ЛитМир - Электронная Библиотека

Единственной работой, доставлявшей ему неприятности, был трактат «О бессмертии», составленный в 1516 г. В этом трактате Помпонацио отвергает аверроистическую теорию об общем (универсальном) разуме, но, приведя разные доказательства за и против бессмертия с ясной склонностью в сторону отрицания, он заключает заявлением, что эта задача «нейтральна», как и вопрос о вечности земли; нет естественных оснований, доказывающих, что душа бессмертна или смертна, но Бог и Священное Писание подтверждают ее бессмертие, поэтому нужно считать ложными основания, доказывающие ее смертность. Он старается ясно дать понять, что вопрос о бессмертии принадлежит скорее вере, чем разуму; он приписывает обманам совратившихся священников народное верование в блуждающие души и в привидения. В Венеции патриарх публично сжег это сочинение и безуспешно добивался осуждения автора. Однако папские сановники объявили трактат вполне согласным с верой.

Падуанский профессор Августин Нифо выступил в 1492 г. в своем трактате «О разуме и дьявольщине» с защитой теории Аверроеса о единстве разума, утверждая, что единая мысль наполняет всю вселенную и по своей воле видоизменяет все вещи. Он имел неприятность со стороны доминиканцев. Ученый епископ Падуи не спас его, но заставил изменить свое учение. Он сделался признанным толкователем Аверроеса во всей Италии, и его умеренный аверроизм преподавался в Падуе в течение всего столетия. Церковь не допускала никакого разномыслия, однако она проявляла исключительную терпимость в отношении воззрений тогдашнего гуманизма. Она допускала, чтобы распространение аверроизма, возродившегося языческого эллинизма почти нигде не встречало препятствий. Иногда какой-нибудь ревностный доминиканец сжигал одну или две смелых книги; но автор легко находил себе покровителей в высших сферах Церкви.

Но за два века до этого, в конце XII — начале XIII вв., у Аверроеса было немало и противников, наиболее известным и авторитетным из них являлся Раймунд Люллий. Совершенно обоснованно в XIX в. о нем было сказано: «Раймунд Люллий является личностью весьма загадочной. Одни делают из него святого, другие еретика; в глазах одних это — ученый человек, в глазах других невежда; одни считают его вдохновленным, другие — галлюцинатом; одни приписывают ему умение превращать металлы, другие отрицают это; наконец, одни восхваляют его Великое искусство, другие хулят».

Этот исключительный человек родился 25 января 1235 г. в столице Майорки Пальме. Происходя из знатного рода, он был воспитан при королевском дворе, где получил должность сенешаля. Он был женат и имел детей, но вел веселую и развратную жизнь, пока не был внезапно обращен испытанием, показавшим ему суету человеческого существования. Он отказался от мира и, обеспечив свою семью, раздал остальное имущество нищим и вступил в орден францисканцев. С этого времени он посвятил свою жизнь освобождению Гроба Господня, обращению евреев и сарацин и разработке учения, которое рационалистически показало бы истинность христианской веры и разрушило бы, таким образом, аверроизм, который он считал самым опасным врагом христианства.

В 1275 г. он удалился на гору Ранда близ Пальмы, где окончил свое «Великое искусство», непобедимое оружие защиты веры. Выйдя из своего уединения, Люллий в течение сорока лет вел бродячий образ жизни, издавал с невероятной плодовитостью том за томом; спорил и проповедовал против аверроизма в Монпелье, Париже и в других местах. В 1311 г. на Вьеннском соборе ему удалось добиться указа об основании школ еврейского, арабского и халдейского языков при папском дворе и при университетах Парижа, Оксфорда, Болоньи и Саламанки. В августе 1314 г. он отправился в Буджию (Северная Африка), чтобы обращать мавров в христианство. Там его бросили в тюрьму; но и в тюрьме он продолжал проповедовать Евангелие своим товарищам по заключению; мавры 30 июня 1315 г. побили его камнями. Генуэзские купцы подобрали его тело и доставили в Пальму.

Поразительная литературная плодовитость Люллия оставила много сочинений, которым суждено было оказать крупное влияние на последующие поколения. Исследователям известны заглавия 321 книги, принадлежность которых Люллию можно считать вне сомнения. Из этих книг 61 посвящена искусству учить и общим вопросам, 4 — грамматике и риторике, 15 — логике, 21 — философии, 5 — метафизике, 13 — различным наукам: астрологии, геометрии, политике, стратегии, квадратуре круга, познанию Бога по его милосердию; 7 — медицине, 4 — праву, 62 — духовному созерцанию и другим религиозным вопросам, 6 — гомилетике, 13 — Антихристу, завоеванию Св. Земли и другим разным вопросам, 46 — прениям с сарацинами, евреями, греками и аверроистами и, наконец, 64 — богословию, его самым темным вопросам, и религиозной поэзии. Имя его, как имена всех знаменитых ученый той эпохи, охотно ставили в заглавии трудов по алхимии и магии, но все подобного рода сочинения, приписываемые ему, апокрифичны; в действительности же его мнение об алхимии выражено в одном месте его «Великого искусства»: «Всякий элемент имеет свои собственные особенности, так что один вид не может быть изменен в другой; это-то и сокрушает алхимистов». В своем уединении на горе Ранда Люллий составил «Искусство», представляющее из себя метод выводить и удерживать в памяти при помощи диаграмм и символов самые тонкие истины богословия и философии. «Краткое искусство» представляет из себя резюме системы; «Великое искусство» излагает ее с большими подробностями и строит на этом основании мировую теорию. Люллисты считали этот труд вдохновленным Богом. Он сам преподавал это «Искусство» в Монпелье и Париже, а в 1309 г. сорок членов Парижского университета единогласно рекомендовали этот труд как необходимый и полезный для защиты веры. «Искусство» преподавалось в университетах Арагона и Валенсии. В середине XV в. в Пальме образовали Школу Люллия, расширившуюся впоследствии в Университет Люллия, где традиции его учения сохранялись почти до XIX в., но уже в XV и XVI вв. многие считали «Искусство» бесполезным и даже вредным, тогда как другие ставили его очень высоко, как дар Неба для исцеления невежества. В 1586 г. использование этой книги было запрещено в университете Валенсии. В этом труде, как во многих своих работах, Люллий старается доказать путем логических выводов истины христианской веры и утверждения богословия. Церковь видела опасность подобного рода разысканий. Люллий поэтому не упускал ни одного случая заявить, что вера — выше разума и что ошибочно думать, что вера, поддерживаемая разумом, теряет в своем достоинстве. Посвятив всю свою жизнь борьбе против аверроизма и обращению неверных, он знал, что проповедовать христианство можно только путем доказательств и, чтобы человека обратить, надо прежде его убедить. Так как слава Люллия росла и число его учеников становилось велико, то инквизитор Арагона Николай Эмерик решил осудить его память. В массе сочинений, касавшихся всевозможных деталей науки и веры, нетрудно было для опытного инквизитора найти заблуждения. В 1371 г. Эмерик получил от Григория XI указ рассмотреть сочинения Люллия. Король Арагона Петр IV запретил обнародование папского указа; но инквизитор послал в 1374 г. Григорию двадцать обвиненных в нечестии книг, а в 1376 г. Григорий объявил, что эти книги были тщательно изучены богословами, нашедшими в них двести (Эмерик говорит пятьсот) заблуждений явно еретических. Так как можно предполагать, что и в остальных сочинениях Люллия имеются такие же заблуждения, то архиепископу Таррагоны повелевалось собрать все эти книги и отправить их в Рим, где они будут рассмотрены. Король Петр просил папу, чтобы все преследование велось в Барселоне, так как сочинения Люллия, написанные главным образом на каталонском наречии, могут быть лучше поняты именно в этой стране.

Эмерик в своем «Руководстве инквизиторам» заявил, что Люллий получил свое учение от дьявола; но инквизитор остановился только на ста заблуждениях из пятисот, осужденных Григорием. Большинство их основывается на утверждении, «что все вопроси веры, таинств, папской власти могут быть доказаны путем необходимого, демонстративного и ясного рассуждения». Два или три положения, очевидно, были более еретические; одно утверждает, что вера может ошибаться, а разум не может; другое, что дурно убивать еретиков, и третье, что человеческий род будет спасен весь, не исключая евреев и сарацин. Люллисты, однако, заявляли, что Григорий ошибся, осудив их учителя, учение которого было открыто Духом Святым.

47
{"b":"121086","o":1}