ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Через сорок восемь часов танк обер-лейтенанта Кюне из 16-й пехотной (моторизованной) дивизии последним миновал мост через Дон у Аксайской. Чуть позже фельдфебель Вагнер из 675-го саперного батальона полутора тоннами взрывчатки поднял на воздух мощный наплавной мост, построенный за десять дней 21-й понтонно-мостовой командой.

1-я и 4-я танковые армии завершили свои действия южнее Дона. Благодаря сдерживающим боевым действиям 57-го танкового корпуса советским войскам не удалось перерезать пути отступления у Ростова. Предусматривавшееся наступление крупных сил советских войск от Батайска на Тихорецкую и дальше на Таманский полуостров, в тыл 17-й армии, было упреждено. Своевременное выполнение советских планов привело бы к уничтожению 17-й армии, да и всей группы армий «А» и повторению Сталинграда. Но так как этого не произошло, то действовавшие на высокогорье и в районе Туапсе немецкие дивизии смогли отойти на кубанский плацдарм.

ВЕЛИКОЕ ОТСТУПЛЕНИЕ ВЛЕЧЕТ ЗА СОБОЙ ПОСЛЕДУЮЩИЕ КРИЗИСЫ

Начинается «движение по канатной дороге» — Поворотный круг в Краснодаре — Тяжелый отход артиллерии по грязи горных долин — 49-й горнострелковый корпус на одной дороге — Арьергард полковника Ауэра

Продолжавшееся несколько недель наступление немцев на Туапсе застряло в грязи и захлебнулось в крови. В ночь на 17 декабря 1942 года были оставлены позиции на Семашхо и заняты новые позиции севернее реки Пшиш. Позади остались высоты Семашхо, Два Брата и Индюк, за которые было пролито столько крови.

Фронт замер. На новых, более удобных позициях горные егеря 1-й и 4-й горнострелковых дивизий ждали, когда с высокогорья будут отведены их части и они снова будут действовать в составе своих дивизий. Егеря 97-й и 101-й егерских дивизий и гренадеры 46, 198 и 125-й пехотных дивизий ждали весны. Они еще не знали, что в этих местах они ее встречать уже не будут!

Каждый их день на фронте был до отказа заполнен событиями, и все свои будни они проводили в борьбе. Не только в борьбе с врагом, но и в борьбе с непогодой, в борьбе за улучшение условий жизни. Находчивость и импровизация приносили свои плоды. Так, 46-я пехотная дивизия запустила свои «фабрики», которые сначала изготовили недостающие вьючные седла. Затем они переключили эти «предприятия» на производство пиломатериалов для перекрытия бараков и блиндажей.

Но вскоре и в покрытых лесами горах разнеслось слово «Сталинград». Большое отступление началось от Терека. Вскоре приготовления к нему начались и здесь.

Тем временем произошли кадровые изменения. Командовавший много лет 1-й горнострелковой дивизией генерал Ланц получил более высокую должность. Его место занял генерал-майор Штеттнер, риттер фон Грабенхофен. Начальник штаба 1-й горнострелковой дивизии полковник генерального штаба Штеетс был переведен на фронт в Финляндию, его заменил подполковник генерального штаба Тило. Командование 4-й горнострелковой дивизии перешло от генерала Эгльзеера к генерал-майору Крессу.

В связи с событиями под Сталинградом управление 57-го корпуса (Кирхнер) 26 ноября 1942 года было передано в состав 4-й танковой армии и заменено командованием специального назначения фон Фёрестера. 20 декабря и этот штаб получил другие задачи, а подчиненные ему соединения (198-я пехотная и словацкая моторизованная дивизии) перешли в подчинение соседнего слева 44-го егерского корпуса. 23 декабря командир 125-й пехотной дивизии генерал-лейтенант Шнекенбургер был назначен командиром корпуса в группу армий «Дон».

Когда 31 декабря 1942 года началось отступление немцев с Терека, командиры дивизий 44-го егерского и 49-го горнострелкового корпусов в зашифрованной форме получили план отхода. Он предусматривал в точно заданном ритме поэтапный план отхода с Понтийского (Лесного) Кавказа. При этом восточный фланг должен был отойти к почти неподвижному западному флангу Горячего Ключа.

Отход внешнего фланга, в свою очередь, был скоординирован с отходом 1-й танковой армии.

Тем временем на Западном Кавказе Советы начали проявлять активность. Сначала они хотели нанести главный удар в направлении Рожет, Майкоп. Для его подготовки саперными частями было проложено 155 километров дорог и построено 800 метров мостов. Удар должен был наноситься через перевал Тубы, тот самый почти непроходимый перевал, за который в августе дралась 97-я егерская дивизия. Ближайшей его целью был Майкоп, а последующей и дальнейшей — Тихорецкая и Батайск. От этого плана русским пришлось отказаться в связи с непреодолимыми трудностями.

Новый план советского командования предусматривал переход через горы западнее Горячего Ключа, через позиции румын. Затем предполагалось продвигаться на Краснодар, Тихорецкую и Батайск. План был принят, но и здесь возникли непредусмотренные задержки. Все тяжелое вооружение и необходимое снабжение застряло в узких горных долинах.

В конце декабря немецкие дивизии начали отвод тяжелых грузов и артиллерии. 97-я и 101-я егерские, а также 4-я и 1-я горнострелковые дивизии «повисли» на одной-единственной дороге — Туапсе — Хадыженская — Майкоп. У 97-й и 101-й егерских дивизий, артиллерия которых находилась на дороге в Хадыженскую, дела шли еще более или менее. Значительно труднее приходилось батареям 49-го горнострелкового корпуса. Начальник артиллерии этого корпуса, предусмотрительный и опытный полковник Винклер, подготовил доклад, в котором рассказывалось о непредвиденных трудностях:

«Первое впечатление было таким, что в отведенное время невозможно вывезти артиллерию из 25-километровой неслыханно грязной долины через 42 брода Гунайкй и Пшиша. Нормальный тактический отход артиллерии по гребню между Гунайкой и Гайманом за новыми позициями был невозможен. Небольшое количество еще остававшихся в живых животных обеспечить смену позиций не могло, а о моторизованной артиллерии вообще сначала не было и речи. В этом плане могли предпринять смену позиций только три горные батареи по три орудия в каждой. Для главных сил артиллерии и для находившихся в долине полевых кухонь, автомашин, складов боеприпасов и прочего войскового имущества необходимо было организовать поэтапный вывоз имеющимися в распоряжении тяжелыми тягачами. От остальных средств тяги пришлось отказаться. Тягачи ходили челноками между огневыми позициями артиллерии: от Котловины — через перевал в нижнюю долину Гунайки (пункт 1), затем до излучины Гунайки (пункт 2), оттуда в нижнюю долину Гунайки (пункт 3) и, наконец, через Пшиш до железнодорожной насыпи (пункт 4). От этого места начиналась дорога, по которой можно было кое-как проехать до Хадыженской.

Ежедневно ломались тягачи, которые благодаря работе ремонтно-восстановительных подразделений удавалось снова вводить в строй. Часто для буксировки одного орудия требовалось два тягача.

Сжатые сроки, когда морозы чередовались с дождями и разливами бродов, удалось выдержать. Поставленная задача была выполнена до 15 января 1943 года».

Подготовка советских войск к наступлению не скрылась от немецких штабов. Усиленная деятельность партизан позволяла сделать вывод, что советские войска начнут наступление на участке между Горячим Ключом и Холмской. Краснодар — важнейший поворотный пункт 17-й армии, оказался под угрозой, а вместе с ним и дорога Краснодар — Крымская, по которой должен был осуществляться отход немецкого южного фланга на Кубанский плацдарм. Предусмотрительно маршем на Краснодар был направлен 44-й егерский корпус.

Предполагалось также направить 97-ю егерскую дивизию в район Сальска, чтобы перехватить удар на Ростов. Об этом говорят записи в журнале боевых действий группы армий «А». Только критическое развитие обстановки под Краснодаром вынудило оставить там 97-ю егерскую дивизию.

В ночь на 3 января 1943 года первые роты 97-й егерской дивизии оставили свои позиции юго-восточнее Шаумяна. Днем позже за ней последовала 101-я егерская дивизия, в ночь на 4 января 228-й егерский полк оставил с таким трудом завоеванный Шаумян. Продолжавшийся отход, который привел к резкому сокращению протяженности оборонительных позиций, позволил высвободить 44-му егерскому корпусу все больше батальонов, которые незамедлительно через Майкоп отправлялись маршем

106
{"b":"117427","o":1}