ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Пироговедение. Рецепты праздничной выпечки
Пена 2
Внутри звездопада
Сеть Алисы
Готовим вместе Новый год
Мусорный прибой
(Не) муж
Приход Теней
Starcraft: Сага о темном тамплиере. Книга первая: Перворожденные

В тот же миг папоротники снова зашуршали. Березовый листок отлетел в сторону, а на него стремительно бросился Львинолап.

— Опоздал! — процедил он, ударив лапами по мерзлой земле. Потом обернулся и сердито посмотрел на сестру. — Это ты ее спугнула! Машешь хвостом, как крольчиха!

У Остролапки загорелись уши.

— Прости, я не хотела…

— Не сердись на нее, — улыбнулся Уголек. — Это ее первая охота.

— Ладно, — проворчал Львинолап. — Я не хотел тебя обидеть. Самому надо было быстрее вертеться.

— По-моему, ты и так достаточно быстро вертишься, — пробормотала Остролапка.

— Но недостаточно для того, чтобы поймать мышь, — усмехнулся Мышонок.

— Закройте пасти, или мы до ночи ничего не поймаем! — шикнул на них Бурый.

* * *

Оттого что пришлось долго сидеть в скрюченном положении, у Остролапки разболелась спина. Львинолап наконец-то поймал свою мышь, Уголек сцапал полевку, а Мышонок бросился выслеживать белку, спрыгнувшую с ветки в траву.

— Твоя очередь, — шепнул Бурый на ухо Остролапке.

Она испуганно распушила загривок.

— Ты уверен?

«Да я только распугаю всю дичь и опозорюсь перед всеми!» — подумала она.

— Если не будешь пробовать, никогда не научишься.

Остролапка уставилась на корни березы, и почти сразу заметила слегка подрагивающий листок. Она молнией выскочила из папоротников и плюхнулась на него сверху. В следующий миг у нее упало сердце. Под ее лапами не было ничего, кроме голой земли. Ей достался только палый лист, дрожавший на легком ветерке!

Распушившись от смущения, Остролапка виновато посмотрела на товарищей и заметила, как подрагивают в улыбке редкие усы Крутобока.

Но Милли сурово посмотрела на своего друга, и тот посерьезнел.

— В первый раз у всех так бывает, — утешила Милли. — Попробуй еще разок.

Остролапка зажмурилась и глубоко вздохнула. Потом открыла глаза и огляделась.

«Я еще слишком неуклюжая, чтобы охотиться в папоротниках! — решила она. — А если попробовать возле дерева?»

Остролапка поглядела на березу. Светлый ствол ближе к земле становился совсем темным, а значит, ее черная шерстка будет незаметна среди корней дерева. Она бесшумно приняла охотничью стойку и стала ждать. Но через несколько мгновений не выдержала и покосилась на Бурого, чтобы убедиться, все ли правильно. Бурый ответил ей одобрительным кивком.

Повеселев, Остролапка снова впилась глазами в землю. Теперь она сидела совершенно неподвижно, не позволяя себе пошевелить даже кончиком уха. Где-то вдалеке истошно закричал воробей, предупреждая сородичей об опасности, но Остролапка не дрогнула.

И ее терпение было вознаграждено. Заметив какое-то движение напротив, она инстинктивно напружинила задние лапы. Теперь она не торопилась прыгать, чтобы снова не опозориться. Но вот листок снова всколыхнулся, и из-под него показался крошечный розовый носик. Мышь! Остролапка затаила дыхание, выжидая. Мышка еще раз принюхалась и робко вылезла из-под листа, собираясь отправиться на поиски пропитания.

Остролапка прыгнула и двумя лапами схватила добычу.

— Молодчина! — крикнул Бурый.

Остролапка повернулась к нему, зажав в пасти пойманную мышь. Ее первая добыча! Зажмурившись, она постаралась припомнить, какие слова произносили Львинолап с Угольком после удачной охоты.

— Спасибо тебе, Звездное племя, за жизнь этой дичи, отданную моему племени. Я не возьму больше, чем мне хочется… — Остролапка помолчала и поправилась: —…больше, чем мне нужно, и отдам все, что смогу.

Наконец-то она нашла свой путь. Она станет настоящей воительницей!

Глава XIX

— Кисточка всю ночь не давала мне спать своим кашлем, — пожаловался Долгохвост.

— Да как ты мог что-то услышать, если сам храпел, будто барсук! — огрызнулась старуха.

Воробушек подавил вздох. Он сидел в палатке старейшин и слушал, как старики бранятся, словно котята. И зачем они кричат и спорят? Он и так понял, что Долгохвост пытается ему сказать, что очень тревожится за Кисточку!

— Горло у нее чистое, и совсем не распухло, — перебил стариков Воробушек. — Пусть ест мать-и-мачеху, Листвичка считает, что она облегчает дыхание.

— Не нужны мне никакие травы, — отрезала Кисточка.

— Все равно, возьми, — настоял Долгохвост. — По крайней мере, хоть что-то пожуешь. Ты ведь ничего не ела со вчерашнего полудня!

— Дичи сейчас мало, поэтому я не хочу брать еду из кучи, — окрысилась старуха. — Пусть едят те, кто помоложе.

— Вот и отлично, питайся мать-и-мачехой, — буркнул Долгохвост. — Может быть, я хоть немного смогу вздремнуть!

Не переставая сварливо ворчать, Кисточка сгребла хвостом кучу мать-и-мачехи.

Воробушек вздохнул. Слушая перепалку стариков, ему казалось, будто ничего не изменилось с тех пор, как он был оруженосцем у Яролики. Прошла всего четверть луны, но целебные травы успели ему опротиветь по самое горло. После стариков нужно было заглянуть в воинскую палатку и снова намазать плечо Урагана смесью из меда и хвоща. Серый воин, видите ли, отказывался отлеживаться в палатке, поэтому целебное снадобье надо было постоянно наносить на его раны.

Листвичка влезла под куст жимолости и принесла с собой запахи трав.

— Как горло у Кисточки?

— Превосходно, — едко ответил Воробушек. — Хотя было бы проще, если бы она хоть на секунду перестала ворчать и позволила мне как следует принюхаться.

Листвичка рассердилась, и ее раздражение молнией пронзило воздух.

— Если не умеешь быть вежливым, возвращайся в палатку и помоги щипать пижму, которую твоя сестра принесла вчера! — приказала она.

Воробушек закатил глаза. Еще один день, проведенный в тесной пещере, и он просто лопнет от злости. Не много же радости принесло ему его великое предназначение! Пестролистая не предупреждала его о том, что ему уготована вечная скука.

Листвичка, распушившись, побрела обратно в свою пещеру, и Воробушек уныло потащился следом. Он чувствовал, как в ней уже бурлят слова, готовые вот-вот обрушиться на его голову. Протиснувшись сквозь обледенелые ветки ежевики, он покорно уселся и стал ждать.

— Ты слоняешься по лагерю, как черная туча, выискивая, на кого бы пролиться дождем, — сердито начала Листвичка.

— Мне надоело, — ответил Воробушек.

Раздражение молнией полыхнуло в груди Листвички.

— Можно подумать, я заставляла тебя становиться моим учеником!

— Нет, не заставляла, — согласился Воробушек. — Но ты всегда этого хотела, скажешь, нет? — Он в ярости хлестнул хвостом. — Ну что, довольна теперь?

— Разве я выгляжу довольной? — взвилась Листвичка, и Воробушек почувствовал гнев, кипевший под ее шерстью. Почему она так злится на него? Неужели трудно понять, что он хотел совсем другой жизни?

— Тебе-то хорошо, — с неожиданной обидой сказал он. — Ты всегда хотела стать целительницей.

— А ты не хочешь?

— Это мое предназначение, — процедил Воробушек. — Мое желание тут ничего не значит.

— Вот и исполняй свое предназначение, — безжалостно фыркнула Листвичка.

Воробушек с тоскливым вздохом поплелся к куче пижмы, оставленной Остролапкой, и принялся отдирать листья от стеблей. Он рвал их небрежно, оставляя на каждом листе длинные куски стебля. Листвичка вздохнула, уселась рядом и, не говоря ни слова, принялась откусывать эти куски.

В каждом ее молчаливом движении чувствовалось глубокое разочарование. Острое чувство вины царапнуло Воробушка. Ему хотелось найти какие-нибудь слова, чтобы объяснить Листвичке свое состояние, но он понимал, что ничего этим не добьется. Она все равно не поймет, чего ему стоило навсегда отказаться от мечты стать воителем — и ради чего? — ради вот этого? Чтобы всю жизнь перебирать травы, лечить чужие царапины и больные животы?

— Листвичка? — Ураган просунул морду в пещеру и огляделся. Воробушек сразу же почувствовал запах гноящейся раны на его плече и втянул голову в плечи, ожидая нового разноса. Он забыл еще раз нанести мазь!

45
{"b":"121121","o":1}