ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Сильная девочка устала… Как победить стресс и забыть о срывах в питании
Проклятие демона
Москитолэнд
Порченая кровь
Словарь для запоминания английского. Лучше иметь способность – ability, чем слабость – debility.
Некрасавица и чудовище. Битва за любовь
А наутро радость
Фаэрверн навсегда
Перспективы отбора
A
A

Свен честно попробовал.

Хотя бы о том, насколько высок у ррит болевой порог, ему не нужно было рассказывать.

…их победили! Победили! А они смели охотиться на победителей. Брезговать ими. Смеяться. Оказывать честь червям с особенно жёсткой шкурой, вытачивая звенья ожерелий из их костей. Будь то просто человеческие кости, такой гнев, может, и не загорелся бы в сердцах; но это были кости ГЕРОЕВ.

Иных бы — не удостоили.

За неделю потери гарнизона составили четырнадцать человек.

Остатки трупов выносили к границе руин. Как кот приносит к порогу добытую мышь. По тому, насколько сильно были изуродованы тела, легко определялось, успел ли солдат обернуться, ударить, глянуть в глаза.

Материал для бусин брался из разных мест.

…Месть.

Око за око.

Мы твари, животные, добыча? Хорошо.

Вы тоже.

Всё это представлялось Джеку логичным. Однако на харе интенданта не замечалось мстительности или гнева. Одна липкая паучья сытость.

Неприятный был тип Дикоу. Но броневики выбил. Стало быть, остальные соображения следовало засунуть в задницу.

Винс подогнал кар к самому краю и, точно мусорный бак, вывалил клетку над котлованом.

…приземлился на четыре, как огромный кот; припал к полу, озираясь. Тряхнул гривой, замарав концы кос в белой пыли. С ррит сумели каким-то образом снять броню, сорвали костяное ожерелье и серьги, но обирать цацки помельче с рук и волос чересчур рисковое и тягостное было занятие. Что-то на кошечке ещё блестело…

Лакки, не веря своим глазам, прищурился. До смарт-очков было не добраться; Джек схватил браслетник, включил камеру и загнал зум до максимума.

Точно. В косах ррит, словно традиционные зажимы, поблёскивали вплетённые звёздочки — звёздочки с офицерских погон.

— Эп-пическая сила… — пробормотал Лакки. Гривастый был ещё круче, чем казался с виду.

Колени над спиной: прыжковый упор. Будь бывший гараж на метр мельче, ррит выбрался бы из него одним махом. И повис на чьём-нибудь горле… Это Свен давал консультации по части средней длины прыжка у представителей самой высокоразвитой расы Галактики.

Вокруг молчали. Кто-то что-то наладился поначалу дурным голосом вопить, но усох сам.

Слишком близко. Обезоружить ррит можно, только вырвав зубы и когти. И всё равно — задушить, кости переломать, яйца оторвать тебе он и так сумеет. Вдруг? Вдруг выберется? Они невероятно живучи, у них три сердца, и даже с пулей в голове ррит может успеть пробить тебе горло клыками… а драконы далеко. Стерегут других хищников, свободных, вооружённых.

Казалось, только сейчас земляне поняли, какое опасное наладили шоу.

Казалось.

Представитель высокоразвитой расы выпрямился.

Поднял голову. Жёлтые глаза сузились, когти скрылись в пальцах — руки пятипалые, почти человеческие — нервные губы закаменели. Рритский воин обвёл взглядом пялящееся отребье. Здесь некому грозить, не перед кем яриться. Чтобы быть удостоенным хотя бы презрения, надо для начала подняться над животным миром. Как презирать червя? Им можно лишь брезговать.

— Ему сейчас горло себе разорвать западло, — глубокомысленно сообщил Свен. — Очень мы позорные х’манки.

Джек, чуть было не усовестившийся своей х’манкской природы, ею же восхитился.

Вот такая мы хладнокровная пакость.

И мыслим научно.

Все ксенологи, вытянувшие результативный допрос, разыгрывали мотив ничтожества х’манков.

С кара сняли вторую клетку. Она, мелкая, не подходила к автоматическому подъёмнику, приходилось таскать волоком. Винс случайно положил на неё руку и отдёрнул, грязно ругнувшись. Под рукав заструилась кровь. Не иначе, лихая «белка» сумела просунуть клюв между прутьями и отхватить с ладони кусок мякоти.

На помощь Винсу пришли соседи. Обнаружилось, что идею Дикоу подал, но по поводу её реализации конкретных планов не имел. Началось разбирательство, многоголосая ругань, которую перекрывало верещание почуявших неладное «белок». «Скоро ночь уже», — с неудовольствием пробормотал Свен и пошёл налаживать освещение — подгонять «крысы» с прожекторами.

А ррит всё-таки прыгнул.

Он понимал, что не доберётся до х’манков, только обдерёт когти о бетон и опозорится. Поэтому прыгнул не на стенку котлована, а внутрь его, туда, где возвышался обломок опоры-колонны, напоминавший квадратный пень с метр в поперечнике.

Прыгнул и уселся там на четырёх, замерев изваянием. Лишь измаранные в пыли чёрные косы трепал ветер, и трофейные звёзды блестели в них. Теперь он был ещё ближе, почти вровень со зрителями; но при взгляде на выражение этой полуморды-полулица возникали сомнения относительно того, кто здесь зритель. Так не смотрят в зверинцах недрессированные тигры на праздношатающихся людей. Так не смотрят в заповедниках вольные волки.

Раса ррит насчитывает полмиллиона лет письменной истории.

Парни всё-таки доволокли клетку с «хищью» до котлована.

— С-слизь ректальная… — сплюнул Лакки, а наладившегося созерцать и рефлексировать интеллигента Джека Лэнгсона передёрнуло. «Они так боятся ррит, что прячутся от этого страха в презрение, — вспомнил он. — Вроде как это не они на нас охотятся, это мы на них охотимся. А я не боюсь. Я — равный». Так он говорил Птице Ифе.

…это мы травим их на Терре-3.

Не они — нас.

Равные…

Дракон убивает в мгновение ока. Умная, благородная тварь способна даже распознать ситуацию — и оборвать жизнь жертвы не только мгновенно, но и безболезненно.

Эти, безмозглые, будут долго драть когтями и зубами, откусывать клочья мяса с ещё живого, оторвут уши, пальцы, губы, вырвут глаза… Ррит не умирают от болевого шока. Станет кататься по песку, пытаться оттолкнуть жрущих, может, даже сбросит… ненадолго.

Зрелище.

Джек отвёл, наконец, взгляд от надменного вражеского силуэта: Кесси Джай рядом что-то сказала товарке. Венди Вильямс кивнула.

— Эй, вы! — звонким, серебряным, едким голосом окликнула рыжая. — Уберите погань!

В интонацию был влит весь яд, какой имелся у Венди.

— Ч-чего? — отозвался Дикоу, но возразить и поскандалить уже не успел.

От кромки леса, от сожжённых стволов и сплавившейся почвы, от кишащих бесконечной безжалостной жизнью джунглей мчался Фафнир.

Джека-яйцеголового посетило философское настроение. Он вспомнил Птицу, и вот, она как будто стоит сейчас здесь, вызывая к жизни самую правильную случайность… Лакки ухмылялся, глядя, как Дикоу от неожиданности сунулся дракону наперерез. Обалдело махал руками, сам не зная, чего хочет. Интенданту казалось, что зрелище сейчас сорвётся.

— Уйдикретинубьетнах! — заорала Венди и тот успел шарахнуться.

Ррит, замерший на обломке колонны, едва заметно повернул голову. Глянцево-чёрным ручьём стремилась к нему издалека самая опасная живая тварь, которую только создавала природа; если не считать вирусов…

Воин вскинулся.

Звук удара, когда Фафнир приземлился на дно котлована; скрежещущий шелест лезвий о лезвия. Дракон издал боевой клич и замер, снизу вверх глядя на противника.

Человек обвёл взглядом х’манков и нашёл самку с яркими волосами — ту, которая вела дракона. Самки х’манков, вопреки всем природным установлениям и здравому смыслу, ещё более мелки и ничтожны, чем их самцы. Но эта, словно человеческая женщина, оказывалась мудрее и благороднее сородичей. Пусть воин лишён оружия и брони, естественное вооружение при нём; он не беззащитен. Как бы жалки ни казались его клыки и когти против силы чудовища, но в схватке не погибнет честь. Он чувствует некоторую благодарность этой мягкопалой самке: она позволяет родиться светлой смерти, чуду кровопролития…

Истинная женщина.

Человек удостоил красноволосую снисходительного, одобряющего взгляда.

Потом чуть пригнулся и обнажил клыки.

И х’манки, затихшие, обмершие, ясно услышали:

— Нукххта!

Джек заподозрил, что Фафнир следовал своим собственным кодексам чести. Он ещё выждал, показал зубы, объявляя, что готов к бою, дал противнику время приготовиться — приличную долю секунды.

72
{"b":"117394","o":1}