ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

мог спокойно продолжать свой путь.

РАЗБОЙНИКИ

Рассказывают.

Банда разбойников, обитавшая на востоке Карпат, постоянно

наблюдала чудеса, происходившие при появлении Баал Шема.

И вот однажды они пришли к нему и велели следовать с ними

в Землю Израиля, но особым путем - через пещеры и ходы

в земле, потому что они слышали (неизвестно откуда), что Баал

Шем давно хочет отправиться в Израиль. И вот он последовал

с разбойниками, впрочем, не без неохоты. Ущелье, по которому

они шли, было сырым и топким. Через него вела лишь одна

узенькая тропинка, по которой и шли путешественники друг за

другом, след в след. Время от времени, однако, встречались

заболоченные места, которые приходилось заваливать камнями.

Разбойники шли первыми, Баал Шем - за ними. Вдруг он увидел

пламенный меч*, запрещавший ему следовать дальше. Тогда

Баал Шем повернулся и пошел домой.

ПРЕПОНЫ ДЛЯ БЛАЖЕНСТВА

Баал Шем однажды спросил своего ученика, равви Мейра

Маргалиота: "Мейр, помнишь ли ты ту субботу, когда начал

изучать Пятикнижие? Большая комната в доме твоего отца была

полна гостей. Они подняли тебя на стол, и ты читал им то, что

выучил за день".

Равви Мейр ответил: "Конечно, помню. Но неожиданно мать

бросилась ко мне и сняла со стола как раз на середине того, что

я произносил. Отец возмутился, но она указала ему на человека,

стоявшего в двери. Он был одет в короткий полушубок, какие

носят крестьяне, и как-то странно на меня смотрел. Все поняли,

что мать испугалась дурного глаза. Даже когда этот человек

ушел, она то и дело продолжала поглядывать на дверь".

"Так это был я, - сказал Баал Шем. - В те минуты твою

душу мог бы озарить великий свет. Но страх людской воздвиг

крепкие стены, и свет не смог к тебе пробиться".

ПЕРВЫЙ

Когда равви Израэль бен-Елиезер работал ритуальным убой-

щиком скота в селении Кошиловиц, он никому не открывался,

и все считали его простым мясником. В то время равом в сосед-

нем городе Ясловице был равви Зеви Гирш Маргалиот. У него

было два сына, Ицхак Дов Баэр и Мейр. Ицхаку тогда испол-

нилось семнадцать, а его брату - одиннадцать. Неожиданно

обоих мальчиков охватило непреодолимое желание посетить

убойщика скота в Кошиловице. В своем желании они не видели

никакого смысла, и, хотя каждый рассказал брату о том, что

чувствует, мальчики не понимали, что происходит; однако они

решили никому не рассказывать о том, что случилось, даже отцу.

И вот однажды братья покинули дом и отправились к Баал

Шему. О чем они говорили при встрече, ни равви, ни ученики

никогда не рассказывали. Братья решили остаться у Баал Шема.

Дома же их искали. Осматривали и город и окрестности. В Ко-

шиловице тоже прошлись по всем домам. Наконец мальчиков

нашли и отправили домой. Отец был так рад их возвращению,

что несколько дней не задавал им никаких вопросов. Но в конце

концов он все же очень деликатно спросил их, что такого замеча-

тельного они нашли в убойщике скота из Кошиловица. "Об этом

невозможно рассказать, - ответили братья. - Но поверь нам,

этот человек мудрее и преданнее Богу, чем весь мир".

Позднее, когда Баал Шем стал знаменит, братья крепко при-

вязались к нему и ежегодно его навещали.

ШАУЛ и ИВАН

Рассказывают.

Однажды, когда равви Мейр Маргалиот, автор книги "Про-

светитель путей", приехал со своим семилетним сыном в гости

к Баал Шему, хозяин уговорил его оставить мальчика на какое-то

время у него. Так маленький Шаул остался в доме у Баал Шема.

Вскоре Баал Шем, взяв мальчика и своих учеников, отправился

в путешествие. Как-то он остановил свою повозку у деревенского

постоялого двора, куда затем вошел со своими спутниками.

Внутри играли на скрипке; крестьяне и крестьянки танцевали.

"Что-то ваша скрипка плохо играет, - сказал Баал Шем.

- Пусть лучше мальчик, что со мной, споет вам, а вы спляшите".

Крестьяне согласились. Мальчика поставили на стол, и своим

серебряным голосом он запел хасидскую плясовую песню без

слов, под которую ноги у крестьян задвигались сами. В бешеном

темпе, безумные от счастья, они плясали вокруг стола. Затем

один из них, некий юноша, вышел вперед и спросил мальчика:

"Как тебя зовут?" "Шаул", - ответил тот. "Спой еще". Мальчик

запел другую песню, а юноша пустился в пляс под нее. И вот

посреди танца он стал повторять: "Ты - Шаул, я - Иван! Ты

- Шаул, я - Иван!" Наплясавшись вволю, крестьяне угостили

Баал Шема и его учеников водкой, и все вместе пили.

Спустя тридцать лет равви Шаул, ставший богатым торгов-

цем и знатоком Талмуда, ехал куда-то по своим делам. Неожи-

данно на него напали разбойники, отняли все деньги и собира-

лись убить. Он молил их сжалиться над ним, они послушались

и взяли его с собой в свой стан. Атаман разбойников, увидев

равви Шаула, внимательно на него посмотрел. "Как тебя зовут?"

- спросил он. "Шаул", - ответил равви. "Ты - Шаул,

я - Иван", - вдруг сказал атаман разбойников и повелел своим

людям вернуть равви Шаулу деньги и повозку.

КРЕСТЬЯНИН И ИСТОЧНИК

Рассказывают.

Когда равви Израэль бен-Елиезер жил в селении Кошиловиц, он

часто купался в источнике неподалеку от селения. Когда источник

замерзал, Баал Шем делал в нем полынью и купался в ней. Однажды

крестьянин, дом которого был около источника, увидел, что во

время купания нога равви примерзла ко льду, и тот, отдергивая ее,

содрал кожу до крови. Тогда крестьянин вышел и постелил соломы,

чтобы Баал Шем мог впредь купаться спокойно. Однажды равви

Израэль спросил этого крестьянина: "Чего бы тебе больше хотелось:

стать богатым, умереть старым или получить власть?" Крестьянин

ответил, что ему нравятся все три вещи. Тогда Баал Шем построил

ему рядом с источником баню. Вскоре разнесся слух, что больная

жена крестьянина искупалась в источнике и стала здоровой. Слава

этой целительной воды распространялась все шире и шире, покуда

о ней не прослышали врачи, которые пожаловались властям, и те

закрыли баню. Но к тому времени крестьянин, который владел

баней, уже достаточно разбогател за счет ее посетителей, и местные

жители выбрали его своим старостой. Он продолжал купаться

в источнике каждый день и дожил до глубокой старости.

Когда равви Элимелек из Лиженска однажды сказал, что пост

больше не является служением, его спросили: "А разве Баал Шел

Тов не постился очень часто?"

Равви Элимелек ответил: "Когда Баал Шем был молодым, он

обычно на исходе субботы брал шесть хлебов и кувшин с водой

и уединялся на целую неделю. В пятницу, когда он собирался

домой, то поднимал свой мешок и, замечая его тяжесть, откры-

вал и находил все шесть хлебов нетронутыми. Это его всегда

очень удивляло. Только такой пост и можно считать постом!"

стук в окно

22
{"b":"121094","o":1}