ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Литерные дела Лубянки
Книга о власти над собой
Воскресная мудрость. Озарения, меняющие жизнь
Северная Корея изнутри. Черный рынок, мода, лагеря, диссиденты и перебежчики
Кармический менеджмент: эффект бумеранга в бизнесе и в жизни
Бывшие. Книга о том, как класть на тех, кто хотел класть на тебя
Всегда ешьте левой рукой. А также перебивайте, прокрастинируйте, шокируйте. Неочевидные советы для успеха
Правила развития мозга вашего ребенка. Что нужно малышу от 0 до 5 лет, чтобы он вырос умным и счастливым
Магия смелых фантазий

– Вот видите, Алессьер, это очень высокая вероятность! – радостно воскликнул мой наниматель.

Я скривилась.

– Либо прирастет, либо нет,– мстительно закончил эльф, не меняя тона.

Воодушевление с лица мага моментально сползло. Я вздохнула и положила кошель с золотом на стол.

– Я возвращаю задаток, поскольку лучше останусь без золота, чем без руки. Браслет, естественно, оставляю у себя. По-хорошему, мне и задаток-то возвращать не следовало, поскольку вы утаили важную информацию, которая могла привести к моей смерти, но я это великодушно прощаю. Надеюсь, в следующий раз вы будете более откровенным с наемниками и тогда, разумеется, получите, что хотите.

Маг нахмурился. Я сделала шаг к двери.

И тут Фэй нарушил конспирацию.

«Регистрирую возмущение магиполя! Приступаю к его частичной блокировке в пределах помещения!»

В комнате вспыхнул портал, из которого шагнула пятерка воинов. Не людей – эльфов-полукровок. Хорошо хоть, что не с луками, а с короткими легкими клинками. Я, не раздумывая, выхватила квэли, Тираэль – свой меч, а маг, злобно расхохотавшись, повелел принести ему браслет и шагнул к порталу.

«Блокировка завершена».

Портал заискрил и пропал прямо перед носом мага. Тот непонимающе взмахнул рукой, произнося заклинание снова, но ничего не произошло. Я ухмыльнулась:

– Похоже, вы решили, что меня можно так легко убить? – Квэли хищно блеснули в тусклом свете, пробивающемся сквозь щели в ставнях.– И не надейтесь.

Маг бросил на меня затравленный взгляд, в котором читался испуг, а я уже метнулась вперед, к преждевременно шагнувшему вперед полуэльфу. Клинки – на пол. Стойка на руках и мощный удар обеими ногами в грудь слишком замешкавшегося полукровки.

Он вылетел в окно, проломив ставни и впустив в комнату солнечный свет. Минус один враг. Стало намного интереснее. Особенно после того, как выяснилось, что закон сохранения количества участников драки выполнился – в выбитое окно влетел д’эссайн, сжимающий в руках искривленный клинок странной конструкции с большим количеством лезвий.

– Мага не трогать! Он мой!..– Наступила короткая пауза, за время которой вновь прибывший отбил атаку чересчур быстро спохватившихся наемников.– Завтрак.

Потенциальный завтрак вздрогнул, обернулся и, приглядевшись, заверещал так, что у меня в ушах засвербело. Я поморщилась, отбивая квэлем клинок одного из полукровок-недоучек, и в ответ заорала:

– Не троньте ребенка, я за него отвечаю!

– Да кто тут «ребенок»?! – дружно возмутились все присутствующие, не прерывая, впрочем, драки.

– Он! – Я беззастенчиво ткнула клинком в сторону разошедшегося д’эссайна.

«Лесс, если тебя не убьют эти молодчики, это сделает он».

Мал еще.

Д’эссайн насадил несчастного полуэльфа, которого было схватил за горло, на вытянутый в его сторону квэли.

– Харэ тыкать в мою сторону разными острыми предметами, я и разозлиться могу, девочка! Я за свою жизнь уже успел убить больше существ, чем ты видела! – И для того чтобы подтвердить свою славу ужастика, д’эссайн поймал клинок еще одного наемника между лезвий своего клинка и сдавил его лицо в своей ладони, впиваясь ногтями противостоящих пальцев в горло.

– Точно, подросток! Только они хвастаются своими подвигами, при этом значительно преувеличивая их! – Я стряхнула труп полуэльфа со своего клинка и завертела квэли наподобие мельницы, исполосовав зазубренными лезвиями оставшихся в живых охранников. Плеснуло кровью из перерубленных артерий, алые, остро пахнущие железом капельки осели на моем лице, наверняка придавая ему жуткий вид.

Наступила тишина, прерываемая разве что подвываниями мага откуда-то из-под кровати и хрипами полуэльфа, медленно умирающего в стальном захвате д’эссайна. Я хмыкнула и, воткнув один из мечей в пол, сделала едва уловимое движение левой ладонью, и полуэльф замолчал. На этот раз – навсегда.

Серебристый дротик дрогнул в его горле аккурат между пальцами Джерайна и застыл.

– Учись, мальчик. Убийство – это искусство, а не бессмысленная резня.

– Девочка, убийство – это искусство для тех, кто не умеет убивать. Он бы умер и сам – с раздавленной трахеей при ваших слабосильных лекарях долго не проживешь. Тем более что его предсмертные хрипы необыкновенно воодушевили одного и так безмерно бодрого мага. Настолько, что он произвел психическую атаку при помощи излишков содержащихся в его организме жидкостей.– Д’эссайн ухватил мага за шкирку и вытащил его из-под кровати.– Судьба твоя известна мне. Сегодня ты умрешь и будешь съеден мною после короткого допроса. И лишь одно повлияет на последовательность этих действий – то, насколько честно ты будешь отвечать на вопросы. Кто тебе рассказал про браслет?

«Лесс, сейчас барьер рассеется!»

Я почувствовала необходимость вмешаться. Конечно, сидхе далеко не мирный народ, но даже у нас каннибализм вызывает отвращение. Есть того, кто говорит с тобой на одном языке да при этом еще и хоть как-то разумен? Не-э-эт, увольте.

– Никто никого здесь есть не будет.– Очередной дротик, пробивший шею мага, отправил последнего на тот свет.– Про браслет он узнал от одного приключенца, который, кстати, бывал в твоем склепе годика два назад. И вообще, перестань трястись над трупом, его либо убрать надо, либо самим по-скорому отсюда убраться.

Я вытерла кровь с лица и покосилась на невозмутимо застывшего у двери эльфа. Ну спасибо тебе, Тир. Знаю, что ты влез бы в сражение при необходимости, но иногда твоя политика невмешательства меня бесит.

Д’эссайн приподнялся от трупа, который почему-то выглядел существенно менее аппетитным, чем минуту назад, и отер кровь с лица.

– Ну допустим, живого я есть все равно не собирался. Да и целиком мне он тоже не нужен. Дело в том, что даже после смерти тело мага является хранилищем для его магической энергии, а если маг сильный – то еще и для души. Впрочем, мне его гнилая душонка без надобности. В отличие от его маны,– во время разговора он вытирал клинок об одежду трупа,– но я уже получил желаемое. Можешь делать с телом все, что хочешь. К примеру, разобрать на внутренние органы и принести их в жертву вашим богам, для лучшей охоты – так, кажется, делала ваша братия во времена моего прапра– прапрапрапрадеда. Или выцедить из него кровь по капле и подарить ее вместе с остатками жизненной силы какому-то-там дереву. У вас и не такие обычаи были – так что вы лезете в наши?

Джерайн что-то сделал со своим мечом, что тот превратился в «ноль на палочке» – большую сияющую окружность с рукояткой. Внимательно осмотрел заточку острия и, видимо удовлетворившись ею, продолжил:

– К сожалению, придется покинуть это здание – выброшенный из окна полуэльф предпочел в полете превратиться в полу-полуэльфа. Народ, конечно, не сразу обратит внимание на такую неприятность, но через полчаса стража, наверное, придет сюда интересоваться.

Я вздохнула. Похоже, до него так и не дошло. Очистив лезвия квэлей от крови, я забросила их в наспинные ножны. Подошла к сидящему на полу д’эссайну. Наклонилась так, чтобы наши лица разделял всего вершок.

– Мальчик, ты, похоже, так и не понял. Нет никаких «ваших» обычаев. И д’эссайнов больше нет. Твоя раса сгинула пять веков назад в небытие. Ты – один. Последний представитель своего рода. Мир изменился. Он живет без д’эссайнов. И сидхе уже не такие кровожадные, какими когда-то были,– уже нет нужды в подобных устрашениях. Привыкай, мальчик. Ты – один.

Джерайн несколько секунд смотрел мне в глаза, а потом совершил наиболее странный поступок, на который он был в этот момент способен,– впился долгим поцелуем в мои губы. К сожалению, высвободиться мне удалось не сразу.

– Так им и надо. Но наши обычаи умрут с последним д’эссайном, кто бы им ни был, тем более еще не факт, что я последний. Кроме того, после нас останется... остался страх, не так ли? А страх подразумевает веру. Это значит, что мы бессовестным образом отняли у судьбы свой шанс.

– Мальчишка,– вздохнула я, умудрившись выскользнуть из его объятий, больше напоминавших стальные тиски. Очень неприятное ощущение, не уверена, что мне хотелось бы испытать его еще раз.– Эгоистичный подросток, в котором бушуют гормоны, спесь и жажда крови. Мне жаль тебя. Но есть надежда, что ты все-таки доживешь до того возраста, когда начинаешь понимать в этой жизни хоть что-то.

14
{"b":"12","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Прочь от одиночества
О чём не говорят мужчины, или Что мужчины хотят от отношений на самом деле
Самостоятельный ребенок, или Как стать «ленивой мамой»
Все, кроме правды
Искажение
Белый квадрат (сборник)
Час трутня
Замок из стекла
Иллюзия греха