного. Я предположил это, узнав, что вы не потеряли сознание при высоком ускорении. Хорошо, располагайтесь и поешьте.

Он отошел к двери, но было ясно, что он не уйдет до тех пор, пока не удовлетворит свое любопытство. Норден принялся за еду, заставляя себя есть, хотя у него не было ни малейшего аппетита. Психиатр наклонился, наблюдая за ним.

— Не хотите ли рассказать нам обо всем, доктор Норден? Что произошло с Хардвиком?

Норден покачал головой. Напряжение снова возросло. Этот человек, несомненно, собирается искать скрытый смысл в его словах, к чему Норден не был готов. Но не мог избежать этого.

— Я не уверен, что в силах рассказать много. Я… Ну хорошо, я попытаюсь. Все достаточно туманно. Некоторые вещи я совсем не могу вспомнить.

— Частичная амнезия бывает довольно часто, — тихо сказал психиатр. — На самом деле все встречаются с ней. Попробуем вернуться назад — например, к вашему детству — чтобы помочь вам вспомнить. У нас достаточно времени.

Норден не очень интересовался своим детством, поэтому рассказал о нем в нескольких словах. Потом быстро перешел к периоду обучения. Он не совершал ничего необычного до тех пор, пока, делая дипломную работу в колледже, не был втянут в новое исследование радиации наружного электромагнитного спектра. Вот тут неожиданно и раскрылся его талант. Он был первым, кто доказал, что существует не только теория. Его пригласили на Марс для вручения межпланетной премии за демонстрацию проникновения протона сквозь свинцовую перегородку. Опыты проводились на дорогостоящем оборудовании, которое потребляло двадцать киловатт энергии. За пятнадцать лет в Институте Марса он открыл четыре новых типа экстраспектральной радиации, стал профессором и практически выяснил, как использовать ограниченную ядерную энергию. Потом вторглись Пришельцы. Они внезапно появились около Плутона, двигаясь со сверхсветовой скоростью, на странных сферических кораблях, которые невозможно было обнаружить с помощью радаров. Они безжалостно разрушили поселения за Сатурном, начав продвигаться дальше, методично уничтожая все живое, оставляя за собой ужасные, обезображенные трупы. Никому не удавалось увидеть Пришельцев вблизи — они неизменно рассыпались в пыль, едва возникала угроза захвата.

Исследования Нордена заинтересовали военных. Была надежда, что, используя его теорию, люди построят в сто раз больше кораблей, чем у Пришельцев, так же защищенных от радаров и не подверженных опасности магнитного или электронного обнаружения, практически невидимых в космосе. В случае обычной битвы люди наверняка бы победили. Но вскоре обнаружилось, что битва не будет обычной. Пришельцы располагали средствами точного обнаружения человеческих кораблей на расстоянии миллионов миль и поражали их самонаводящимися торпедами, в то же время сами оставаясь необнаруженными. За торпедами следовали темные сферические корабли, не оставляя ничего живого. Хардвик не был обычным ученым. Частная лаборатория на астероиде недалеко от орбиты Юпитера, где он работал, принадлежала сомнительной мистической секте. И если бы не отчаянное критическое положение, в котором оказалось человечество, его никто бы не воспринял всерьез. Но сейчас в центр внимания попадало все, что так или иначе внушало надежду. Хардвик разработал гипотезу, что Пришельцы обнаруживают собственно жизнь, точнее присутствие мифических митогенетических лучей, которые предположительно испускались нервными окончаниями. Удивительно, но испытания показали, что дистанционно управляемые корабли, бывшие полностью стерилизованными, прошли незамеченными, в то время как корабли, на которых присутствовали крысы или другие живые существа, были уничтожены. Нордена, как крупнейшего специалиста по излучениям, отправили на астероид, чтобы он поработал с Хардвиком над созданием защитного экрана от гипотетического излучения жизни.

Нордену так и не удалось узнать, был ли Хардвик гениемсамородком или обычным лунатиком. В то время как он испытывал щит Хардвика, приземлились Пришельцы и ворвались внутрь.

— Как они выглядели? — нетерпеливо спросил психиатр — Нечто вроде… — он нахмурился, пытаясь вспомнить, но мешал какой-то барьер в сознании. — Я… Я не могу… И они что-то… сделали… с Хардвиком. Я…

— На вас ведь была защита Хардвика, Они вас заметили?

Норден с сомнением покачал головой.

— Нет, не думаю. Я прыгнул в шкаф со скафандрами, когда они проникли через воздушный шлюз. Должно быть, я сразу забрался в скафандр и еще был скрыт дверью шкафа. Потом, наверное, я выбежал. Но после того, как они…забрали… Хардвика…

По крайней мере, Норден не был даже ранен, когда бомба Пришельцев полностью разрушила купол. Он нашел в развалинах передатчик, отправил сообщение, и затем, коротая мучительное ожидание, пытался расшифровать таинственный код в записных книжках Хардвика.

Они возвращались к этому несколько раз, но Норден больше не смог ничего им сообщить. Затем последовали психические тесты, одни из которых он понимал и отвечал без затруднения, другие же заставляли его колебаться и добавляли обеспокоенности на лице психиатра. Наконец тот неопределенно кивнул.

— Думаю, он справится, — нерешительно доложил он Армсворту. — Тяжелая ситуация никогда не проходит бесследно, но…

— Но, так или иначе, а ему лучше справиться, — резко ответил Армсворт. — Не удивительно, что они приказали нам подобрать его, несмотря на огромный риск…В пятидесяти футах от Пришельцев, и он выжил! Доктор Норден, если ваша защита действует и вы можете воспроизвести ее, то вы — самый ценный из ныне живущих людей!

— И самый усталый и сонный, — ответил Норден. Его глаза сами собой закрывались, а мозг все еще тщетно пытался проанализировать происходящее. Врач и психиатр собрали оборудование и вышли, дав Нордену совет, который он не расслышал. Армсворт замешкался, и Норден напоследок спросил: — Когда мы прибудем на Марс, полковник?

— Никогда! — голос Армсворта внезапно стал резким и хриплым. — Мы оставили Марс. Пришельцы уже там. Мы… Проклятье, мы будем в новой лаборатории на Лунной базе через четыре дня! И вам лучше бы начать молиться, чтобы защита работала… Иначе…

Полковник резко передернул плечами и вышел, захлопнув дверь. Норден бросился на кровать, не заботясь о том, чтобы, относительно ремней безопасности, уставился в потолок и начал тщательно вспоминать все события своего спасения. Понемногу беспокойство в голове утихло. Он справился с этим. Ужасное напряжение, не оставлявшее его последние дни, исчезло.

Напряжение вернулось, когда корабль достиг Лунной базы, где вовсю развернулась бурная деятельность новых лабораторий. Отчет о спасении доктора Нордена был отправлен вперед вместе с записными книжками Хардвика и составленным Норденом перечнем оборудования. Очевидно, информа ция оказалась неудовлетворительной. Его провели через воздушный шлюз и сразу же направили в комнату, где что-то бормотали трое на вид крайне рассеянных типов, принявшихся задавать тесты, которые, по мнению Нордена, не имели смысла. И наконец троица удалилась на совещание, а его оставили около часа сидеть в другой комнате, после чего вручили пакет с документами и по тоннелю провели в кабинет генерала Майлза, руководителя Лунной базы. Майлз просмотрел донесения и взглянул на молчавший телефон. Генерал был человеком неопределенного возраста с молодым голосом и старыми глазами. Ему было присуще какое-то странное изящество, а на грубом лице, несмотря на отпечаток изнурения, сияла дружелюбная улыбка. Норден пристально наблюдал за ним, но не смог увидеть никаких следов недоверия.

126
{"b":"117388","o":1}