ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Здравствуйте…

— На колени, я сказал! — молодой подскочил сбоку и поднял автомат. — Вот так. И руки давай в стороны. Шипа, чекани гостя.

Пожилой, закинув «калаш» за спину, неспешно приблизился к Игорю. Наклонившись, он похлопал сверху по карманам куртки пленника, после чего отступил назад.

— Снимай пиджачок. Медленно! Бросать не надо, просто положи перед собой. Вот молодец. Вовка, скажи братьям, пусть подъедут — грузить будем.

Не опуская автомат, молодой прикоснулся к висевшей на поясе рации.

— Гриша, давай.

Где-то совсем рядом, за деревьями, глухо взревел двигатель, и из чащи на трассу медленно выбрался старый армейский «уазик». Он выглядел довольно экзотично: бурого цвета, с прожектором на крыше и стальной сеткой поверх лобового стекла. На дверцах — выцветшая давно забытая республиканская символика.

Не доезжая до «капкана» метров десять, автомобиль затормозил. Дверь кабины распахнулась, и на землю спрыгнул человек — лысый и красномордый, почти двухметровый великан, в том же странном одеянии, что и его товарищи. В руке он держал обрез.

— Ну? — хрипло проговорил он, подходя. — Куда его?

— В Город отвези, к Медику. Карманы только сперва проверь, как следует, — молодой опустил автомат и кивнул Игорю. — Всё, вставай, митя. Людей хотел посмотреть — вот и посмотришь. Если не убьют, то ещё свидимся. Покеда.

* * *

Глядя, как снаружи, за узким зарешеченным окном, пробегают молчаливые вековые сосны, Игорь невольно вспомнил своё освобождение из «Полигона». Когда это было? Четыре месяца назад? Четыре года? Или четыре века… Только теперь всё обстояло совсем иначе: он — один, вокруг — враждебный незнакомый мир, а вместо свободы его ждет неизвестность…

Интересно, где же сейчас Лера?

«Уазик» вдруг перестал трястись — вместо гравия под его колесами появился асфальт.

Автомобиль сделал очередной поворот, и деревья неожиданно расступились, открывая удивительную, почти фантастическую панораму. Стоящие ровными рядами, совершенно одинаковые серые пятиэтажные дома, все как один — с густо заросшими крышами и идеально правильными рядами чернеющих окон; это больше походило на гигантское инопланетное кладбище, чем на город, в котором живут люди.

— Ну, как? Нравится? — ухмыльнулся красномордый, толкая Игоря локтем в бок. — Перебраться сюда не хочешь?

— Нравится. Ещё как. Наручники сними.

— Слышь, Гриша, ему нравится, — красномордый подмигнул в зеркало водителю — такому же лысому, как и он сам, здоровенному верзиле. — Может, здесь его и похоронить?

— Хорони. Если заняться нечем.

— Да ладно. Я же так. Шучу.

Город стремительно приближался. Из-за пятиэтажек уже можно было разглядеть здания, расположенные, по-видимому, в самом центре города: мрачные высотные дома из серого камня, темнеющие корпуса промышленных объектов, а ещё — местную телебашню, явное излишество и роскошь для такого места как Ново-Северск.

Красномордый, некоторое время молча смотревший в окно, снова повернулся к Игорю.

— Слышь. А ты вообще кто? Наш или ихний?

— Сам по себе. Без смысла пока.

— Вон оно что, — в голосе конвоира мелькнуло понимание. — Давно отскочил?

— Полгода скоро.

— Да… На воле время быстро идёт… Где мотал-то?

— В «Полигоне». Центральный федеральный округ.

— Не слыхал, — пожал плечами красномордый. — И как там?

— Смертность высокая. От острой сердечной недостаточности. А в остальном — рай, как и везде.

Автомобиль, наконец, достиг городской черты. За окном потянулись всё те же серые пятиэтажные дома, потемневшие от времени бетонные заборы, буйно разросшиеся зеленые насаждения.

Проехали перекресток. Затем второй, третий… Судя по всему, они направлялись в центральную часть Ново-Северска, но, сколько бы Игорь не вглядывался сквозь пыльные стекла «уазика», ему не удалось увидеть снаружи не только ни одного автомобиля, но даже ни одного прохожего.

— Тихо у вас, — выразил он недоумение. — Вымерли все что ли?

— Ага, точно. Вымерли, — ухмыльнулся конвоир. — Да ты не беспокойся, все там будем… Гриша, на завод заезжать не надо, давай сразу в «Кремль».

— Туда и еду, — хмыкнул водитель. — Вчера «третью» закрыли, поэтому — в объезд. Я думал, ты знаешь…

— Не, не знаю. А чего закрыли-то?

— Хобот сказал, под «третьей» пустоты засекли. Обвала боятся.

— Опять пустоты… Так иной раз задумаешься, а может и правда — черви земные выгрызают?

— Ты б «технички» жрал поменьше — так, глядишь, и черви бы не мерещились.

— А я причем? Откуда-то же они берутся, эти пустоты…

«Уазик» снизил скорость и выехал на небольшую площадь, в центре которой располагался высокий стальной постамент в виде колонны. Самого памятника на постаменте не было.

Автомобиль обогнул колонну, словно намеревался подъехать к помпезному гранитному зданию — очевидно, бывшей мэрии, но вместо этого остановился возле двухэтажного кирпичного дома напротив.

«Федеральный банк России», — гласила потемневшая металлическая вывеска над единственным его подъездом.

— Ну, вот и приехали.

Красномордый отдал обрез водителю и, щелкнув замком, снял с Игоря наручники.

— Вылезай.

20

День клонился к вечеру.

Сквозь широкое, забранное могучими коваными решетками окно можно было видеть бледный розовый закат над коробками домов, а также чернеющие на его фоне мрачные силуэты заводских труб и энерговышек, уходящих в холодное безжизненное небо.

Кабинет, очевидно принадлежавший когда-то одному из руководителей банка, хотя и не поражал своими размерами, выглядел довольно внушительно: низкая кожаная мебель, массивный, с мраморной столешницей письменный стол, камин, явно ручной работы. Стены же украшали бронзовые подсвечники, а также полотна на исторические темы.

За столом, в высоком, похожем на трон кресле сидел человек в сером костюме и читал глянцевый журнал. Помимо небольшой стопки книг, хрустальной пепельницы и мерцающего в режиме ожидания небольшого монитора, на столе присутствовал странный сувенир — миниатюрная, искусно сплетенная из колючей проволоки новогодняя елка.

— Проходи, не бойся, — человек, наконец, оторвался от чтения и, прищурившись, посмотрел на Игоря. — Если ты — здесь, то бояться уже не имеет смысла. Прошу.

Он жестом указал на один из стульев, после чего перевел взгляд на конвоира.

— Надеюсь, вы не забыли его обыскать?

— Нет, не забыли. Вот, в пакете… — пролепетал краснорожий внезапно поникшим голосом. — Куда всё положить?

— Ко мне на стол, — усмехнулся хозяин кабинета, — куда ж ещё. Теперь спустись вниз, скажи, что мне нужен Слава, а сам можешь быть свободен.

— Да, сейчас…

— Я же попросил тебя сесть, — человек вновь посмотрел на Игоря, как только конвоир вышел. — Неужели это так сложно?

Ему было чуть больше пятидесяти. Щуплый, невысокого роста, с острыми чертами лица и седой бородкой, он походил бы на доктора из детских сказок, если бы не холодный и выразительный, почти гипнотизирующий взгляд его черных бездонных глаз.

— Прошу, — повторил он с нажимом.

— Да, конечно. Извините.

Игорь пододвинул к себе один из стоящих у стены стульев и сел, с любопытством оглядываясь и стараясь выглядеть естественно.

— Если честно, я не совсем понимаю, где нахожусь, и поэтому…

— Звали, Пётр Леонидыч? — в дверях возникла фигура крепкого молодого человека в офицерской, но без погон военной форме.

— Да. Проходи, Слава, — кивнул хозяин кабинета. — Возможно, мне понадобится твоя помощь… А возможно и нет. Итак.

Он снова обратился к Игорю.

— Есть два варианта. Вариант первый: всё как на духу. Кто такой, откуда, зачем пожаловал. Вариант второй: будет больно и страшно, и только потом — всё как ну духу. Тебе какой?

— Негусто вариантов, — заметил Игорь. — Но, вообще, наверное, лучше первый.

— Разумеется, — холодно согласился «доктор». — Обычно так и бывает: сначала первый вариант, затем второй. Рассказывай.

42
{"b":"121085","o":1}