ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

2. Единственный большой проход, через который ведут на Туапсе железная и шоссейная дороги, сообщающиеся с прибрежной дорогой, ведущей к Сухуми, находится в Понтийском (Лесном) Кавказе.

3. Проходы через высокогорные перевалы описаны неточно. Данные о важнейшем переходе — Военно-Сухумской дороге — ненадежны. Она местами сильно разрушена, и ширина ее не превышает ширину одной повозки.

О важнейшем проходе — Военно-Сухумской дороге — в Военно-географическом описании говорится следующее:

«Военно-Сухумская дорога. От северного обреза карты до курорта Теберда (156 км), проезжая для автомобильного транспорта. Отсюда еще 34 км можно проехать на гужевом транспорте. Затем возможны следующие маршруты: 8а — через перевал Домбай — Ульген (3007 м), так же как и 7- (покрыт ледником, непроходим для вьючных животных) — 86 — через Клухорский перевал (2816 м) — Асхара. К перевалу серпантином ведет 13-километровая тропа* местами обрушенная и крутая. Перевал покрыт небольшими снежными полями. Летом пастухи гонят отары овец через перевал. Он проходим для вьючных животных. После перевала за Асхарой дорога пригодна для движения гужевого транспорта. Маршрут 40 — с трудом проходим для гужевого транспорта. (G.41) — 1936 г. начато строительство проезжей дороги через перевал, закончено в том же году. (G. 41) — 9 — через Нахарский перевал (2867). С трудом проходим для вьючных животных, на перевале — снежные поля»[7].

Оценка описания и карт позволила сделать вывод, что только части, способные передвигаться в условиях горной местности, могут действовать в условиях высокогорья. Моторизованные части корпуса, тяжелая артиллерия, противотанковая артиллерия и тыловые колонны после овладения перевалами у Туапсе должны были следовать через них к прибрежной дороге.

В это время танковые и моторизованные соединения с плацдармов на Дону и Маныче рванулись на юг. И горные стрелки двинулись за ними. От гор их еще отделяли 500 километров, но с каждым шагом егерей все больше охватывала настоящая горная лихорадка.

Пятого августа командир 1-й горнострелковой дивизии отдал приказ о формировании одной высокогорной роты для восхождения на Эльбрус. Позднее по приказу командира 49-го горнострелкового корпуса в нее были откомандированы капитан Геммерлер и четверо солдат из 4-й горнострелковой дивизии. В восхождении должны были принять участие обе дивизии. Покорение Эльбруса требовало от команды высокой горной подготовки. Состояла она из опытных альпинистов, часть из которых участвовала в восхождении на вершины в Гималаях. Капитан Грот, начальник этой экспедиции, вылетал к горному массиву на самолетах дальней разведки 4-го авиакорпуса, чтобы разведать пути подхода к вершине.

В оценках экспедиции на Эльбрус существуют различные мнения. По крайней мере, она имела ценность с тактической точки зрения, так как массив и приют на Эльбрусе представляют собой важный опорный пункт. В Эльбрусском приюте можно разместить целый батальон, он господствует над переходом из долины Кубани в Баксанское ущелье. Если бы его значение было своевременно определено, то было бы значительно легче действовать против неприступных с фронта русских позиций в районе Орджоникидзе, получить доступ к Крестовому перевалу и пройти в обход в Закавказье. Большое значение имело овладение массивом Эльбруса для обеспечения перехода из долины Кубани в Баксанское ущелье через связанные перевалы Хотю-Тау, Хасан-Чой-Сюрулген, Азау и Чипер-Азау.

Под ударами немецких танковых дивизий рушился фронт советских войск. Советская 46-я армия Закавказского фронта была оттеснена к высокогорным перевалам западнее Эльбруса и разрозненными частями отходила в горы. А немецкие подвижные дивизии в полном порядке подошли к границе гор и ждали подхода горнострелковых и егерских дивизий. Наставал час горных егерей!

Вторую директиву фельдмаршала Листа командир 49-го горнострелкового корпуса получил 10 августа под Курчевской, она существенно не отличалась от той, что была отдана в Ростове. К этому времени 1-я и 4-я горнострелковые дивизии, а также румынская 2-я горнострелковая дивизия находились в излучине Кубани. Вторым эшелоном через Ростов должен был проследовать итальянский альпийский корпус, в состав которого входили три дивизии. Они были специально предназначены для действий на Кавказе. Все участвующие в разработке планов офицеры были уверены, что такими силами можно покорить горы. Но все случилось иначе!

Относительно покорения перевалов и захвата проходов в Закавказье в некоторых высоких штабах существовали различные представления. К тому же общая обстановка претерпевала ежедневные изменения и постоянно требовала принятия новых решений. Управление 1-го танкового корпуса планировало во взаимодействии с главными силами горнострелковых дивизий прорваться через Орджоникидзе по Военно-Грузинской дороге к Тбилиси, а западные перевалы — только перекрыть, но генерал-полковник фон Клейст выступил со своим планом, который предлагал разумно определить направление главного удара с учетом недостатка сил. Но в ОKB эти планы приняты не были.

Двенадцатого августа из ОKB пришел приказ:

«49-й горнострелковый корпус снова переходит в подчинение командующего 17-й армией (временно он находился в составе 1-й танковой армии). Румынская 2-я горнострелковая дивизия переходит в подчинение 1-й танковой армии. В состав 49-го горнострелкового корпуса входят 1-я и 4-я горнострелковые дивизии и эскадрилья дальней разведки B/F 121».

Теперь перед горнострелковым корпусом стояла ясная задача: захват перевалов в восточной и центральной части Абхазского Кавказа и в районе Эльбруса. Но горнострелковым полкам до них было еще идти и идти.

Генерал Конрад поставил перед своими дивизиями следующие задачи:

4-й горнострелковой дивизии действовать на правом фланге, захватить перевалы у истоков Большой Лабы. Сосед справа — 44-й егерский корпус.

1-й горнострелковой дивизии действовать на левом фланге, захватить перевалы в истоках Теберды и Кубани. Выделить отряд охранения на левом фланге в Баксанское ущелье и на перевалы Эльбруса.

Наряду с передовыми отрядами, сформированными в дивизиях, передовые отряды были самостоятельно созданы в каждом из полков. Разгрузили имущество тыла с грузовиков, погрузили на них горных егерей, вьючных животных и все самое необходимое. Гонка к горам началась. Вскоре передовые отряды были уже у подножья гор.

Первая горнострелковая дивизия должна была наступать по Военно-Сухумской дороге, южная часть которой в Кодорской долине в 16 километрах юго-восточнее Сухуми соединяется с прибрежной дорогой. Четвертой горнострелковой дивизии предстояло продвигаться через труднодоступную долину Большой Лабы к истокам Бсыби, впадающей в 64 километрах северо-западнее Сухуми в Черное море.

Десятого августа 1942 года передовой отряд Л аваля (54-й горно-вьючный артиллерийский дивизион с четырьмя эскадронами, один взвод 54-го горносаперного батальона, группа фон Хиршфельда, группа Грота) вышел к предгорьям у Невинномысска и прошел за охранения 40-го танкового корпуса. Пятого августа город был взят 3-й танковой дивизией. В течение пяти дней советские войска отходили в горы.

11 августа передовой отряд Л аваля подошел к Черкесску и захватил там неразрушенный мост через Кубань.

По Военно-Сухумской дороге двинулся горнострелковый батальон фон Хиршфельда. Батальон был сформирован из двух лучших рот 98-го и 99-го горнострелковых полков, имел дополнительное специальное тяжелое вооружение. У слияния рек Теберда и Кубань к северу от Микоян-Шахара было преодолено сопротивление крупных сил противника, который понес большие потери. Недавно возникший крупный промышленный поселок Микоян-Шахар был взят.

Заняв Микоян-Шахар, 1-я горнострелковая дивизия получила трамплин для захвата высокогорных перевалов. Дальнейшие задачи были поставлены в приказе командира дивизии от 12.8.1942, имевшего подзаголовок «О наступлении через Кавказ к Черному морю». В нем говорилось:

вернуться

7

Цифрами и буквами обозначены условные обозначения маршрутов, указанных на схемах, приведенных в цитируемой разработке. — Прим. пер.

36
{"b":"117427","o":1}