ЛитМир - Электронная Библиотека

Его плоть взыграла при виде лесной странницы. Хотя лицо ее покрывал слой грязи, а волосы сбились в спутанный ком, платье из грубой домотканой материи не скрывало девичьих прелестей: упругой высокой груди, соблазнительных линий округлых бедер. Беззащитность в глазах Клэр и тоска по чему-то неведомому, не поддающемуся определению, только еще больше распалили желание Нэта.

Соскочив с седла, он тогда подошел к девушке и ласково проговорил:

— Ты знаешь, чего я хочу, милашка.

Клэр нервно хихикнула, а затем послушно улеглась на землю, задрав платье. Нэт даже не снял брюк. Устроившись на коленях между ее раскинутых ног, он лишь расстегнул ширинку и погрузился в тело девушки.

К закату солнца Клэр выполнила все его прихоти, все, о чем бы ее ни попросил Нэт.

С тех пор они встречались каждый день. Сегодня Нэт как раз спешил на свидание с Клэр, но этому помешала неожиданная встреча с Кэтлен. Так что появление Клэр было вовсе не случайным: она разыскивала его. «Нужно будет сегодня хорошенько отшлепать ее, — подумал Нэт, — чтобы в следующий раз не посмела больше выслеживать меня».

Глава 8

Положив в корзину остывший пирог, Кэтлен прикрыла его сверху кухонным полотенцем, затем повесила корзину на руку и повернулась к Хэтти.

— Ну, я пойду?

— Смотри, не задерживайся, возвращайся засветло. Помни, мы ждем тебя к ужину.

Питер оседлал красивого дедушкиного жеребца, чисто белого цвета, названного за белоснежную масть Снежком, помог Кэтлен взобраться в седло, подал корзину. Благородное животное сразу же приняло наездницу. Казалось, ему пришлись по нраву и ее малый вес, и бережное обращение. Легонько пришпорив Снежка, Кэтлен тронулась в путь.

Спускаясь по широкой, размытой дождем дороге, она тихо напевала свой излюбленный мотивчик, радуясь предстоящей возможности увидеться с Нэтом. Вероятно, он захочет ее проводить, тогда они вместе вернутся домой.

Кэтлен подъехала к ручью, сквозь хрустально-призрачную воду которого виднелось усеянное камнями дно. А еще через пятнадцать минут путешествия по извилистой, вившейся лентой дороге, то и дело огибавшей огромные валуны и высокие сосны, Кэтлен заметила поднимавшийся из оштукатуренной глиной трубы голубой дымок. Наконец Снежок приблизился к внушительному бревенчатому дому. Здесь во всем чувствовалась заботливая женская рука. На двух окнах висели нарядные яркие занавески; за аккуратно побеленной изгородью в клумбах цвели желтые розы и белые маргаритки, даже дорожка от калитки к крыльцу была ровненько выложена по краям булыжником. «Нужно так же обустроить свой двор», — подумала Кэтлен и осторожно, стараясь не растрясти корзину, спустилась с седла. Обмотав повод вокруг высокого столба за оградой, она открыла калитку и направилась по дорожке к дому.

Кэтлен как раз собралась взойти на крыльцо, когда на пороге появилась маленькая пухлая женщина в таком же снежно-белом, как и волосы, переднике. На ее круглом розовощеком лице светилась приветливая, радушная улыбка, темно-карие глаза дружелюбно рассматривали Кэтлен.

— Мэтт не соврал, ты действительно очень красивая, — сказала женщина.

— Вы знаете, кто я? — улыбнулась в ответ Кэтлен.

— Полагаю, внучка старого Руфа. Я знаю на перевале всех молоденьких девушек. Ни одной из них не сравниться с тобой.

Кэтлен вспыхнула от смущения. До переезда сюда никто и никогда не обсуждал ее внешность. В Филадельфии она не часто появлялась на людях. Отчим тоже держал ее под строгим надзором. А утверждениям матери Кэтлен не придавала особого значения. Разве все матери не считают своих дочек красавицами?!

— Входи, деточка, — пригласила маленькая пухлая женщина.

«Как здесь уютно», — подумала Кэтлен, охватив быстрым взглядом убранство просторной комнаты, занимавшей всю переднюю половину дома.

В части помещения, отведенной под кухню, располагался маленький очаг с кирпичной жаровней. Посредине комнаты стоял стол и четыре стула, напротив стола, у дальней стены, — застекленный шкафчик с фарфоровой посудой.

Большую часть остального помещения занимала гостиная. Особенный уют создавал большой, выложенный из камня камин. Пол устилали ручной работы ковры. Мебель, как и у Кэтлен, была простой, добротной, сделанной из сосны. Особенно привлекала внимание яркая, многокрасочная обивка дивана и кресел-качалок, а также веселые цветные занавески на больших, просторных окнах. На столике, у дивана, стояли два подсвечника и круглая ваза с желтыми нарциссами.

— Меня зовут тетушкой Полли, — произнесла женщина, привлекая к себе внимание Кэтлен. — Я присматриваю за домом и забочусь о Мэтте.

— Кэтлен, — протянула руку девушка.

— Я знаю твое имя, милая, — улыбнулась тетушка Полли добрыми карими глазами. — Нэт часто говорит о тебе. Присаживайся, сейчас попьем чайку.

— А где же братья? — поинтересовалась Кэтлен, усаживаясь за стол и ставя перед собой корзину.

— Мэтт чем-то занят в конюшне. А что касается Нэта, то я не видела его со вчерашнего дня.

Кэтлен торопливо опустила глаза, стараясь скрыть свое удивление. Значит, Нэт лгал, и Мэтт прекрасно знал об этом. Но откуда? Неужели Нэт имеет обыкновение говорить неправду?

— Мэтт придет с минуты на минуту. Наверное, устраивает в конюшне твоего жеребца, — заметила тетушка Полли, наливая чай.

Кэтлен взяла ложечку и насыпала себе в чашку сахар. Тетушка Полли, сев напротив, тоже подсластила свой чай, затем спросила:

— Ты уже знакома с кем-нибудь из соседей?

— Пока только с тремя, не считая Мэтта и Нэта: с Личем Джоунзом, с Мейбелл Скотт и с матушкой Хиггинс. Я была так занята все это время — сначала обустройством жилья, потом посадками на табачной плантации. У меня просто не нашлось свободной минуты познакомиться с соседями.

— В первое воскресенье июля у нас состоится церковная служба. Придут почти все местные жители, так что у тебя есть шанс предстать перед своими новыми соседями. Если хочешь, можешь поехать со мной и с Мэттом.

— Спасибо, тетушка Полли. Вы наверняка слышали, что со мной живут супруги негры. Если я не возьму их с собой, они оскорбятся.

Тетушка Полли задумчиво помешала чай, затем сказала:

— Думаю, они тоже могут поехать с тобой. Пусть все знают, что вы одна семья.

— Я тоже так считаю, — согласно кивнула Кэтлен. — Смиты со мной всю мою жизнь, с самого первого дня моего рождения.

— Жители Теннесси в большинстве своем — хорошие добросердечные люди, верят в Библию, оружие, в самих себя. Это смелый, но богобоязненный народ. Они соблюдают Воскресенье, бережно хранят традиции и…

— … и все, на что только могут наложить свои руки, — с усмешкой добавил внезапно появившийся на пороге Мэтт. Тетушка Полли и Кэтлен дружно рассмеялись в ответ, хотя тетушка попыталась возразить.

— Что привело тебя к нам? — спросил Мэтт, наливая чай и усаживаясь за стол напротив Кэтлен. Кэтлен достала из корзины пирог.

— Это тебе в знак признательности за все доброе, что ты сделал для меня с тех пор, как я поселилась здесь. Надеюсь, тебе понравится.

— Яблочный? Это же его любимый пирог, — вмешалась тетушка Полли, заметив, что Мэтт явно не спешит с ответом. Мэтт отлично помнил, как Кэтлен ушла сегодня с Нэтом, даже не поблагодарив за помощь, и решил, что был глупцом, взявшись помогать ей. Однако теперь он переменил свое мнение.

— Да, тетушка Полли говорит святую правду, — наконец произнес Мэтт. — Отрежь кусочек. Я попробую, посмотрю, соответствует ли он моим требованиям.

Кэтлен внимательно наблюдала, как Мэтт, откусив кусочек, тщательно прожевал его, а затем проглотил. Она рассмеялась, когда он, закатив глаза, погладил свой живот, словно только что отведал какой-то чудесной райской пищи. Тетушку Полли тоже рассмешило дурачество Мэтта. Он же, сделав серьезное лицо, сказал:

— Действительно очень вкусно, Кэтлен, я не шучу. Большое спасибо.

— Что вкусно? — вдруг появился в дверях Нэт.

15
{"b":"11889","o":1}