ЛитМир - Электронная Библиотека

Астрологическое верование, признающее, что люди, рожденные под известными созвездиями, не могут избегнуть греха, явно еретическое. Не менее еретическим было учение, утверждавшее, что при определенном положении звезд, обратившись с молитвой к Богу, всякий может получить исполнение своих желаний. Шпренгер заявлял, что астрология находилась в тайном договоре с демонами. Из всего этого ясно, что под влиянием все возраставшего враждебного отношения к тайным наукам астрология постепенно стала наукой запрещенной; долгое время бывший спорным вопрос о том, куда относить ее, был, по крайней мере в Кастилии, а затем и во Франции, разрешен. Во Франции астрология была осуждена постановлением, принятым в 1494 г. В 1387 г. Хуан I Кастильский отнес астрологию к числу гаданий, подлежащих наказаниям. Университет пришел к заключению, что астрология, заявляющая претензию на пророчество или приписывающая сверхъестественную силу разумным действиям и вещам, сделанным при известных созвездиях, есть наука ложная и суеверная. Постановление парламента также осуждает астрологию и запрещает обращаться к астрологам или гадателям; типографщики не должны печатать книг, посвященных этому предмету; епископы должны преследовать астрологов.

Вопрос об онироскопии, или толковании снов, являлся трудной проблемой. Фома Аквинский признавал законными гадания по сновидениям, когда последние происходят или от естественных причин, или от божеского откровения, и осуждал их как нечто незаконное, когда сновидения являются следствием дьявольского наваждения.

Так как границы чернокнижия в священной магии были крайне неопределенны, казуистов смущал обычай служить заупокойные обедни по живому человеку с целью вызвать его смерть. В середине XV в. ученый епископ Уенки осуждает этот магический обряд. Тем не менее одна не датированная средневековая рукопись, объявляя подобное действие с целью удовлетворения личной вражды греховным и предписывая отстранить священника от должности, пока он не искупит своей вины, не видит в нем греха, если подобная обедня служится в общественных интересах, так как она свидетельствует о смирении, с которым желают смягчить божий гнев. Обычай служить подобные обедни был довольно распространен, так как исповедникам поручалось спрашивать у исповедующихся, не служили ли они или не заказывали ли подобных обеден. В 1500 г. во время ссоры между епископом Камбрэ и его капитулом декан, прево и каноники самовольно ввели в обедню нечто вроде проклинательной литании (молитвы), составленной из угрожающих мест из псалмов и пророков: совершавший богослужение произносил эти литании, повернувшись спиной к алтарю, а хор детей давал ему реплики. Парижский университет пришел к заключению, что поза священника и ответы хора делают эту обедню похожей на заклинание; поэтому подобные угрожавшие обедни можно служить лишь в крайней опасности, а не против епископа.

В конце XIII в., получив в свое ведение преступления магии, инквизиция установила правила и формулы, которые предназначены были служить руководством для чиновников, и пускали в ход преследование лиц, занимающихся запрещенными науками. Руководство к судопроизводству, опубликованное около 1280 г., содержит образец допроса, охватывающего все мелочи известной в то время магии.

В ведении инквизиции магия стала простой ересью. Инквизиция заботилась только о том, чтобы выяснить учение, на котором магия основывалась; а все ереси были одинаково преступны, независимо от того, в чем они заключались. Еретик-чародей сознанием и отречением всегда мог избежать костра и подвергнуть себя лишь одной епитимье, тогда как светский суд приговаривал только к костру. Инквизиторские приемы всегда умели доводить до признания, и руководства для инквизиторов дают образцы отречения и приговоров. Но во время эпидемии колдовства (XV в.) инквизиция стала искать предлогов отдать на сожжение даже раскаявшиеся жертвы.

Как только инквизиция занялась систематическим искоренением чародейства, оно начало играть все более и более видную роль в предубеждениях людей. Одно из обвинений, выдвинутых против Бонифация VIII в 1303 г. на Луврском собрании, гласило, что папа держал при себе демона, обязанного говорить ему о всех происшествиях, и что сам он был чародей и советовался с гадателями и лжепророками. Около того времени епископу Ковентри ставили в вину, что он обращался за советами к демону. В 1308 г. сеньор Ульма был приведен в Париж по обвинению в том, что пытался извести свою жену чародейственными средствами; женщины, к помощи которых он прибегал в этом деле, были сожжены или зарыты живыми.

После смерти Филиппа Красивого Карл Валуа решил погубить Энгеррана де Мариньи; его обвинили в том, что он приказал сделать восковое изображение, которое должно было вызвать медленную смерть Карла, молодого короля Людовика Сварливого и других лиц. 26 апреля 1315 г. Энгерран был приведен на совет дворян, тщательно выбранных и собранных в Венсенне, осужден к повешению и казнен 30 апреля. В 1312 г. на общем собрании францисканцев был принят статут, запрещавший братьям, под страхом отлучения от Церкви и тюремного заключения, заниматься алхимией, некромантией, гаданием, заклинанием и призыванием демонов и иметь подобные книги.

Папа Иоанн XXII, будучи одним из самых ученых богословов своего времени, глубоко верил в действительность чародейства и страшно его боялся. В 1317 г. он дал полномочия епископу суда судить хирурга-брадобрея Иоанна д'Амана и разных клириков святого дворца, обвиненных в покушении на жизнь первосвященника. Под пыткой все обвиняемые сознались, что воспользовались восковыми изображениями. Они были осуждены и казнены. В 1318 г. Иоанн XXII предписал доминиканскому провинциалу в Леванте назначить особых инквизиторов во все местности, где исповедовалось католичество, для искоренения магии и чародейства. Он приказывал предавать анафеме чародеев и наказывать их как еретиков; сжигать все книги, посвященные магии. В 1330 г. папа приказал прелатам и инквизиторам немедленно закончить находящиеся в производстве дела магов и чародеев и переслать их ему для окончательного решения. Дел о чародействе много было рассмотрено епископской инквизицией в Памье за 1320 и 1321 гг. Реестры Каркассона за 1328 и 1329 гг. упоминают о многих осужденных за это преступление. Инквизиторы начали вводить во все формулы отречения, предлагаемые кающимся еретикам, оговорку, касающуюся чародейства, так что, если покаявшиеся когда-нибудь предались бы ему, их можно было тотчас же сжечь, как рецидивистов.

В июне 1326 г. в Тулузе нашли нескольких чародеев. Их немедленно отправили в Париж, и дело поступило в уголовный суд в Шателэ. В распоряжении суда были все пытки; скорый и строгий суд быстро привел обвиняемых на костер.

Хотя в 1374 г. Григорий XI поручил инквизиции преследовать во Франции все преступления, связанные с чародейством, но парламент, в своем стремлении вмешиваться и духовную юрисдикцию, не выпустил из своих рук этих дел. В 1390 г. парламент постановил, что все дела о чародействе будут подсудны исключительно светским, а не духовным судам. Впрочем, светские судьи рассматривали эти поступки с достаточной строгостью.

В ту эпоху подобные преступления считали вполне доказанными как вследствие признания (большей частью под пыткой) мнимо-виновных, так и вследствие соответственных показаний свидетелей обвинения. Вера в магию сильно развилась в XIV и XV вв. 19 сентября 1398 г. богословский факультет Парижского университета принял двадцать восемь пунктов, которые отныне были непреложною истиною для всех демонологистов; ими воспользовались против некоторых скептиков, которые оспаривали действительность чародейства. Во вступлении говорится о необходимости принять решительные меры, чтобы оградить верных от сетей врага рода человеческого. Университет объявил, что все суеверные обряды, где нельзя логически ожидать помощи Бога или природы, содержат в себе необходимость заговора с Сатаною; он осуждал веру в допустимость призывать помощь демонов, искать их дружбы, вступать с ними в договоры, прибегать к чародейству с добрыми целями или для отвращения враждебного чародейства; что возможно чарами упросить Бога заставить демона внимать молитвам; что разрешается совершать обедню или какую-либо другую службу в целях колдовства; что чудеса, совершенные некогда пророками и святыми, были вызваны подобным же искусством, открытым Богом своим слугам; и что человек может при помощи известных чародеяний достигнуть видения божеской сущности. Университет также отрицал, что изображения из свинца, золота или воска, окрещенные, заклятые или посвященные в известные дни, обладали могуществом, которое им приписывалось магическими книгами; но он же клеймил и неверие людей, отрицавших за магией, заклинанием и призыванием демонов ту силу, которую им приписывали чародеи.

38
{"b":"121086","o":1}