ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
О теле души. Новые рассказы
Богатый папа, бедный папа
Девочка, которая не видела снов
Наследница Каменной пустоши
Друг государства. Гении и бездарности, изменившие ход истории. Предисловие Дмитрий GOBLIN Пучков
Орден бесогонов
Все афоризмы Фаины Раневской
Биомеханика. Методы восстановления органов и систем
Сущность
A
A

— Терри Крамп, медиа-магнат. Исчез около года назад. Вы уверены, Пол?

— Конечно. Почему-то я очень хорошо запомнил его лицо…

— Ну что ж, господа, я думаю, на этом вполне можно заканчивать… Скажите, мистер Рутгер, а вам бы не хотелось покинуть клинику Уорна Гэлланта? Мы могли бы предложить вам, сэр, более комфортабельные условия и гораздо более углубленное лечение — в правительственном госпитале в Вашингтоне. Сегодня там сосредоточены лучшие специалисты страны, а также ученые…

— Вообще-то, я не против, но…

— Разумеется, ваше пребывание в госпитале будет полностью оплачено из бюджета госдепартамента. Там, в спокойной обстановке мы могли бы куда более подробно поговорить и о Биг Кампе и об «Ареале девять». Кстати, вы не знаете, существуют ли ещё какие-нибудь, кроме «Ареала девять», поселения людей на планете Бэта?

— Точно не знаю, но думаю — да, существуют, ведь «точек входа» на Земле несколько. К тому же, мне говорили, что где-то на свете есть и второй «конус», но кто его владелец — никому не известно.

— Хорошо, Пол. Спасибо. Сейчас я и мистер Рэдд обсудим с доктором Саади несколько организационных моментов, касающихся вашего временного переезда в Вашингтон, а вы пока можете отдохнуть у себя в палате.

— Как скажете, сэр. Надеюсь, это не займет много времени…

— Разумеется. Я тоже так думаю… И ещё. У меня к вам сугубо личный вопрос, ответ на который мне не терпится получить прямо сейчас.

— Да, конечно. Слушаю вас, мистер Четски.

— Пожалуйста, объясните мне, Пол. Хотя бы в двух словах. Объясните мне, ибо я не понимаю, похоже, самого главного.

Для чего и по какой причине сенатор Хельм решил переселиться в «Ареал девять»? Зачем, вообще, это ему понадобилось? И что там делают все остальные люди? Скажите. Ведь вы не можете этого не знать.

— Для чего он решил… Мистер Четски, вам когда-нибудь снились вещие сны?

— Что? Какие ещё сны?

— Или, может быть, вы видели во сне кого-то, о ком помните до сих пор и будете помнить, наверное, до конца ваших дней?

— Послушайте, Пол…

— …А если видели, то не будет ли чистой правдой сказать, что больше всего на свете вы хотите вновь погрузиться в тот самый сон? Погрузиться так, чтобы он больше никогда не заканчивался… Пожалуйста, не врите себе, мистер Четски.

— Если честно, я не совсем понимаю…

— О да. И никогда не сможете понять. Пока не окажетесь там, в «Ареале девять»… А теперь я прошу прощения, господа — через десять минут здесь начинается обед. До скорой встречи!

— Послушайте, Четски, вы что, в самом деле, хотите забрать его с собой?

— Пока не знаю. Сначала мне нужно связаться со своим боссом…

— А, по-моему, всё это — типичный бред шизофреника. Когда я думаю, что пролетел почти две тысячи километров ради этого дешевого спектакля, мне хочется собственноручно укоротить один очень длинный язык в нашем департаменте…

— Видите ли, Аллан, я с радостью соглашусь с вами и даже поддержу вас в желании отрезать как можно больше длинных языков, однако в данном деле присутствует один весьма странный и при этом действительно серьезный момент.

Из почти двадцати произвольных фотографий Рутгер почему-то сразу и безошибочно выбрал тот самый единственный снимок, на котором запечатлен Терри Крамп. Человек из «списка Линберга».

37

Что это? Растения или животные? Или, может быть, это вообще — нечто неживое?

Массивные, застывшие неподвижно, словно статуи, серые, темно-зеленые и фиолетовые бутоны на низких толстых стеблях, они больше походили на гигантские образцы генетически измененных в фармо-инкубаторе грибов, чем на любые, пусть даже самые экзотические цветы.

Впрочем, грибы мало где растут в таких количествах — плотные заросли странных растений простирались до самого горизонта, превращая равнину в безбрежный фиолетовый океан.

А ещё у грибов не бывает глаз.

Собственно, на бутонах тоже не было заметно ничего похожего на глаза, но Игорь не мог отделаться от впечатления, что вся эта растительность хоть и равнодушно, но пристально наблюдает за ними, медленно бредущими под ослепительно-желтым светом тяжелого полуденного солнца.

Время от времени им на пути попадались одинокие деревья. Необычайно высокие, с тонкими гладкими стволами, они уходили ввысь на многие десятки метров, и для того, чтобы разглядеть их огромные, густоветвистые, но почему-то совсем без листвы кроны, приходилось основательно задирать голову.

— Смотрите, вон он! — идущий впереди Лёха неожиданно остановился, указывая рукой куда-то в сторону. — Я его вижу!

Игорь и Валерия тоже замедлили шаг, старательно всматриваясь вдаль.

Там, у самой линии горизонта, где заросшая «грибами» равнина почти сливалась с яркой синевой безоблачного неба, можно было разглядеть тончайший серый контур, устремляющийся вертикально вверх от земли и теряющийся уже где-то в стратосфере.

— Колосс… — негромко проговорила Лера. — Наконец-то. Это он.

— До него — километров двадцать, не меньше, — сощурился Игорь, прикладывая руку козырьком ко лбу, — а то и все тридцать…

— К самому Колоссу нам идти не нужно. Где-то в радиусе вокруг него должны находиться развалины древнего поселения — это и есть наша цель. Лёша, достань бинокль…

Игорь в который раз отметил про себя, что, несмотря на полную ирреальность и фантасмагоричность окружающей его действительности он почему-то начисто утратил способность удивляться и сейчас воспринимает происходящее спокойно и отстраненно, словно находится во сне или под гипнозом.

— Эй, народ, — произнес он, продолжая вглядываться в далекий горизонт, — ещё у кого-нибудь есть чувство, будто всё вокруг — всего лишь галлюцинация или сон? Или я один такой чувствительный?

— Нет, не один, — хмыкнул Лёха. — Мне до сих пор кажется, что я вот-вот проснусь. Уже всё ухо исщипал себе…

— Не обращайте внимания и не бойтесь, — опустила бинокль Валерия, — это всего лишь защитная реакция психики. Просто сейчас мы попали в новую, совершенно незнакомую экосистему, которая слишком сильно отличается от привычной для нас среды обитания.

— Ну, хорошо, попробуем не бояться… И куда нам идти?

— Я не уверена, но там, вдали, за деревьями, виднеются не то холмы, не то руины. Вряд ли здесь могут быть какие-то ещё постройки кроме тех, что мы ищем… Поэтому предлагаю идти туда.

— Дай-ка взглянуть…

Игорь приложил бинокль к глазам.

— Больше похоже на скалы, чем на что-то созданное людьми… С другой стороны, откуда здесь скалы?

— Вот именно, — вмешался Лёха. — Мы прошли уже прилично, но ни разу не встретили ни скал, ни даже просто камней… Но и насчёт «созданного людьми» ты, скорее всего, погорячился.

— В любом случае, других вариантов у нас нет, — подвела итог Лера. — Так что, идём.

Не дожидаясь ответа, она решительно зашагала по направлению к Колоссу.

Постояв молча некоторое время, Лёха подхватил свой рюкзак и поспешно устремился за ней.

— Ну что ж, — задумчиво произнес Игорь, провожая их взглядом, — надеюсь, вы знаете, куда идёте…

В который раз оглядешись по сторонам, он вздохнул и двинулся следом.

* * *

Два ряда внушительных, десятиметровой высоты, строений: монолитные, из неизвестного, похожего на камень материала черные «коробки» домов со множеством узких вертикальных отверстий (по-видимому, окон); в каждом из зданий — по паре необычайно просторных прямоугольных проемов, словно эти «двери» предназначались не людям, а великанам.

«Каменная деревня», как окрестил про себя Игорь это странное место, укрылась почти на самом дне окружённой холмами долины, среди густых зарослей какого-то кустарника и множества низкорослых лиственных деревьев. Покрытые темно-фиолетовым мхом, искривленные, причудливой формы стволы, на ветвях — сморщенные темнокоричневые не то плоды, не то крупные ягоды, чуть вытянутые и похожие на мелкие груши — такую растительность путники увидели здесь впервые.

74
{"b":"121085","o":1}