ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

В XVIII–XIX веках в некоторых местах Вятской губернии широко бытовал приуроченный ко дню Рождества Богородицы архаичный обряд, называвшийся «троецыплятницей». Он совершался обычно «по обету» в связи с тяжелыми родами или болезнью, являлся сугубо женским обрядом и заключался в совместной трапезе женщин, старух, вдов, повивальных бабок. Свое название ритуал получил соответственно блюдам трапезы, включавшим навар из троецыплятниц — кур, трижды выводивших цыплят, селянку из яиц, печенки, сердец и пупков этих кур, а также просто яиц троецыплятниц, которые ели как отдельно, так и в наваре. Согласно обычаю, кости куриц должны были оставаться целыми, поэтому их варили целиком, а во время обеда аккуратно ломали руками. Особенностью трапезы являлось сохранение торжественного молчания участниц, которое прерывалось лишь тихим произнесением молитвы и земными поклонами. Горшок с останками троецплятницы ставили на голову, «чтобы не болела голова». Затем остатки обрядового блюда бросали в проточную воду или закапывали в землю в чистом месте.

Повсеместно в России, как и у других славян, сильным защитным средством считалось ношение в виде амулета списка апокрифического текста «Сон Пресвятой Богородицы». Он бытовал в устной и в рукописной форме и мог восприниматься и как духовный стих, и как заговор. Списки «Сна Богородицы» хранили дома, носили в ладанке на груди вместе с нательным крестом, что, по поверьям, обеспечивало сохранение человека в пути, помощь женщине в трудных родах и в других сложных ситуациях. Крестьяне верили, что тот, кто имеет при себе рукопись и читает ее каждый день три раза, будет спасен от суда, рекрутства, сглаза, болезней, защищен в дороге и т. д.

Защитой от пожара — одной из самых больших угроз в русской деревне — считался образ Богородицы Купины Неопалимой, день празднования которой приходится на 4 / 17 сентября. По народным представлениям, она может уберечь от огня. Поэтому ей молились, прося о защите дома от молнии и пожара. Образ Купины Неопалимой восходит к ветхозаветному преданию о видении Моисею горящего, но не сгорающего тернового куста, из которого воззвал голос Божий и призвал его вывести израильский народ из Египта в землю обетованную (Исх 3: 110). В христианской традиции несгорающий куст осмыслялся как символ Богоматери, родившей Христа, но не потерявшей невинности. В крестьянской среде икону Богородицы Купины Неопалимой во время пожара выносили на улицу и обходили с нею вокруг загоревшейся постройки. При этом молили Богородицу, чтобы она отвела огонь. В некоторых местностях у русских этот обряд практикуется до сих пор. На Урале, в Сибири и на Дальнем Востоке широко бытуют рассказы о том, как благодаря иконе Богородицы Купины Неопалимой были спасены отдельные дома, улицы и целые селения от ураганов с огнем.

В фольклорной традиции Богородица — один из персонажей, наиболее часто встречающихся в заговорах, духовных стихах, преданиях и легендах. Согласно севернорусским легендам, Богородица на Пасху «ходит по земле». Белорусские тексты повествуют о том, что плачущая Богородица бывает видима перед какой-либо бедой. Существуют также сказания об особенностях птиц и животных, связанных с действиями Богородицы. Так, в Сургутском крае известна легенда о рябчике, который испугал в лесу Божью Матерь, за что она, рассердившись, превратила его в «малую птицу с большим шорохом», чтобы любой охотник мог быстро его найти. Но все же большей частью народные легенды и предания посвящены рассказам о спасении и исцелении Богородицей людей, особенно тех, кто ведет благочестивый образ жизни.

Немало существует и рассказов, связанных с поверьями о запретах, приходящихся на Богородичные праздники, в особенности — на Благовещенье. Так, широко распространены рассказы о наказании девушки, которая пряла в этот день, и Бог превратил ее в кукушку, и о кукушке, свившей в Благовещенье гнездо, за что Господь проклял ее и лишил своего гнезда навеки. Известна легенда и о граче, который, забыв о празднике, принялся строить гнездо и удавился прутиком, принесенным для своей постройки. Во многих местах верили, что, если птица все же совьет гнездо, то в него или ударит молния и погубит птенцов или у самой птицы отнимутся крылья, отчего она будет ходить по земле до праздника в следующем году. Работающего на Благовещение человека, по поверьям, ожидали неудачи, несчастья и даже смерть. В народе говорили: «Кто не чтит праздника, с огнем за работой сидит, у того убьет летом молнией близкого родственника». Народная поговорка — «На Благовещение птюшечка гнезда не вьет, а девица косы не плетет» — подкреплялась традиционным запретом расчесывать волосы и заплетать косы в этот день, иначе, по поверьям, куры испортят посевы, «расчесав» грядки. Верили также и в то, что если днем в Благовещение спать, то «уснут» под землей и семена, не дав всходов. Крестьяне считали Благовещение тяжелым и несчастливым днем, в который происходят ссоры и недоразумения. Ребенка, зачатого или родившегося в этот день, называли «благовестником», «праздничком» и полагали, что он будет калекой, малоумным или злодеем. Подобное представление распространялось и на животных: повсеместно бытовало поверье, что из снесенных накануне Благовещенья яиц выведутся уродливые цыплята. Тульские крестьянки были уверены в том, что если корова принесла первого теленка на Благовещение, то весь ее приплод не будет жить, хотя молока у нее может быть много. Даже день недели, на который приходилось Благовещенье, в течение всего года считался неблагоприятным для начала любого дела: пахоты, сева, выгона скота, строительства дома и т. д. Вместе с тем день недели, следующий за праздником, полагался удачным для любых начинаний.

Богородичные праздники вообще в народном календаре выступали как важные временные вехи и границы. Благовещение, совпадавшее по времени с днем весеннего равноденствия, в народе считалось началом весны, и о нем говорили: «Щука хвостом лед разбивает», «Весна зиму поборола». В этот день проснувшаяся земля выпускала на поверхность гадов — змей, лягушек, мышей, насекомых. По поверьям, в этот праздник должны были прилететь птиц, пробудиться ото сна пчелы, мухи, медведи. Во многих местах на Благовещение «кликали» весну, зазывали ее песнями и угощением — хлебом и пирогами. На Русском Севере девушки в Благовещенье скакали на досках, подпрыгивая высоко в воздух и махая руками, изображая прилет птиц. О восприятии крестьянами этого дня как временной границы свидетельствуют поверья о том, что все дела, завершенные до Благовещения, будут удачны весь год, а человек, закончивший важную работу, будет счастлив в ней до следующего Благовещения.

С Успеньева дня, по крестьянским представлениям, лето решительно поворачивало на осень. Считалось, что «с Успенья солнце засыпается», т. е. поздно всходит. В народе полагали, что Успение — последний день отлета ласточек; верили также, что с Успеньева дня у лягушек зарастает рот, и они престают квакать. В этот день происходили проводы лета и встреча осени — первые осенины. Вечером в Успенье в избах впервые «вздували огонь» и садились ужинать при свете.

К праздникам Успения и Рождества Богородицы приурочивался период, называемый в народе «бабьим летом». Во многих местах словосочетанием «бабье лето» обозначали время, когда женщины дергают лен или когда совершается уборка хлеба и трав. В Костромской губернии так называли женское гуляние, связанное с окончанием полевых работ. Если в это время выпадала хорошая погода, говорили со смехом: «Ныне бабы умолили Бога». Нередко же вообще несколько погожих осенних дней именовали «бабьим летом».

День Рождества Богородицы соотносился с днем осеннего равноденствия, и к нему приурочивали вторые осенины. Женщины собирались рано утром и выходили на берег рек, озер и прудов встречать матушку Осенину с песнями и специально испеченным овсяным хлебом. Затем хлеб делили на всех собравшихся и кормили им домашний скот. В этот день также обновляли огонь в избах: старый гасили и зажигали новый.

Покров день в народной традиции — праздник, связывавшийся с началом зимы. Пограничное положение дня Покрова Богородицы между осенью и зимой обусловило его восприятие как определяющего погоду на предстоящую зиму. Крестьяне говорили: «Какова погода на Покров — такова и зима»; «Откуда ветер на Покров, оттуда начнутся морозы». В народных пословицах отмечается двойственный характер погоды в этот день: «На

140
{"b":"121169","o":1}