ЛитМир - Электронная Библиотека

Брендон, который выслушал эту речь с красным от гнева лицом, разразился сердитой тирадой:

— Тут вы не правы, мадам! Я имею в виду вашу убежденность, что ни один джентльмен не сделает предложения Джорджине! Я сделаю это сам, если она пожелает! Не хочу показаться грубым, черт побери, но моя кузина не может вернуться в Бат и продолжать жить под одной с вами крышей, если вы так настроены против нее!

Джорджину неожиданное предложение застало врасплох, она сконфуженно глянула на своего кузена, но ей не пришлось отвечать ему, поскольку Шеннон спокойно сказал:

— Не стоит приносить такую жертву, мой юный друг! Полагаю, у мисс Пауэр не будет недостатка в предложениях, несмотря на уверенность ее бабушки в противном. — Он посмотрел на леди Мерсер с ироничной усмешкой: — Что бы вы сказали о перспективах замужества молодой леди, мадам, которая могла бы назвать себя хозяйкой этого имения? Разве такое состояние не заставило бы даже леди Хессион переменить свое мнение и далее не пытаться отговаривать своего сына от женитьбы на ней, а?

Леди Мерсер недоуменно посмотрела на него.

— Хозяйкой этого имения? — переспросила она. — Но как такое возможно? Насколько я понимаю, это ваша собственность?

— На сегодняшний момент вы правы, — холодно ответил Шеннон. — Однако завтра все переменится. Я намерен передать его мисс Пауэр. Так что теперь она сможет не зависеть от вас. Я знаю, что она несовершеннолетняя и поэтому какое-то время еще будет находиться под опекой, но ее состояние передадут в руки попечителей, которые никоим образом не будут зависеть от вас или вашей дочери.

Джорджина не могла больше молчать. Стараясь, чтобы голос ее звучал как можно более убедительно, она заявила:

— Я не приму такого подарка! Вы слышите меня, мистер Шеннон! Не приму! Если вы перепишете имение на меня, я тут же перепишу его обратно на вас — будьте уверены, я так и сделаю! А после можете отправляться в Америку или куда вам вздумается…

Она замолчала, с вызовом глядя Шеннону прямо в лицо. В его серых глазах, которые, как она предполагала, не сулили ничего хорошего, вспыхнул теплый огонек.

— Очень хорошо, — с достоинством произнес он. — Если это именно то, чего вы хотите, то мне видится единственное решение этой проблемы, поскольку мы не можем до конца жизни переписывать имение друг на друга. Если вы согласитесь выйти за меня замуж, полагаю, эти трудности могут быть преодолены.

У Джорджины перехватило дыхание.

— Что за странный способ делать предложение! — вспыхнула она. — Оно продиктовано только этой причиной?

— О нет, — поспешно возразил Шеннон. — У меня есть еще несколько других. Одна из них — мое нежелание видеть вас живущей по принуждению под крышей вашей бабушки или сэра Маннинга Хартили. Прежде я полагал, что вы не могли бы сделать худшего выбора, чем выйти за меня. Но теперь вижу, что, к своему прискорбию, я ошибался. Вы, несомненно, сбежите с первым подвернувшимся под руку проходимцем лишь затем, чтобы избавиться от этих двух зол. И я льщу себя надеждой, что имею по крайней мере одно преимущество по сравнению с любым из них.

— И какое же?.. — покраснев, спросила Джорджина.

Но прежде чем он смог ответить, а леди Мерсер выплеснуть свои эмоции по поводу нового поворота событий, в кабинете вновь появился Стургес.

— Миссис Квинливен… Мистер Барнуолл, — объявил он.

Глава 21

Упомянутые леди и джентльмен вошли в комнату без лишних церемоний, как до этого леди Мерсер, словно безотлагательная надобность их дела извиняла недостаток учтивости с их стороны. Миссис Квинливен в скособоченном чепце и поспешно накинутой поверх лилового платья пелерине пребывала в таком волнении, что не могла говорить. Мистер Барнуолл обеспокоенным взглядом окинул присутствующих и обратился к Шеннону:

— Тысячу извинений, сэр! Простите за незваный визит — да еще в такой неурочный час, — но, черт побери, вы же знаете, каковы эти женщины! Потребовала, чтобы я немедленно вез ее сюда. Что еще я мог сделать — угрожала истерикой!

— Не стоит извиняться, — сочувственно ответил Шеннон, прерывая сбивчивые извинения визитера. — Уверяю вас, здесь вам всегда рады. — Он повернулся к миссис Квинливен: — Присядете, мадам? Может, немного вина?

— Нет, нет! Я не стану садиться! — вскинулась миссис Квинливен, враждебно глядя на леди Мерсер. — Только не в одной комнате с этой женщиной! — Она театральным жестом вытянула руку с флаконом нюхательной соли в сторону леди Мерсер и гневно продолжила: — Как вы посмели… как вы посмели, мадам, воспользоваться моим недомоганием и взять без позволения мой экипаж и моих лошадей, чтобы приехать в этот дом? Если бы вы имели хоть каплю сострадания, вы бы не оставили меня одну, видя, как ужасно подействовали на меня ваши беспочвенные обвинения — да, беспочвенные! Я и понятия не имела, что это бедное дитя бросится ко мне в поисках защиты…

— Моя сестра невинна, как младенец, — поддакнул мистер Барнуолл, поворачиваясь к леди Мерсер. — Она говорит правду, мадам! Сестра совершенно ни в чем не виновна. Если кого и винить, так это меня. Но черт возьми, если вы обращались с несчастной девочкой не лучше, чем с Беллой, то не удивительно, что она сбежала от вас. И все-таки это жестоко — оставить бедняжку Беллу биться в истерике, а самой воспользоваться ее экипажем, чтобы приехать сюда!

— Если бы я знала, сэр, — возразила леди Мерсер, наградив мистера Барнуолла холодным взглядом, — что ваша сестра станет рвать на себе волосы, я бы, разумеется, осталась. Однако теперь, когда она, кажется, полностью оправилась, мне необходимо вызволить из беды внучку. Я не сожалею о содеянном. Единственно, о чем я сожалею, — ядовито добавила она, — так это о том, что я отпустила почтовую карету, доставившую меня в Крайторн, ибо, естественно, рассчитывала найти здесь гостеприимство и помощь.

Джорджина, которая до сих пор молча наблюдала за перепалкой, подошла к миссис Квинливен и стала уговаривать леди Мерсер:

— Вы ошибаетесь, бабушка, тетя еще не пришла в себя окончательно. — Она обняла миссис Квинливен. — Дорогая тетя Белла, позвольте мне усадить вас в кресло, — настаивала она. — Может, выпьете все-таки стаканчик вина, как предлагал мистер Шеннон?..

Она взглянула на Шеннона, и тот немедленно позвонил в колокольчик Стургесу и велел ему принести бутылку шерри.

Джорджина тем временем уговорила-таки миссис Квинливен сесть, и, поскольку ее кресло оказалось напротив кресла, в котором восседала леди Мерсер, обе дамы не преминули обстрелять друг друга враждебными взглядами.

Мистер Барнуолл первым нарушил неловкую тишину:

— Я не понимаю, почему все собрались здесь и зачем это Белла заставила меня везти ее сюда. Она утверждает, будто эта юная леди не намерена выходить за Брендона. В конце концов, я ничего не понимаю. Я давно догадался, что она темнит, и убедился в этом, когда привез ее вчера в Крайторн, а бедный парень не сразу понял, о чем идет речь. Но какое отношение ко всему этому имеет Шеннон?

— Мистер Шеннон, сэр, — ледяным тоном вступила в разговор леди Мерсер, — имел дерзость только что сделать на глазах у всех предложение моей внучке — что, должна сказать, меня не слишком удивляет, учитывая, что она сама сбежала к нему, совершенно забыв о всяких приличиях!

При этих словах глаза Джорджины опасно сверкнули.

— О нет, бабушка! Ты была совершенно уверена, что после того, как сообщишь ему, что лишаешь меня наследства, он потеряет ко мне всякий интерес!

Она собиралась высказать все, что накопилось у нее в душе, но Шеннон, обняв ее за плечи, рассудительно сказал:

— Мне кажется, на сегодня достаточно. Леди Мерсер, вы совершенно правы — я имел намерение предложить руку вашей внучке. Разумеется, я обращусь к ее матери за разрешением сделать это, поскольку для меня важно получить ее согласие в не меньшей степени, чем ваше. Должен заверить вас, что в любом случае, если только, конечно, мисс Пауэр сама не откажет мне, наша свадьба состоится. И вы, я уверен, избавите себя от множества неприятностей, если позволите нам пожениться, не дожидаясь ее совершеннолетия. По личному опыту могу сказать, что характер вашей внучки отличается крайней твердостью, я бы даже назвал ее несносной упрямицей.

44
{"b":"121172","o":1}