ЛитМир - Электронная Библиотека

Глава 6

— Заходите, заходите! — воскликнула она, разворачиваясь на каблуках и провожая меня к ступеням. — Уверена, вам захочется выпить по чашке чего-нибудь после переезда, — ворковала она, не замедляя шаг, — а потом я покажу вам амбар Чандлерса. Но сначала вы должны со всеми поздороваться. Лавиния! Ла-ви-ни-я! Йо-хо, они здесь! Иди за мной, Люси.

Я и пошла за ней, мальчики прыгали позади, проворные, как козлики.

Ступив через порог, мы оказались в просторном сводчатом холле, пол которого был выложен черно-белыми плитами. В воздухе висел тяжелый аромат орхидей, расставленных в вазах на колоннах. Роуз остановилась. «Выдержала эффектную паузу», — невольно подумала я. Мы покорно огляделись, привыкая к полумраку, молча впитывая окружившую нас безмолвную роскошь. Со стены над великолепным каменным камином нас буравила мертвыми глазами оленья голова; со старинных картин смотрели желтеющие поблекшие лица предков. Тут и там стояла мебель, которую обычно увидишь только в музее, и я слышала знакомое тиканье больших старинных часов где-то вдалеке. Драпировки цвета увядшей розы на окнах, как и все вокруг, были словно покрыты тусклой патиной древности и, самое важное, несли отпечаток многих поколений семьи Феллоуз.

— Вот это да, — коротко подытожил Бен.

Роуз ничего не сказала, только улыбнулась и с довольным видом вздернула подбородок. Ее глаза горделиво блестели, нос был похож на двугранник. Именно в этот момент, верно рассчитав время, ее дочь тихонько спустилась по огромной лестнице, касаясь перил одной рукой. Ее темные прямые волосы были коротко пострижены и блестели (я заметила, что на голове у нее бархатная повязка в стиле восьмидесятых). На ней была простая узорчатая рубашка от Либерти и старая юбка, которую я помнила по прошлым встречам. Но было и кое-что новое: широкая, приветливая улыбка и огонек в темных глазах.

— Люси! Наконец-то ты здесь! — воскликнула она. — Как здорово! Мы так ждали, когда же ты приедешь!

— Правда? — оторопело произнесла я, пытаясь скрыть изумление. — Боже, как мило, Лавиния.

Она клюнула меня в щеку, и я спрятала свое смущенное лицо в ее волосах.

— Тебе так понравится в амбаре, — затараторила она. — Все, кто был там, просто в восторге. Скорее бы тебе показать! Должна признать, мы с мамой здорово потрудились, и теперь, когда ремонт закончен, я даже немного тебе завидую! Сама бы не отказалась там поселиться!

— Не говори ерунду, Лавиния, для одного человека там слишком много места, — отрезала ее мать, явно испортив ей настроение.

— Ну да, мамочка, я на самом деле вовсе не имела в виду… — Она обиженно отвернулась.

— Уверена, там просто замечательно, — поспешила успокоить ее я. — Жду не дождусь, когда можно будет посмотреть. А ты, Лавиния… — Я одобрительно оглядела ее с головы до ног. — Позволь сказать…

— Что я поправилась? — Она рассмеялась. — Позволяю. На тринадцать килограмм, между прочим, хотя в основном вот здесь. — Она показала на свой внушительный бюст. — Но я чувствую себя великолепно. Намного лучше, чем раньше.

— И выглядишь тоже, — с облегчением улыбнулась я. Два года назад бедняжку Лавинию бросил ее жених.

Пирс, который струсил, когда начали рассылать свадебные приглашения и присылать подарки. Она так и не оправилась от потрясения и резко сдала. Она бродила по дому, словно привидение, и не могла ни есть, ни спать месяцами. Всю жизнь ее готовили к престижному замужеству, к жизни в престижном доме, в престижном графстве, как героиню романа викторианской эпохи. Но когда она наконец поймала на удочку совершенно безобидного и не очень обаятельного поклонника, он представил себе их будущее и сбежал. И неважно, что он ржал, как идиот, натягивал штаны аж до подмышек и производил не менее приятное впечатление, чем свинья: ведь ему принадлежал особняк, который, конечно, нельзя было сравнить с Незерби, но это все же был «дом, в который не стыдно пригласить гостей», как Лавиния однажды восхищенно мне сообщила. И потеряв его, она была уничтожена. Я сомневалась, что ей удастся пережить позор, но, глядя на нее сейчас, видя, как светятся ее каре-зеленые глаза, я с облегчением поняла, что у нее все в порядке. Она выглядела лучше, чем когда-либо.

Мне вдруг стало стыдно за мои мысли и подозрения. Я посмотрела на этих троих, которые нетерпеливо улыбались, глядя на меня, и поняла, что они — очень добрые люди, и все у меня будет в порядке. В моем воображении я просто позволила им раздуться до гротескных размеров, превратиться в помпезные карикатуры, троллей голубых кровей, а на самом деле они совсем не такие, они обычные деревенские жители, которые очень даже радушно меня встречают.

— Уверена, все мы будем здесь очень счастливы, — улыбнулась я.

— Итак, — Роуз радостно хлопнула в ладоши, — пойдемте же, отведем мальчиков в гостиную и угостим их апельсиновым соком и печеньем, а потом приготовим маме чашку кофе. — Она свернула налево по отделанному панелями коридору. — Я подумала, что здесь будет уютнее. Будем надеяться, что собаки не утащили пирожные!

Роуз выбрала для нашей ознакомительной беседы одну из немногих уютных комнат в этом громадном мавзолее. Когда мы приезжали с Недом, она ни за что бы не позволила хватать пирожные прямо из пакета, сидеть на коленках на ковре, гладить собак и есть одновременно! У меня было такое чувство, будто всю эту непосредственную обстановку Роуз тщательно спланировала, даже специально разбросала по полу газеты, и что? Конечно, это очень мило с ее стороны, она хотела, чтобы нам было уютно. Может, я и вправду цинична, а они стали немножко попроще? Не такие чопорные, как раньше — только посмотрите, как Лавиния смеется вместе с Беном! Я оглядела комнату. Как и раньше, все стены были увешаны семейными фотографиями, но бесконечные ряды фотографий Неда исчезли. Я пригляделась внимательнее. Да, всего пара фотографий. Роуз поймала мой взгляд.

— Я их убрала, — проговорила она. — Нельзя вечно жить прошлым, не так ли? Надо двигаться вперед.

Она посмотрела на меня поверх кофейной чашки, и я благодарно улыбнулась в ответ. И решила завтра же проверить, на месте ли коллекция окаменелостей и крикетные биты, после чего торжествующе позвонить Джесс и сообщить, что и они тоже исчезли.

— Кстати, как Арчи? — спросила я.

— Прекрасно, — просияла она. — На высоте, как он сам говорит. Сейчас он, конечно же, рыбачит или следит за лесовосстановлением на реке, но он очень хочет тебя видеть. Я решила устроить ранний ужин, чтобы и мальчики поужинали с нами. Или ты хочешь в первый вечер побыть одна? — встревоженно добавила она.

— Ранний ужин — это здорово, — успокоила я ее. — Спасибо, что пригласили нас.

— Великолепно. — Она обрадовалась. — Тогда пойдемте посмотрим амбар.

Мы вышли через боковую дверь, зашагали по гравийной дорожке мимо аккуратных клумб, обогнули старый огородик и оранжерею и направились к самой лесистой части поместья. И тут я увидела амбар у озера.

— О! — Я замерла как вкопанная и прикрыла глаза рукой. — Это он?

Я была искренне изумлена. Раньше на дальнем берегу озера стоял довольно обшарпанный ветхий амбар, а теперь это был очень симпатичный деревянный коттедж, выкрашенный белой краской, с новой крышей из сланца, флюгером и буйно разросшимся деревенским садиком.

— Это же прелесть! Мальчики, только посмотрите, это же рай!

Но они уже убежали к кромке воды, пронеслись по деревянному мостику через самую узкую часть озера и побежали вверх по берегу к низкому частоколу, выстроенному вокруг амбара. Сам амбар находился ближе к главному дому, чем я предполагала — я оглянулась на Незерби-Холл с тайным беспокойством. Но, виновато утешила себя я, по крайней мере нас от них отделяет озеро.

— Смотри, мам, какой огромный дом!

Я заглянула внутрь. И оторопела. Дом действительно был огромным. Естественная планировка амбара была сохранена, и внутреннее помещение было просторным, высоким, без видимых перегородок Я очутилась в самой волшебной комнате, которую только видела в жизни. Пол был из старого дерева, стены побелены и увешаны индийскими покрывалами, под потолком — деревянные балки. В зоне гостиной — яркие мягкие диваны и кресла, покрытые восточными ковриками; гостиная зона гармонично перетекала в обеденную с видом на сад — массивный деревянный стол и за ним — маленькая деревянная кухня. Наверху же, по всему периметру помещения, был балкон, а еще выше — поддерживающие крышу открытые балки светлой сосны, огромные, ошкуренные до натурального цвета. Дом был похож на деревянный коттедж в горах: здесь можно было уютно улечься на один из пухлых, забросанных подушками диванов, и целыми днями не выходить на улицу.

16
{"b":"121173","o":1}