ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Воздействуя на мозг, Рефрактор каким-то образом стимулирует ту его часть, которая отвечает за хранение сверхценных личностных паттернов, причем именно тех, на которые наложено самое сильное табу подсознания: закрытые или вытесненные массивы воспоминаний об умерших близких людях. Стимулирует настолько мощно, что мозг воссоздает необычайно подробные, информативные (в том числе и эмоционально), образы, которые я назвал — «инфо-макросы».

Но, в отличие от обычного галлюциногена, Рефрактор не заставляет разум порождать галлюцинации и не порождает их сам. Получив от мозга свежевоссоданный образ — «инфо-макрос», башня отправляет его в так называемое Единое Информационное Поле, которое находится не то в каком-то параллельном мире, не то где-то ещё и, найдя в нужном сегменте этого Поля соответствующую на сто процентов личность, открывает носителю пораженного мозга уникальный коммуникативный «тоннель». С помощью такого тоннеля два разума могут общаться друг с другом сколь угодно долго, без риска повторений одних и тех же сюжетов или утраты реальности происходящего (к чему, кстати, рано или поздно привели бы диалоги с галлюцинацией).

При этом, контакт настолько реален и правдоподобен (данный факт опять же говорит против версии о галлюцинации), что человек видит не просто «инфо-макрос» близкого, а видит самого близкого — то есть слышит его речь, может дотронуться и ощутить тепло его рук, уловить знакомый с детства запах и т. д.

Зачем и кому это нужно? Не знаю.

Возможно, Высшие и не желали наступления гибельных, роковых последствий для Мегаполиса, когда строили и запускали Рефрактор: он был им нужен лишь для контроля над агрессивной фауной. Улетая, они даже не удосужились отключить устройство, ведь их задача была уже выполнена. Но, возможно, башня использовалась ими всегда во время освоения планет в качестве разновидности «невидимой войны» или «мягкого вторжения», чтобы спокойно и без риска хозяйничать на свежеоткрытой территоррии (особенно если предположить, что все они являлись роботами). К сожалению, никто, кроме них, не может дать ответа на этот вопрос.

Теперь — о том, как могут быть связаны трехмерные образы близких и «лакуны Лейнера».

Да очень просто! С течением времени установка могла полностью или частично выйти из строя. Реагируя на какие-то свои, вызванные поломкой или износом внутренние импульсы, Рефрактор генерирует кратковременные «пустые», не направленные «инфо-макросами» тоннели, которые по умолчанию ведут всегда в один и тот же сегмент информационного поля, а через него — и к соответствующему такому полю реальному трехмерному миру. В данном случае — к миру Земли.

Возможно, такие импульсы многократно превосходят по своей силе импульсы, порождаемые во время «обычного использования» устройства — именно поэтому мы можем перемещаться по этим тоннелям не только как информационные сгустки, но и как материальные физические тела. Но я не случайно подчеркиваю здесь наличие обязательного «посредника» — информационного поля: ведь без его участия физическое тело не могло бы попадать каждый раз в одно и то же место. Хотя бы потому, что планеты движутся и вращаются с разной скоростью…

Впрочем, всё это — не более чем гипотезы. А с точки зрения нашего завкафедры Синяева, я догадываюсь, и вовсе — «бред сивой кобылы». Пусть так.

Сейчас это уже не имеет никакого значения. Сейчас мне важно вернуться домой.

Я долго думал, где может находиться наиболее вероятная зона для образования «обратного окна Лейнера» (или, если следовать логике названий, уже — «окна Савелова»), пока, перебирая всевозможные варианты, меня не осенила идея. Если предположить, что причиной возникновения спонтанного импульса является Рефрактор, то «зону возвращения» следует искать не где-нибудь, а на маскимально близком к нему расстоянии, если вообще — не внутри башни.

Однако, просидев несколько часов на склоне пологого кратера, в центре которого и расположен предполагаемый источник всех несчастий планеты-бэта, мне не удалось визуально зафиксировать вблизи него ни единого факта появления «лакун». Тогда я вспомнил про односторонний оптический эффект и предположил, что «окна» могут быть точно так же не видны и здесь, вблизи самого Рефрактора, а не только в относительно удаленных от него «точках входа».

Разумеется, зто легко проверить в любой момент, просто спустившись со склона вниз и начав приближаться к башне. Если двигаться медленно, помня при этом, что вокруг спонтанно возникают и изчезают «обратные окна Лейнера», то рано или поздно можно оказаться внутри одного из порталов и, соответственно, переместиться в исходный трехмерный сегмент, а именно — обратно на Землю.

Казалось бы, всё элементарно, проще некуда. Пришел сюда через случайное «окно», открывшееся где попало — ушел отсюда через гарантированный каскад «окон» возле главного их источника (излучателя или генератора, не важно).

Тем не менее, меня смущают некоторые моменты.

Во-первых. Кто сказал, что порталы, образованные «пустым» импульсом, всегда ведут в один и тот же сегмент информационного поля? Не окажется ли так, что здесь, вблизи башни, эти порталы ввиду, возможно, ещё более мощного импульса в той или иной степени изменяют и траекторию перемещения физического тела? Или, говоря проще, не окажусь ли вместо родной Сибири где-нибудь в Австралии, или того хуже — на Сатурне?

Во-вторых. Почему здесь, в непосредственной близости от Рефрактора — совершенно не характерная для здешних мест поверхность земли? Не то побелевший на солнце сухой цемент, не то какой-то странный песок. Не исключено, что Высшие могли оставить в этом месте какую-нибудь защиту типа силового поля или ещё чего-нибудь пострашнее. Ведь на дне кратера даже травинки нигде не выросло, за сотни-то лет…

И в-третьих. Где гарантия того, что всё, о чем я тут пишу — есть объективная реальность, а не плод моего воображения или бред, вызванный тем же Рефрактором?! Так сказать, галлюцинации умирающего…

В любом случае, другого выхода у меня нет.

Жара. Одиночество. Смертельный ужас перед участью Робинзона. Робинзона в параллельном мире, почти без шансов на возвращение.

Долго ли я здесь протяну? Бежать от Рефрактора бесполезно, прятаться — тоже. Ампулы на исходе, а надеяться на то, что за мной пришлют спасателей, не имеет смысла. Вот чем обернулось мое безрассудство.

Сейчас я закончу это письмо, умоюсь в одном из колодцев и в последний раз поем здешних странных яблок. После чего отправлюсь к центру кратера.

Если сложится так, что никаких «окон» в кратере нет, то я не стану дожидаться прихода близких. Я сам уйду к ним. Пока ещё запасов лекарства для этого хватает. И если ты, путник, когда-нибудь прочтешь эти страницы, то знай: тело неудачника Ильи Савелова покоится в одном из ближайших домов.

Я помечу его небольшими оранжевыми буквами: «И.С.»»

Игорь перелистнул последнюю страницу и прочел:

«Прежде чем выступить в поход к Рефрактору, я набрал несколько крупных камней, похожих на гранит — буду бросать их прямо перед собой по ходу движения. Начало моего пути — отсюда, от гончарной.

Леночка. Отец. Я люблю вас».

* * *

Он довольно долго просидел так — молча, с пожелтевшими листками бумаги в руке, привалившись спиной к каменной стене заброшенного дома. До наступления вечера было ещё далеко: «бэта-солнце» хотя и покинуло свою верхнюю точку, но пока ещё оставалось на дневном, по мнению Игоря, уровне. Впрочем, какая разница?

Тщательно и осторожно, почти с почтением, он вновь обмотал письмо ученого пленкой, а затем аккуратно упаковал в рюкзак. Кто знает, может быть, когда-нибудь это письмо смогут прочесть и другие.

Эх…

Игорь вздохнул и, опираясь рукой на камни, медленно поднялся.

— «В одном из ближайших домов»… — повторил он вслух. — Ну, что ж, сейчас поищем…

Подходящих построек было немного. Большинство расположенных рядом строений представляли собой жалкие развалины, и даже с учетом того, что послание Савелова было написано почти полвека лет назад, уже тогда ни один из них не подошел бы не только на роль последнего приюта, но даже — обычного ночлега.

85
{"b":"121085","o":1}