ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Огонь русских начал слабеть. Саперы кинулись к мосту, чтобы из уцелевших бревен сделать переход. Первая попытка потерпела неудачу, саперы понесли большие потери. Немцы снова открыли бешеный огонь. И снова саперы рванулись вперед. Им удалось устроить переправу, набив две доски поверх обломков моста.

Затем через реку устремились солдаты третьей роты. Они умело перебрались на противоположный берег, открыли огонь и начали преследовать дрогнувшего противника. Так был захвачен небольшой плацдарм. Затем прозвучала команда: «Стой! Окопаться!»

Плацдарм стал крепче. Деревья и густой подлесок затрудняли обзор. Русские еще продолжали отстреливаться. Торопливо была предпринята атака в поперечном направлении. К полудню противник прекратил огонь из стрелкового оружия, а его артиллерия смолкла только к вечеру. Когда стемнело, на плацдарме появился Старый Фриц[5], как прозвали солдаты командира своего полка фон Шольца. Он проверил переправу и дорожные условия. С наступлением ночи хауптштурмфюрер Блум и его третья рота друг за другом по узким доскам снова возвратились на правый берег.

Пока полк «Нордланд» сражался за Термигоевскую, в ночь на 8 августа боевая группа полка «Германия» под командованием штурмфюрера Вагнера оборудовала переправу у Петропавловской. После того как и в этом месте русские заблаговременно взорвали мост, «Германии» удалось переправиться через брод и захватить плацдарм. Оба плацдарма в течение 8 августа находились под обстрелом советских войск.

К этому времени были получены новые данные разведки о том, что ниже по течению есть еще один брод, а у Тенгинской сохранился пока еще целый мост. Находившийся ближе всех от этого населенного пункта танковый батальон «Викинг» был немедленно направлен туда. Утром 8 августа танки Мюленкампа двинулись в Тенгинскую. В 11.00 там был создан плацдарм, на который чуть позже подошли роты полка «Нордланд». Уже в тот же день 3-й танковый корпус фон Макензена стоял у ворот Майкопа. В связи с этим необходимо осветить ход операции, которая была единственной в своем роде.

Штурм Майкопа представлял собой одну из самых отчаянных операций в военной истории. Перед небольшим отрядом немецких солдат, переодетых в форму войск НКВД, направленных в Майкоп впереди наступающих войск, была поставлена задача предотвратить разрушение нефтехранилищ и нефтепромыслов. Снова слово «нефть» стало волшебным. Как же все это происходило?

Лейтенант барон Фолькерзам из прибалтийских немцев, потомок адмирала, служившего и погибшего на русском флоте, в восточнопрусском городе Алленштайн собрал и подготовил группу из 62 прибалтов и судетских немцев, говоривших по-русски. Теперь интенсивная подготовка должна была принести свои плоды при выполнении поставленной задачи.

В ночь на 2 августа, когда 13-я танковая дивизия стояла под Новоалександровской в долине Кубани, барон Фолькерзам собрал своих лжеслужащих НКВД у одной из деревень, занятой советскими солдатами разных национальностей.

После того как подразделение подслушивания провело разведку, лжесолдаты НКВД получили логически обоснованные указания.

Внезапно подразделение НКВД оказалось в деревне. Откуда оно взялось, не мог сказать никто. Барон Фолькерзам приказал своим людям собрать красноармейцев и выступил перед ними с речью: «Солдаты славной Красной Армии! Фашисты еще не победили. Наш великий Сталин лишь заманил немцев на Кавказ, чтобы уничтожить их в ловушке...»

Один казак громко рассмеялся. Солдат НКВД вывел его и поставил перед оратором.

«Саботажник!» — прокричал Фолькерзам.

«Прикажите его расстрелять?»

«Позже!» — оборвал его Фолькерзам и продолжал: «Вы должны мне быть благодарны, что наше появление здесь удержало вас от дезертирства. Несмотря на это, я дам вам пример. Казаки, направо! Украинцы, вперед! Давай, давай!»

После того как всех поделили по национальностям, Фолькерзам приказал: «Казаков отвести к северу. Я сейчас подойду!»

Взвод ушел в ночь. Вскоре был найден атаман казаков, которого посвятили в план. Когда казаки подходили уже к немецким рубежам, вместо расстрела устроили фейерверк. Таким же образом были отделены и другие национальности. Позади остались только русские.

Лейтенант Фолькерзам, которого звали теперь майор Трухин, собрал своих «солдат НКВД», посадил их на русские машины и вместе с русскими поехал в направлении Майкопа. Вскоре они едва продвигались через заторы на дороге, но «майору НКВД» удавалось пробивать путь.

Мост у Армавира охраняли настоящие войска НКВД, они регулировали движение и давали указания подходившим воинским частям. Это было уже 2 августа. Лжемайор НКВД вышел из машины, подошел к настоящему полковнику НКВД и хотел доложить:

— Товарищ полковник...

— А, это наконец-то вы? Мы вас давно ждем. Как ваша фамилия?

— Майор Трухин из бригады имени товарища Жданова. Мы прибыли из Сталинграда со специальным заданием...

— Здесь вы мне не нужны. Освободите дорогу! — на этом разговор с нервным полковником НКВД закончился.

Лжемайор НКВД Трухин соединил свою колонну с той, что шла впереди. Приехал в Майкоп и остановился прямо перед штабом войск НКВД. На лестнице он повстречался с офицером, который видел барона Фолькерзама в степной деревне. Он уже доложил в штабе о «ликвидации» казаков. Лучшего начала нельзя было и ожидать. Чуть позже генерал НКВД жал руку лже-Трухину и отдавал распоряжение о размещении его людей на квартиры в соседнем доме.

Фолькерзам выставил часовых и обсудил со своими людьми дальнейшие задачи. Отдельные группы должны были сначала разведать места расположения нефтяных складов и нефтепромыслов, а затем разработать план, как предотвратить их подрывы. Сам Фолькерзам хотел отправиться на фронт, чтобы предотвратить большие потери немецких войск в случае их наступления, которое не должно было начаться раньше 8 августа. Во время вечерней выпивки генерал НКВД предложил лжемайору поехать на следующий день на фронт с инспекторской поездкой. Вот счастливое совпадение!

На следующий день они вдвоем выехали на фронт. Трухину удалось в нескольких местах убедить генерала не массировать артиллерию, а разместить ее равномерно по фронту. Фолькерзам добился этого, потому что на этом направлении немцы намечали нанесение главного удара.

До 7 августа была проведена разведка объектов и подготовлены планы. К этому времени 13-я танковая и 16-я пехотная (моторизованная) дивизии подошли к Майкопу. В городе воцарился хаос. Обозы и штабы потянулись в горы. Немцы, переодетые в форму НКВД, точно знали свои задачи. Фолькерзам с небольшим отрядом отправился на фронт, так как там в последнюю минуту оборона все же была снова усилена, именно на участке, где ожидался главный удар немцев.

Ну а потом началась серия последовательных ударов. Вечером 8 августа авангарды 13-й танковой дивизии стояли под Майкопом. Люди Фолькерзама сначала взорвали советский узел связи. Никто из русских не заподозрил, что взрыв произошел не из-за немецких снарядов, а был устроен тремя людьми из группы Фолькерзама. Все линии связи были оборваны.

В то же время отряд немцев, переодетых в форму войск НКВД, захватил телеграфную станцию. На все запросы давался один и тот же ответ: «Город оставлен. Телеграф прекращает свою работу!» Это внесло еще больше путаницы. Ни одна из воинских частей не хотела отставать. Все устремились в горы.

Очень сложно было предотвратить взрывы важнейших нефтепромыслов, находившихся друг от друга на большом расстоянии. Не везде переодетым немцам удалось убедить охрану присоединиться к отступавшим. В пригороде Макде нефтепромыслы были взорваны, а нефтехранилища подожжены.

В ночь на 9 августа 13-я танковая дивизия форсировала Лабу. После нескольких мелких боев в 15 часов три штурмовые группы 13-й танковой дивизии ворвались в Майкоп.

В первой ударной группе у северо-восточной окраины на высотах у села Калмыково было девять бронетранспортеров 1-го батальона 66-го полка боевой группы Кризолли. Вдалеке в долине лежал Майкоп. Непрерывно в направлении Майкопа поспешно отходили русские колонны. Облака пыли закрывали всю долину. Но бронетранспортеры ударной группы были пока одни. Главные силы боевой группы из-за подрыва мостов далеко отстали. Генерал Герр, находившийся в авангарде, приказал наступать дальше.

вернуться

5

Прозвище прусского короля Фридриха Вильгельма I, «короля-солдата». — Прим. пер.

21
{"b":"117427","o":1}